На Кобринщине сражаются за... зарплату :: Хартыя'97 :: Навiны

Сельскохозяйственные кампании вершатся в нашей стране с помощью селекторных совещаний. А вот подобных политических мероприятий по выплате заработной платы у нынешних властей нет. Оно и понятно: зарплата -- не посевная и не уборочная -- может и подождать. Рабочие и колхозники ждут. Только ведь любое терпение когда-то заканчивается.

На прошлой неделе терпение лопнуло у механизаторов колхоза "Магдалинский" Кобринского района. Завершается август, а деньги борцы за продовольственную независимость Беларуси получали последний раз в... марте. В пятницу 16 августа механизаторы объявили забастовку. Заявили, что будут находиться на рабочих местах, но ни за руль машины, ни за рычаги трактора не сядут, пока не выдадут деньги. А необходимо колхозу на эти цели ежемесячно 10 миллионов рублей.

Но где их взять?

Государственные хлебоприемный пункт и птицефабрика, куда сдали и продали зерно, не расплачиваются. Государственный мясокомбинат, которому колхоз обязан сдавать скот, поступает аналогично. А собственного станка, печатающего банкноты, в колхозе нет.

Животноводы поддерживали бастующих лишь морально. Оно и понятно: не может крестьянская душа не накормить скотинушку. Корова не трактор, для повторного "запуска" этого молочного агрегата потребуется несоизмеримо больше времени.

Четырехдневная стачка принесла вполне реальные плоды. 19 августа первый зампред Кобринского райисполкома "достал" 5 миллионов -- на половину апрельской зарплаты. 20 августа в бухгалтерии колхоза "Народной воле" сказали, что уже поехали в банк за второй половиной апрельской зарплаты.

Механизаторы прекратили забастовку и вывели своих стальных коней на поля и луга. Но вот где районное начальство будет искать еще 40 миллионов на выплату зарплаты с мая по август -- неизвестно. Начальник управления сельского хозяйства Кобринского райисполкома Александр Юреня сказал, что не готов ответить на данный вопрос, так как колхозом "Магдалинский" занимается лично первый заместитель предисполкома Николай Токарь. Увы, связаться ни с самим Николаем Васильевичем, ни с председателем колхоза Петром Наумчиком не удалось: уехали "на передовую".