Наш касманаўт :: Хартыя'97 :: Навiны

Броўнаўскі рух Пятра Краўчанкі па вуліцах Токіо – гэта страшэнна добрая прыкмета. Не дарэмна менавіта за ім цягам па крайняй меры апошняга дзесяцігодзьдзя назіраюць усемагчымыя аналітыкі і аматары прагнозаў і ўважліва вывучаюць праз мікраскоп. Бо менавіта Пётар Кузьміч – той самы жыхар карабля, які бяжыць зь яго першым, як толькі карабель пачынае тануць. І калі раптам замітусіўся сярод японскіх хмарачосаў, гарбатавых домікаў і гейш – значыць, справы сёньняшняй улады ідуць насамрэч вельмі блага. І хутка надыдзе сьветлае заўтра.

Петр Кравченко всегда безошибочно принимал сторону сильного — вернее, того, на чьей стороне была сила в данный момент. От коммунистов к националистам и наоборот он бегал очень вовремя. Все, кто застал его на посту секретаря Минского горкома КПБ, помнят, как беспощадно он боролся с сионизмом, узрев в мозаике на одной из станций метро шестиконечную звезду. Проявил фантастическую бдительность — другой бы просто не заметил. Не стал бы считать лучики звезд. Но с Петром Кузьмичом не забалуешь!
Потом, когда для коммунистов наступили не лучшие времена, Кравченко стал министром иностранных дел. Клеймил коммунистов от всей души, как требовал того текущий момент. А когда Александр Лукашенко победил на выборах 1994 года и назначил министром совсем другого человека, Петр Кузьмич обиделся и пошел в оппозицию. Тогда это было модно и безопасно. Его избрали депутатом Верховного Совета 13-го созыва, и до самого референдума Кравченко не отступал от актуальной в то время линии. После референдума с завидной поспешностью принял предложение уехать в далекую страну Японию послом той самой Беларуси, которую ни один японец в глаза не видел. А поскольку в японском языке нет звука «л», то если кто и слышал, так разве что про страну «Берарусь»…
Когда правительственная делегация ездила на Олимпиаду в Нагано, посол Кравченко пригласил всех в ресторан (платил, правда, тогдашний управделами Титенков — Петр Кузьмич с деньгами всегда расставался неохотно). И вот там-то, ковыряя палочками рис, Кравченко с жаром благодарил всех собравшихся за то, что простили, приголубили и подарили такую замечательную должность. В свою очередь в Минске Геннадий Карпенко так же искренне благодарил Владимира Коноплева как-то за рюмкой: «Спасибо, Володя, что забрали от нас этого… Кравченко!»
Подробности перемещений Петра Кравченко во времени и пространстве за последние несколько дней — это уже не настолько существенно. Важен сам факт. Единственное, чего мне так и не удалось понять, — это его заявления о том, что на президентских выборах 1994 года он, оказывается, был дублером Вячеслава Кебича. «Дублер — это как?» — спросила я одного из бывших коллег Кравченко по МИДу. «Ну как ты не понимаешь, — ответил он. — Кебич и Кравченко собирались лететь в космос. Тренировались в Звездном городке. Потом Кебич почему-то не взлетел, а про Петю все забыли!»
Теперь, забыв про космическое дублерство, Петр Кравченко сообщил, что будет выдвигаться в президенты. Но вот этого ему уже никто не позволит. Ему безнадежно испортил будущее Александр Федута своими комментариями по российским телеканалам: дескать, если Петр Кузьмич действительно стырил деньги и документы, то совершил большую ошибку… И это — нокаут для Петра Кузьмича, поскольку, куда бы он теперь ни ткнулся, говорить о нем будут, как это обычно бывает: «То ли он украл, то ли у него украли — но в общем, неприятная история была».