Цудаў больш ня будзе :: Хартыя'97 :: Навiны

Незадоўга да Новага года Міністэрства эканомікі РБ падсумавала вынікі сацыяльна-эканамічнага разьвіцьця Беларусі за 11 месяцаў 2002 г. За гэты пэрыяд ня быў выкананы шэраг парамэтраў Прагнозу сацыяльна-эканамічнага разьвіцьця краіны на 2002 год.
У іх сьпісе – вытворчасьць прадукцыі прамысловасьці і сельскай гаспадаркі; спажывецкіх тавараў (у тым ліку харчовых і нехарчовых); імпарт тавараў і паслуг; зьніжэньне матэрыялаёмістасьці валавага выпуску ўнутранага прадукта.

При этом особо обращают на себя внимание результаты работы станового хребта национальной экономики - промышленного комплекса страны. Они характеризуются заметным отставанием фактических показателей от прогнозируемого уровня: за 11 месяцев 2002 г. производство промышленной продукции составило 103,9% к аналогичному периоду 2001 г. при прогнозе на 105-106%. Производство потребительских товаров возросло на 3% при прогнозе 104,5-105,5%.

Основными причинами ухудшения дел, по заключению Минэкономики, по-прежнему оставалось снижение спроса на отечественную продукцию на внутреннем и внешнем рынках из-за низкой конкурентоспособности по ценовому фактору, сложное финансовое положение промышленных предприятий и острый недостаток оборотных средств для возобновления очередных производственных циклов.

Наличие на складах промышленных предприятий значительных запасов готовой продукции, особенно в машиностроении и металлообработке, легкой промышленности, усугубило и без того плачевное финансовое положение предприятий реального сектора экономики. Соотношение складских запасов к среднемесячному объему производства продукции на 1 декабря 2002 г. составило 71,9% против 67,3% на 1 декабря 2001 г.

С заключением чиновников можно поспорить: приведенные причины сбоя в промышленности являются вторичными, производными. Первоосновой же раскручивания кризисных явлений, безусловно, стала экономическая стратегия, которой придерживается высшее руководство страны.

Относительно высокие темпы прироста промышленного производства в РБ, достигнутые за несколько предыдущих лет, породили, а затем и укрепили у власти ошибочное представление о том, что волевому, административному началу якобы принадлежит определяющая роль в формировании и проведении в жизнь государственной промышленной политики.

Между тем реальной причиной феномена этого "роста", вызванного будто бы претворением в жизнь предвыборного обещания А. Лукашенко "о запуске заводов", стало в ту пору счастливое совпадение по времени с оживлением конъюнктуры на рынке России. Именно на него изначально были сориентированы и флагманы белорусской индустрии, и большинство рядовых промпредприятий.

Одновременно выяснилось, что российские предприятия аналогичного профиля не способны удовлетворить незаметно подкравшийся всплеск платежеспособного спроса со стороны отечественного потребителя. Многие из них не выдержали передряг постперестроечного реформирования, и к середине 90-х гг. либо оказалось "в руинах", либо снизили показатели своей работы настолько, что не смогли оказать серьезной конкуренции своим белорусским оппонентам. Активность последних со стороны властей РБ поддерживалась кнутом администрирования и пряником льгот.

И, конечно же, нельзя не упомянуть о колоссальной денежной эмиссии, которая, с одной стороны, позволяла отечественным предприятиям покрывать дефицит оборотных средств, с другой - поддерживала низкий курс белорусского рубля относительно российского, повышая ценовую привлекательность наших товаров на рынке РФ.

У Кремля же "на носу" тогда были вторые президентские выборы со всеми их перипетиями, и государственное стимулирование промышленного развития в стране не числилось даже во второй десятке приоритетов российского правительства.

Таким образом, именно рост заказов из России, особенно на инвестиционные товары (автомобили, тракторы, комбайны, электроаппаратуру и оборудование, химпродукцию, стройматериалы, металлопродукцию и т. д.) и стал объективной основой белорусского промышленного чуда 1996-2000 гг. Краткая заминка возникла лишь после августовского дефолта. Затем, после обесценения рубля относительно доллара, рост платежеспособного спроса на российском рынке возобновился.

