Ня сьпі, ня сьпі, закладнік :: Хартыя'97 :: Навiны

Бо сон небясьпечны. Ён закрадаецца ў мазгі разам з атрутным газам, і падаецца, што гэта збаўленьне ад жаху, але насамрэч сон нясе з сабой сьмерць. А навошта прачынацца на тым беразе сярод ценяў, няхай нават і блізкіх некалі, калі яшчэ так шмат важных справаў, словаў, званкоў, абяцаньняў засталося на гэтым беразе?

Слово «заложник» всю последнюю неделю звучало, как колокол. Причем тот старый колокол из Джона Донна, который, как известно, всегда звонит по тебе. Сотни людей были заложниками террористов, миллионы — заложниками телеэкранов, потому что одинаково страшно было и включать телевизор, и выключать его, и десятки миллионов — заложниками государственного идиотизма.
Несколько раз по телеэкранам пробежали, мерзко, по-крысиному пища, фразочки типа «Путин — заложник ситуации, его заставляют принимать решение под дулом автомата». Главный, верховный, всенародно избранный заложник. Но если Путин собственных граждан с незначительными вкраплениями иностранцев потравил газом, состав которого спецслужбы отказались сообщать даже медикам, значит, он не заложник. Он — другой. Он с легкостью отделил себя от своего народа — двухсот миллионов потенциальных заложников — и превратил их в камикадзе, чьи жизни ничего не стоят рядом с политической волей государя императора.
Но даже иезуит Путин наверняка бы удивился, если бы узнал, что весть о захвате заложников в театральном центре белорусскими властями была воспринята как благая. Ибо в один момент было позабыто все то, что при иной ситуации призвано было звучать по всем телеканалам первой новостью, — депортация Бориса Немцова и Ирины Хакамады из Минска. Некоторые представители оной власти, правда, успели нацепить на свои не слишком выразительные физиономии приличествующее случаю выражение тихой скорби. Но не все. К примеру, мелкий деятель современности господин Дражин, которого известие о захвате и вовсе настигло в командировке в Берлине, в присутствии немалого количества народа вздохнул с облегчением: ой, хорошо-то как, теперь точно историю с Немцовым все забудут! Возможно, он еще не знал, что среди заложников есть белорусские граждане, а то хватило бы сообразительности не радоваться хотя бы вслух и все-таки «фильтровать базар».
Дальше — больше. Посол Беларуси в России Григорьев, цитируя по белорусскому телевидению обращение Александра Лукашенко к террористам, сообщил вот что: «Мы с вами живем как братья, заявил президент Беларуси, обращаясь к бандитам». Впрочем, на этот раз президент (если он на самом деле так выразился), кажется, впервые в жизни не соврал. Но когда бурная радость по поводу того, что все белорусы после того преступного штурма остались живы, внезапно сменилась трагической новостью — одна гражданка Беларуси все-таки умерла, не выдержав газовой атаки, — наш президент почему-то не обратился к Путину с вопросом «а все ли ты, Вова, сделал, чтобы сохранить жизнь гражданке моей страны?» Не потребовал, подобно американцам, от российских властей раскрыть-таки секрет этого смертоносного газа. Не позвонил родственникам погибшей с бесполезными, но положенными в таких случаях словами соболезнования. Зато нам — опять же по телевизору — сообщили, что уцелевшие белорусские граждане вернутся в Минск бесплатно, поскольку среди заложников оказался начальник отдела перевозок «Белавиа». А если бы не оказался, тогда что? Или если бы не чиновник из «Белавиа», а, допустим, какой-нибудь милицейский начальник из Беларуси стал заложником, тогда как — доставка уцелевших бесплатным автозаком? Да простит меня семья Савицких за профессиональный цинизм (и многие лета всем спасшимся), но все журналисты нашей страны, включая даже сотрудников АТН, никогда в жизни не придумают и сотой доли того идиотизма, которым щедро поливает нас власть.
Страшно оказаться заложником террористов, потому что это грозит гибелью. Но не менее страшно оказаться заложником дурной и подлой власти, потому что это грозит медленным умиранием. И не с кого спросить — ведь власть живет в другом измерении, не в нашем. И мы ее видим сквозь грань, разделяющую измерения. Может, еще и поэтому она выглядит так уродливо.