Замець прадзьмувае засекі радзімы :: Хартыя'97 :: Навiны

Пагодныя катаклізмы могуць стаць сур’ёзнай праблемаю для беларускіх аграрнікаў. У першыя дні красавіка, калі значна пацяплела, ва ўсіх абласьцях краіны пачаўся вясновы сеў. Зараз зноў ўсталявалася халоднае надвор’е зь сьнегападамі, і да канца гэтага тыдня вяртаньня сапраўднай вясны сыноптыкі не прадказваюць. Спэцыялісты Міністэрства сельскай гаспадаркі й харчаваньня пакуль не драматызуюць сытуацыю, але кажуць, што страты верагодныя.

Как сообщил корреспонденту "Белорусских новостей" заместитель министра Анатолий Рубаник, по отношению ко всей посевной площади процент засеянных полей невелик. Но при этом, если в восточных регионах, куда весна пришла позднее, засеяли буквально сотые доли процента площадей, то в западных районах, например в Брестской области, цифра уже достигает восьми процентов. И поскольку погода установилась отнюдь не весенняя, А.Рубаник не исключает возникновения проблем.

Природные катаклизмы — извечный бич белорусского АПК. И что интересно, из года в год виновницей очередных сельскохозяйственных неуспехов объявляется именно стихия, но отнюдь не специфическая аграрная политика. И ныне опять под сомнение поставлены виды на урожай в 6,4 миллиона тонн зерна. И так всегда — не дотягиваем до плана "по объективным причинам". Судите сами: в 98-м году урожай залили дожди, в 99-м погубила засуха (в тот год даже дожинки не праздновали, стыдно было), в 2000-м посевную кампанию вообще довелось повторить на бис из-за того, что посевы почти полностью вымерзли. В позапрошлом и в прошлом году было всего понемногу — морозов, дождей, засухи. Нынче же снега выпали и неизвестно еще, какими сюрпризами порадует небо в ближайшее время. До жатвы времени много: и ураганы могут случиться, и дожди с градом… Так выполним план по сбору урожая или не выполним?

Этот вопрос ежегодно волнует белорусские власти: в восприятии большинства населения страны относительно высокие урожаи свидетельствуют об экономическом благополучии, а термин "продовольственная безопасность" придает битвам за урожай и вовсе масштаб судьбоносный. То есть, у властей предержащих налицо электоральный интерес. Уборка выглядит как спасение нации от голодной смерти мудрым руководством. К тому же многие чиновники, которые отвечают за аграрную политику, никак не могут избавиться от стереотипов экономического мышления, оставшихся еще с советских времен, и стремятся дать вал любой ценой. Между тем собственно экономической целесообразности в постоянном наращивании урожая как такового нет.

Заявления высокого руководства о том, что кровь из носу надо "накормить народ", обеспечить ту самую продовольственную безопасность страны, отдают популизмом. Большая часть зерна, которое выращивают в Беларуси, идет на фураж, то есть на корм для скота. А собственно "хлеб" так или иначе приходится покупать в России, на Украине, в Казахстане и в странах Балтии. Что до фуражного зерна, то наращивание его производства тоже не совсем понятно. Поголовье скота с каждым годом падает: по некоторым подсчетам, по сравнению с 1995 годом оно уменьшилось вдвое! Да, складывается впечатление, что кормить коров, овец и прочую живность все равно нечем, но может, стоит ориентироваться на более дешевые корма, а не вбухивать огромные государственные деньги в производство пшеницы? Кстати, у нас зачастую даже фуражное зерно забраковывают: много радионуклидов!

Почему бы не задуматься об элементарной невыгодности выращивания пшеницы в таких количествах? Ведь не один эксперт говорил о том, что в Беларуси имеет смысл сделать акцент на животноводстве. Да, но опять же электоральный интерес и нежелание мыслить прагматично… А между тем в других европейских странах, где климатические условия ненамного отличаются от наших и где всевозможные погодные напасти случаются не реже, чем в синеокой Беларуси, об урожаях государственные мужи давно не думают. И не потому, что пшеница там в принципе не растет — просто там никто ничего глобально не планирует, у каждого клочка земли есть свой хозяин-фермер, который лучше знает, что ему нужно производить и выращивать и как добиться наилучших результатов.

Кстати, в прошлом году в соседней Литве пропало около миллиона тонн пшеницы — покупателя не нашлось. А в Беларуси вкладывали сотни миллиардов рублей, чтобы собрать этот самый дополнительный миллион тонн и блестяще завершить уборочную. Был ли смысл?