Однако начиная с 1999 г. положение белорусских предприятий в России стало все больше осложняться. С одной стороны, заметно возросли инвестиции (внутренние, и внешние) в российскую обрабатывающую промышленность, что незамедлительно привело к росту ее конкурентоспособности. С другой - рост благосостояния россиян привел к смене их потребительских предпочтений: они все чаще стали выбирать более качественные товары ведущих мировых производителей.

Сыграли свою роль и меры по защите собственного производителя, к которым все чаще стало прибегать правительство РФ. В результате действия всех этих факторов трудности белорусских производителей с реализацией продукции в России к 2001 году стали особенно очевидными. Ухудшились и их основные технико-экономические показатели, в том числе снизились объемы выпуска продукции.

Но худшее, как водится, ждало отечественную промышленность впереди. 2002 г. характеризовался нарастанием стагнационных явлений в российской экономике и падением уровня платежеспособного спроса, прежде всего на #инвестиционные товары.

Руководство РБ ничего лучшего не придумало, как ответить на эти вызовы времени очередным туром завинчивания административных гаек и "посадкой" директоров предприятий. Как в старые добрые времена, стали требовать выполнения спускаемых сверху показателей прироста промышленного производства. И если поначалу это было прерогативой министерских чиновников, то затем к "выколачиванию" нужных цифр была подключена вся "вертикаль", включая областной, городской и районный уровень.

Да вот беда - хотели как лучше, а получилось как всегда. Слепое копирование директивных методов в эпоху, когда товарно-денежные отношения уже вполне укрепились на большей части постсоветского пространства, дало совсем не тот эффект, на который рассчитывали основоположники социалистического ренессанса в его вульгарном понимании.

Советский экономический механизм обладал определенной внутренней логикой, логикой хронического дефицита. Требуя от заводов стахановских темпов, он заранее гарантировал им сбыт дополнительных грузовиков, тракторов, станков, телевизоров и холодильников. Совсем иначе обстоит дело сегодня: белорусскими предприятиями пока еще можно командовать сверху, но потребитель даже в самых отсталых районах бывшего СССР теперь вполне свободен в своем выборе.

Как следствие, изделия белорусских заводов, не признанные на внешних рынках, стали все больше оседать на складах, гигантские средства оказались связанными, а сами предприятия лишились оборотных средств, необходимых для поддержания расширенного воспроизводства. Вопрос разрушения промышленного потенциала страны стал делом времени. Конечно, не буквально завтрашнего дня - экономические процессы, особенно в индустрии, весьма инерционны, и процесс умирания промышленности может длиться годами и десятилетиями.

Меры для исправления положения, выработанные извращенным бюрократическим сознанием, оказались хуже самой болезни. Наряду с показателями прироста производства от директората под страхом увольнения стали требовать сокращения остатков готовой продукции на складах. Соображения коммерческой выгоды окончательно отошли на второй план, и изделия стали "выпихивать" с заводов часто без всяких гарантий оплаты.

Но, согласно действующим нормам, факт отгрузки является признаком реализации продукции и поводом для уплаты налогов, безотносительно того, поступили деньги за поставленный товар или нет. "Свечу стали жечь с обеих концов", и процесс вымывания "оборотки" получил дополнительный импульс. Финансовое состояние многих, ранее стабильно работавших, предприятий стало поистине катастрофическим. Что не только не позволяет им пополнять оборотный капитал, но и делает совершенно невозможным накопление средств для самоинвестирования.

К чему ведут принятые на высшем государственном уровне методы управления, свидетельствует пример ранее вполне благополучного барановичского промышленного региона. По данным заместителя председателя Барановичского горисполкома Анатолия Перепелкина, обнародованным 9 января, в 2002 г. в городе стабильно сработали всего три предприятия - станкостроительный и автоагрегатный заводы, а также комбинат пищевых продуктов.

