Вольфганг Бэрэндт: у Беларусі ўзмацняюцца рэпрэсіі :: Хартыя'97 :: Навiны

Вольфганг Бэрэндт, даклядчык па Беларусі Парлямэнцкай асамблеі Рады Эўропы, жорсткім чынам раскрытыкаваў мэтады, якімі карыстаецца Аляксандар Лукашэнка і ягоны рэжым для ўціску свабоды прэсы ў краіне. На думку Бэрэндта, апошнім часам у Беларусі заўважна ўзмацніліся палітычныя рэпрэсіі. Лідэр нямецкай дэлегацыі пры ПАРЭ абураны пакараньнем журналістаў і закрыцьцём незалежных выданьняў. Бэрэндт настойвае на тым, каб Рада Эўропы дэлегіравала сваіх прадстаўнікоў у Менск для расьсьледаваньня зьнікненьняў вядомых беларускіх апазыцыйных дзеячоў – нічога падобнага Рада Эўропы ніколі не рабіла. Чытайце інтэрвію з Вольфгангам Бэрэндтам.

--В своем докладе вы выступаете против возобновления статуса Беларуси в Совете Европы. В чем, на ваш взгляд, заключается основная проблема?

- Ситуация в Беларуси не только не улучшилась, но стала еще хуже. Особенно плохо обстоят дела со свободой прессы. Некоторые из журналистов уже отбывают тюремные наказания, в то время как оппозиционные газеты нещадно караются и закрываются. Степень влияния независимых СМИ на население падает буквально на глазах. Более того, Лукашенко хочет вынудить собственных граждан прекратить смотреть российское телевидение. Режим по-прежнему продолжает преследовать своих оппонентов. Так, бывший премьер-министр страны получил трехлетний тюремный срок и запрет на занятие политической деятельностью, что автоматически исключает его из числа потенциальных оппонентов Лукашенко. Профсоюзы, однажды бывшие частью оппозиции, теперь также выстраиваются по стойке смирно перед режимом.

- Не смотря на бесчисленные заявления Совета Европы и ваши собственные критические замечания, политический прогресс в Беларуси практически отсутствует. Теперь же, по мере приближения осенней сессии Ассамблеи, еще один журналист Виктор Ивашкевич был приговорен к двум годам заключения якобы за клевету в адрес президента Лукашенко. По-вашему, Минск серьезно воспринимает Совет Европы?

- Думаю, Лукашенко воспринимает его всерьез. В конечном итоге, он надеется получить политические дивиденды от присоединения к Совету Европы. Однако он пытается добиться этого своего путем конфронтации, полагая, что мы не сможем отказывать ему все время. Лукашенко несомненно рассчитывает на то, что Совет Европы когда-нибудь да уступит его требованиям. Однако он заблуждается – чтобы это произошло, ему самому придется идти нам на уступки.

- Вы хотите направить в Беларусь специальный комитет по расследованию обстоятельств исчезновений. Совет Европы еще ни разу не направлял свои комитеты ни в одну страну мира. Почему именно Беларусь?

- Белорусские власти утверждают, что не имеют возможности определить судьбу пропавших оппозиционеров, все из которых в свое время являлись лидерами оппозиции. Предполагаемые убийцы одного из них уже предстали перед судом. Однако судебное заседание проходило за закрытыми дверями, что позволило провести суд втайне от общества. Мы чувствуем, что Лукашенко знает о судьбе пропавших. У нас имеются сведения, некоторые из которых мы получили от правоохранительных органов и источников в спецслужбах, что этих людей уничтожили при определенном попустительстве некоторых высокопоставленных чиновников. Конечно, едва ли уместно проводить статистические параллели, но происходящее напоминает то, что творилось в диктаторских Чили и Аргентине. Наш комитет просто обязан пролить свет на исчезновения.

- Не смотря на всю критику в адрес Минска, прозвучавшую только что из ваших уст, вы по-прежнему настаиваете на поддержании контактов и даже допускаете возможность возвращения белорусскому Парламенту утерянного статуса при Совете Европы?

Необходимо делать различие между репрессивным режимом Лукашенко и белорусским парламентом. Парламент все еще пытается проводить независимую политику, хотя его возможности и ограничены. Совет Европы в состоянии поддерживать его морально и политически, поддерживая с ним связь, а также вернуть ему гостевой статус в качестве поощрения. Однако прежде чем это будет сделано, мы должны удостовериться в ряде изменений. Так, например, мы надеемся, что парламент примет более либеральный закон о СМИ, назначит омбудсмена, сделает избирательное законодательство более демократическим и примет мораторий на смертную казнь.