Удовін падатак :: Хартыя'97 :: Навiны

Ёсьць пытаньні, на якія няма адказаў зручных для ўсіх. Лепей было б наагул не кранаць іх. Каб нікога не раздражняць. І ўсё ж такі адно такое пытаньне я павінен сёньня закрануць. Яно вельмі прыватнае, калі разглядаць яго ў рамках канкрэтнай сытуацыі. І вельмі агульнае, калі глянуць за гэтыя рамкі. Палітыка, эканоміка і нават тое, што называеца сучаснай гісторыяй – усё тут сплялося. Але спачатку, вядома, пра прыватнае...

Антонина Николаевна Сидорова живет в Минске, а ее подруга Клавдия Александровна Куликова -- в Москве. Познакомились они в 1979 году. Свела беда. У обеих в тот год умерли мужья, и их могилы оказались рядом. Женщины часто ездили на кладбище и, сидя на соседних лавочках, подолгу беседовали друг с другом, вспоминали прожитое. Больше всего, конечно, говорили о мужьях. И им казалось, что Герой Советского Союза Дмитрий Павлович Сидоров и Герой Советского Союза Федор Федорович Куликов слышат их...

А потом женщинам пришлось расстаться: Клавдию Александровну забрала к себе в Москву дочка. Уезжая, она попросила Антонину Николаевну присматривать за могилой ее супруга. А ту и просить не надо было... Пожилые подружки часто шлют друг другу письма, а когда Антонина Николаевна бывает в Москве на встречах ветеранов войны, то ее принимают в семье Клавдии Александровны как родную...

Они действительно стали как сестры... Вот, например, какое письмо пришло недавно из Москвы в Минск: “Дорогая Антонина Николаевна! Сердечное вам спасибо, что в Дмитриевскую субботу позаботились о поминовении наших дорогих Героев Феди и Дмитрия — побывали в церкви, принесли на могилки цветы. Дай вам Бог здоровья, дорогая Антонина Николаевна, и долгих лет жизни! А живу я уже шестой месяц на даче. В доме сделали паровое отопление, постелили новый линолеум. Тепло. У меня своя небольшая комнатка. Утром все мои уезжают в Москву — кто на работу, кто на учебу, а я весь день одна с кошкой Алисой. Готовлю кушать. Вечером все в разное время возвращаются. Здесь тихо и нет городского шума. Часто думаю о том, что произошло вокруг нас с вами, дорогая Антонина Николаевна, после смерти Феди и Дмитрия. Они геройски воевали за одну Родину, а теперь ее нет. Я окончательно поняла это, когда вы написали, чтобы я больше не присылала деньги на цветы и свечечки, так как от этого только лишние хлопоты. Даже и не знаю, как быть...”

На протяжении многих лет Клавдия Александровна, человек очень щепетильный, отправляла в Минск небольшие суммы, чтобы Антонина Николаевна, ухаживая за могилой Федора Федоровича, не несла дополнительных расходов. А теперь минская подруга убедительно попросила ее не присылать деньги. Почему?

Недавно Антонина Николаевна позвонила мне в редакцию, сказала, что есть разговор, и я пришел к ней. А случилось вот что... В прошлом году пенсионерка получила из Москвы два перевода. Общая сумма — 29 тысяч белорусских рублей. Антонина Николаевна говорила мне: “Я и без этих денег ухаживала бы за могилой супруга Клавдии Александровны, но ведь я понимаю, что ей хочется, чтобы цветы, которые я несу Федору Федоровичу, были как бы от нее лично. А еще ей хотелось, чтобы ее цветы были и на могиле моего Димы. Ну вот... Раньше все было просто: пришла на почту и забрала деньги. А теперь не так. Когда получала эти два перевода, пришлось заполнить какие-то бланки. “Зачем это?” — спросила я работницу почты. А она сказала: “Для налоговой инспекции”. Я уже и забыла об этом, а тут получаю письмо из инспекции: придите и заполните декларацию о доходах. Какие еще доходы, кроме пенсии? Но пошла. А в налоговой выдают мне штук семь бланков — заполняйте. У меня руки трясутся. Ничего не вижу. А тут еще мне сказали, что я должна с тех двух прошлогодних переводов заплатить около трех тысяч рублей налога. И так обидно стало! Это с кого же государство деньги сжуливает? С вдовы, которая прислала деньги на цветы для умершего мужа? С Героя, который за эту землю воевал и лег в нее раньше времени, потому что изранен был? Обидно до слез стало”.

К счастью, работники налоговой инспекции, несмотря на свою обычную занятость (есть ли у нас сейчас более занятые люди?), отнеслись к бабушке с должным вниманием: заполнили за нее все бланки, а также подсказали, как написать заявление в администрацию района — с просьбой освободить от уплаты налога. А еще Антонине Николаевне объяснили, откуда такой сыр-бор: с августа прошлого года в Беларуси действует декрет, по которому все, что граждане получают из-за рубежа, облагается налогом. Это касается и посылок, переводов, пришедших из союзного государства — России.

Антонина Николаевна понимает, что финансовая дисциплина — очень важная вещь, но новые правила вызвали у нее, как она говорит, “моральное потрясение”. Особенно ей обидно за московскую подругу. Та, конечно, не захочет вынуждать Антонину Николаевну совершать походы в налоговую инспекцию, но ей ведь хочется, чтобы, как и прежде, цветы на могилу мужа покупались за ее личные деньги...

Вот такая история. Некоторые здесь могут сказать: да хватит сентиментальничать! Для каждой конкретной ситуации закон или декрет не сочинишь... Это так. Однако ситуация, о которой я здесь рассказал, не слишком-то уникальная. Граждан бывшего Советского Союза, которые ныне проживают в суверенных государствах, связывает не только общее прошлое, но самые тесные — на уровне семей — контакты, родственные узы. Известно, что в Беларуси это обстоятельство долгое время игнорировали активные поборники национальной идеи. За это (а также и за кое-что другое в таком же духе) они и пострадали: узок круг последователей этих идейных борцов.

И кто теперь повторяет их ошибку? Сейчас нам официально предлагается перечислять в казну девять процентов от стоимости любой посылки или денежного перевода, поступившего из ближнего зарубежья. Аналогичные правила действуют и в России. Уж и не знаю, какой и для кого тут выигрыш политический и экономический, а вот проигрыш человеческий очевиден. Кто-то не сможет отправить подарок давнему товарищу, кто-то — выслать деньги на лекарства для родственника, кто-то — вернуть по почте долг. Даже если друзья или родственники, как это часто бывает, отправили вам вещи своих подросших детей, чтобы их теперь носили ваши дети, если им впору, то и этот “секон хенд” подлежит декларированию, оценке и налогообложению. Обиженных, конечно, много. Людям непонятно, почему их не коммерческие, а личные — зачастую семейные — расчеты должны облагаться налогом?

Беларусь и Россия — два независимых государства. Надо полагать, они станут еще более независимыми и суверенными, если когда-нибудь научатся уважать своих граждан.

Два солдата великой войны, два Героя — Дмитрий Павлович Сидоров и Федор Федорович Куликов — спят вечным сном на Московском кладбище белорусской столицы. Они никогда не узнают, кто и как обижает их вдов — одну в Минске, другую в Москве. Одной — восемьдесят, другой — восемьдесят пять... Конечно, обидели мы их не со зла. Просто, привычка у нас такая: стричь всех под одну гребенку.