При этом 15 промышленных предприятий стали убыточными (в 2000 г. в городе таковых было 4, в 2001 - 11). Запасов готовой продукции на складах барановичских субъектов хозяйствования скопилось на сумму 23 млрд. BUR, что составляет около 50% городского бюджета за прошлый год. Из девяти основных прогнозных показателей город не выполнил четыре. В частности, уровень промышленного производства составил менее 90% по отношению к уровню 2001 г. (при прогнозе 108,5%); производство товарной продукции - 90% (прогноз - 107%); объем экспорта составил 88,4% к уровню предыдущего года (при прогнозе 107%).

Насколько далеко зашли кризисные явления в белорусской промышленности, свидетельствуют результаты работы в 2002 г. предприятий Минпрома. Пятая часть их обратились в вышестоящие госорганы за теми или иными видами помощи. А 72 заводам для их дальнейшего существования срочно необходима реструктуризация накопленной задолженности перед бюджетами всех уровней. То есть, по сути дела, они являются банкротами. В данном случае, кстати, речь идет о прежних флагманах белорусской экономики.

В настоящий момент способность к дальнейшему экономически обоснованному наращиванию выпуска продукции в структуре Минпрома, который дает львиную долю поступлений в бюджет, имеют только 4 предприятия: БМЗ, БелАЗ, МАЗ и "Атлант".

Однако, чтобы выполнить доведенные министерству в целом показатели, от них требуют дополнительного наращивания производства еще на 2%. И это в условиях усиления налогового пресса и отсутствия централизованных инвестиций!

А далее начинается настоящий театр абсурда. Откачав деньги из еще державшихся на плаву предприятий, государство буквально пинками заставляет их руководителей ходить по миру с протянутой рукой в поисках внешних инвестиций. Между тем трудно рассчитывать, что зарубежные капиталисты будут вкладывать деньги в заводы, судьбами которых распоряжается некий вертикальный "дядя", чье материальное благополучие практически никак не связано с эффективностью его управляющих решений.

Тем не менее уроки, которые преподает экономика, никак не идут впрок творцам белорусской модели "рыночного социализма". О том свидетельствуют их планы на будущее.

26 ноября А. Лукашенко своим указом утвердил важнейшие параметры Прогноза социально-экономического развития Республики Беларусь на 2003 год. В соответствии с документом, предполагается, что в 2003 г. ВВП в сопоставимых ценах составит 106-106,5% по отношению к 2002 г.; продукция промышленности - 104-104,5%; производство непродовольственных потребительских товаров - 105,5-106%; инвестиции в основной капитал - 112-113%; экспорт - 105-105,5%.

О реальности приведенных цифр говорить не приходится в ситуации, когда экономическое развитие России, которая остается основным рынком для белорусской промышленности, в последние месяцы 2002 г. резко замедлилось. Так, в ноябре, по разным оценкам, отмечен спад промышленного производства в пределах 0,3-0,8%. В целом за октябрь - ноябрь спад достиг примерно 0,8%.

Ведущие российские экономисты констатируют, что все факторы роста, проявившиеся в РФ после кризиса 1998 г., полностью исчерпаны, и в дальнейшем инерционного роста в экономике РФ уже не будет. В промышленности РФ в начале 2003 г., впервые после дефолта 1998 г., ожидается снижение продаж, самый умеренный рост или даже падение выпуска.

В свою очередь, грядущее свертывание совокупного платежеспособного спроса в России, в особенности на инвестиционные товары, весьма болезненно скажется на тех белорусских заводах, которые традиционно реализуют в РФ основной объем своей продукции. Сегодня они не располагают необходимыми финансовыми и техническими ресурсами (то немногое, что было уже потрачено), чтобы освоить новые товары и пережить российский спад.

В этих условиях расчеты на то, что дополнительное количество морально устаревших изделий белорусских предприятий найдет своего покупателя на стагнирующем российском рынке, являются, по меньшей мере, наивными.