И пошел я в валенках по сугробам со своим стихотворением... :: Хартыя'97 :: Навiны

На прошлой неделе Александр Лукашенко участвовал в прямой телефонной линии с читателями двух газет – «Советской Белоруссии» и «Комсомольской правды». В пятницу «Комсомолка» опубликовала «свою» часть этого интервью. Ответы Лукашенко, как всегда, шокируют своей глупостью и бесстыдной ложью. Предлагаем Вашему вниманию некоторые из них.

Вопрос от «КП»: - И все же: какие главные преграды сегодня мешают созданию «союза»?

- Два вопроса тяжелейших, которые мы пытаемся сегодня разрешить с Владимиром Владимировичем Путиным. В конституционном акте мы должны прописать, как будет управляться Союз. Какие будут сформированы наднациональные органы власти, какие функции им переданы. Тут надо полномочиями своими поступаться. А Россия пока не хочет идти на адекватные шаги. Приходится слышать: мы большие и должны главенствовать. Это недопустимо в переговорах о Союзе. Принцип равноправности надо соблюсти. Потому что потом будут проблемы. Дело не в том, что Лукашенко, дескать, потеряет власть. А в том, что у нас к власти непременно придут националистические силы, которым никакой Союз с Россией вообще не нужен.

И второй вопрос - о единой валюте. Для того чтобы ее ввести, надо построить единое экономическое пространство. Но есть ли оно у нас сегодня? Если под Смоленском Россия выстроила таможню, если она вводит пошлины на импортные автомобили, не советуясь с нами, если строит у себя новые заводы, не думая о том, что параллельное производство есть уже в Беларуси. Ну какой же это единый Союз? К сожалению, в России многие чиновники еще не привыкли работать с нами по-человечески, на равных. И торможение процессу объединения идет даже на верхних этажах.

- Это Юрий Леонидович из Солигорска: почему вы не хотите, чтобы Беларусь вступила в Евросоюз?

- А кто вам сказал, что не хочу? Но этот вопрос надо рассматривать глубже. Говорят: «Вось калi мы ў Европу гэту ўскочым» - все мы будем жить богато. Желающих нам помочь в мире почти нет. Желающих от нас что-то оторвать и нас и ваши разумные головы поэксплуатировать достаточно. И если по неопытности где-то промахнемся, нас обдерут как липку. Так неужели вы хотите, чтобы я свою страну к этому привел? Конечно, эта независимость нам дорого обходится...

- Я Амелько Людмила Ивановна. Написала для вас стихи: Здравствуй, любимый, голубчик родной, Богом хранимый единственный мой, вновь, как и прежде, молюсь за тебя, пусть засияет улыбка твоя, все одолеешь, любовью согрет, многая лета тебе, президент!

Президент: - Спасибо большое, что у меня есть такой надежный защитник.

- Василий Григорьевич беспокоит. Предприниматель. Замучили контролеры. По вопросам охраны труда их 20 инспекций ходит друг за другом, и за каждую услугу плати деньги.

- Давайте конкретно. Я разберусь на всю катушку. Значит, вы называйте конкретное предприятие, кто приходил и когда, не называйте их фамилии, если побаиваетесь, но организации хотя бы назовите.

- Фамилии? Дак они потом закроют мое предприятие.

- Вот видите, вы мне загадками говорите, мне очень сложно с вами разговор вести.

- Ну тогда все, пока...

- Вопрос от «КП»: Александр Григорьевич, вы, наверное, единственный из лидеров СНГ, о котором нет книг. Чем это объясняется?

- Делались такие попытки. Приносили даже макет - шикарный такой фолиант о президенте. Я открыл, посмотрел и сказал: все, ребята, спрячьте, чтобы я не видел. Если только я вижу, что передо мной начинают прогибаться, меня это настораживает: значит, где-то что-то сделано не так.

- Я домохозяйка, Людмила Маликова. Звоню из Москвы. Слышала, что в Беларуси строится много спортивных сооружений. А не лучше было бы эти деньги раздать людям на другие нужды?

- Не согласен с вами. Нас - и россиян, и белорусов - захлестнула волна курения, пьянства, наркомании. Нужно спасти нацию и подрастающее поколение, отвлечь его от пагубных привычек. И я считаю, что спорт - это основное направление, по которому мы должны идти. Если эти деньги просто поделить, я уверен, что процентов 30 их просто пропьют. А спортивные сооружения служить будут миллионам людей долгие годы.

- Вадим Буданов, 16 лет, Береза, Брестская область. Дело в том, что я пишу статьи, я хочу стать журналистом, и у меня мечта давняя - я бы очень хотел у вас взять интервью.

- Давай так, Вадим. Рядом со мной сейчас сидит главный наш редактор Павел Якубович. Он с тобой свяжется, и ты ему пришлешь самую лучшую статью. Я в свое время, когда был в школе, много писал статей в районку. Пешком за 15 километров отнес как-то статью в газету «Ударный фронт». А редактор мне дал такой ответ, что я после этого болел, наверное, год. Он меня просто резанул по сердцу. Я ему и стихи передал. А он мне сказал: это не стихи, это проза. И рукой махнул. И пошел я 15 километров в валенках домой по сугробам со своим стихотворением...

— Я Вам звоню из Минска. Меня зовут Нина. У меня такой вопрос. У меня сын занимается фигурным катанием. Хотелось бы знать, когда у нас будут высококвалифицированные тренеры по фигурному катанию.

— Нина, понял проблему. Будем думать. А где сын, в Ледовом дворце на Притыцкого занимается?

- Да.

— На Притыцкого... Хорошо, Ниночка, это хороший вопрос. Записываю себе. Будем искать. Была у нас хороший тренер, но, к сожалению, развелись они с мужем. муж великий олимпийский чемпион. Я не хочу фамилию называть. Он очень хорошо работает у нас, специалист хороший. Но развелись, уехала она из Минска... Поэтому придется искать нового тренера. Я знаю эту проблему. Понятно.

- Александр Григорьевич, это вы?

- Это я. А вы думали кто?

- Ей-богу не думала...

- Ну, вот видите, с президентом поговорили...

- Хочу сказать, не верю до сих пор. Ой, мама... Дай Бог, дороженький Григорьевич.

- Спасибо.

А.Лукашенко — главному редактору «Комсомольской правды» В.Сунгоркину:

— Сейчас начнет признаваться в любви. Трудное дело. Владимир Николаевич, самое трудное дело для президента, говорю вам, когда вы будете баллотироваться в президенты, — это безудержная любовь.

— Я уже не буду...

— Не будете?

— Нет.

-- Не надо. Это вот звонок от женщины, еще ладно. А когда приедешь на встречу и придет весь город, а приходят десятки тысяч. Я уже не переношу физически больших масс. Трое суток я вообще не могу отойти...

— А что так?

— Я отдаю людям энергии больше, чем получаю. И с каждым годом все тяжелее и тяжелее, когда реагируешь нa все. Я ведь через себя это пропускаю... Ведь резонанс от этих звонков уже завтра окажется в самых высоких кабинетах. В этом суть авторитарной власти. Потому что люди знают: президент за все спросит. Плохо ли это? Когда есть в стране порядок и есть жесткие требования, неплохо. Главное — требования. Чтобы люди могли свободно говорить, а судьбы нельзя сломать.

-- Вас беспокоит пенсионерка из Борисова. Нина Федоровна Нечаева. Мы жили в Казахстане. Два года тому назад наш сын с женой уехали в Израиль. А мы через год приехали к старшему сыну в Борисов. Он живет здесь голько пятый год, имеет вид на жительство. Мой второй сын вернулся из Израиля к нам сюда на постоянное место жительства в Беларусь, но не может получить вид на жительство.

— Я, будучи в Израиле, своим евреям сказал: «Ребята, возвращайтесь. Местa всем хватит». И к нам очень много приехало людей. Поэтому вы ему напишите: пусть приезжает обратно.

-- А нам в ОВИРе сказали, о чем он, думал до этого? Пусть там и сидит…

-- Не надо там сидеть им, пусть приезжает к себе домой.

-- Большое спасибо.