Жены пропавших оппозиционеров призывают ООН принять резолюцию по Беларуси :: Хартыя'97 :: Навiны

Ирина Красовская и Светлана Завадская опасаются, что их мужей – оба были сторонниками политической оппозиции в Беларуси и числятся пропавшими без вести уже три года – почти наверняка нет в живых. "Глубоко в наших сердцах теплится последняя искорка надежды на чудо, но информация, которой мы располагаем, свидетельствует о том, что их убили", – сказала Красовская в интервью 9 апреля, выступая перед журналистами перед дверями большого зала в ООН, где в эти дни проходит заседание Комиссии по правам человека.

Иринин муж Анатолий Красовский – бизнесмен, который помогал финансировать оппозицию – бесследно исчез 16 сентября 1999 года вместе со своим другом Виктором Гончаром – видным оппозиционным политическим деятелем. Муж Светланы Дмитрий Завадский – журналист белорусского филиала российской государственной телекомпании и бывший телеоператор Александра Лукашенко – бесследно исчез в аэропорту Минска-27 июля 2000 года.

Две женщины, которые до исчезновения их мужей не были знакомы друг с другом, объединили свои силы в борьбе за правду. Они утверждают, что доказательства того, что их мужья стали жертвами политической расправы, были уничтожены. Следствия по делам об исчезновении их мужей в начале этого года были приостановлены белорусским властями, так и не будучи доведенными, до конца.

В период с 17 марта по 25 апреля Комиссия ООН по правам человека проводит свою 59-ю ежегодную сессию. Для Красовской и Завадской этот форум является лучшей возможностью обеспечения международного осуждения режима Лукашенки и, быть может, доведения до конца следствий по делу об их исчезновении, чтобы можно было узнать правду об их судьбе.

"ООН – это высший возможный уровень обсуждения проблем прав человека", – сказала Красовская. Она объяснила, что они с Завадской прибыли в Женеву, чтобы призвать Комиссию принять – впервые – резолюцию с критикой ситуации с правами человека в Беларуси.

"Если заявление будет сделано на этом уровне, это будет означать, по крайней мере, что данная проблема признана международным сообществом", – заявила Красовская.

США внесли на рассмотрение резолюцию по Беларуси 10 апреля. Эта резолюция – первая из когда-либо предложенных по ситуации в Беларуси – будет рассмотрена во время голосования, которое начнется на следующей неделе.

В резолюции выражается "глубокая озабоченность" в связи с сообщениями из заслуживающих доверия источников о причастности высших белорусских официальных лиц к "насильственным исчезновениям и (или) массовым казням трех политических противников нынешних властей и одного журналиста".

В ней также содержится призыв к правительству Беларуси провести полное и беспристрастное расследование обстоятельств их исчезновения и обеспечить наказание преступников. Она также призывает Беларусь пригласить посещать страну следователей ООН по правам человека, включая специального докладчика по внесудебным, массовым и произвольным казням.

В последний раз Ирина Красовская видела своего мужа Анатолия, с которым они прожили почти 25 лет, вечером в один из дней сентября 1999 года. Она зашла в офис к Анатолию, чтобы занести ему сменную одежду для посещения сауны, куда он собирался отправиться вместе со своим близким другом Гончаром – видным деятелем оппозиции. Мужчины пригласили Ирину присоединиться к ним, но она решила остаться дома и приготовить для них чай, когда они вернутся. Накануне у нее был день рождения, поэтому это вечернее чаепитие должно было вылиться в небольшое празднество.

Вечером того же дня, по дороге домой из сауны, двое мужчин и их джип бесследно исчезли. Было уже поздно, но Красовская сидела дома и ждала их. Она снова и снова звонила им на сотовые телефоны, но они не отвечали. Начиная тревожиться все сильнее, она позвонила в милицию, а затем обзвонила больницы Минска, но ни у кого не было никакой информации ни о Красовском, ни о Гончаре. Мысль о том, что это могло быть похищение, не сразу пришла ей в голову.

Светлана Завадская в последний раз видела своего мужа утром 7 июля 2000 года, которое поначалу начиналось, как и любое другое утро, но события которого она теперь вновь и вновь "прокручивает" в своей памяти. Ее муж, журналист Дмитрий Завадский, встал рано, чтобы отправиться в аэропорт Минска-2 встретить своего российского друга и коллегу тележурналиста Павла Шеремета. Она даже представить себе не могла, что больше никогда не увидит Дмитрия.

"Обычно мое утро начиналось с приготовления завтрака для моего мужа, а затем я наблюдала в окно, как он отъезжает от дома на автомобиле. Но в тот день у меня была высокая температура, и я осталась лежать в кровати, – вспоминает она. – Я слышала, как он крадучись вышел из комнаты, чтобы не разбудить меня, а затем я слышала, как он возился на кухне, где его поджидала маленькая неприятность – необходимость самому готовить себе завтрак. Поэтому он уехал позже, чем планировал".

Прибыв в аэропорт с опозданием, Дмитрий оставил свой автомобиль прямо перед милицейским постом, тем самым нарушив правила парковки, но по странному стечению обстоятельств стража порядка на посту в тот день не было. Сперва Светлане сообщили, что несколько свидетелей видели, как Дмитрий вошел в здание аэропорта, но эти свидетели так и не материализовались.

Правоохранительные органы первым делом допросили жен пропавших без вести, как если бы они сами были подозреваемыми. "Они действовали так, будто бы мы преднамеренно организовали исчезновение своих мужей, – вспоминает Красовская. – Милиция сфотографировала каждый сантиметр моего дома. Они говорили: "Если вы убили вашего мужа, мы найдем улики".

Хотя в ходе следствия Красовская, в конечном счете, была переведена в разряд "жертв", ни она, ни Завадская так и не получили официального ответа о судьбе мужа.

Но в последние годы начали постепенно "всплывать" неофициальные улики, подтверждающие худшие опасения женщин.

Бывшие следователи и наблюдатели по правам человека – некоторые из которых попросили политического убежища за рубежом – продолжали делать заслуживающие доверия заявления о том, что к этим исчезновениям причастны высшие государственные чиновники.

14 марта 2002 года суд вынес обвинительный приговор четырем членам "ударной группы", похитившей Завадского, но слушания были закрыты для общественности и так и не дали ответа на очевидный вопрос о том, что же произошло с журналистом после его похищения.

Хотя дела об исчезновении Анатолия Красовского и Дмитрия Завадского остаются незакрытыми, следственные действия по ним были официально приостановлены Минской прокуратурой в январе 2003 года.

"Трудно описать, что значит жить с этим, – сказала Красовская. – Каждый вечер ты ложишься спать с этой пустотой, зная, что с нею же и проснешься. Утром ты вновь не получишь ответа на свой вопрос. Мы верим, что судьба наших мужей однажды станет известна, но почти наверняка это случится только после политических перемен. Нас поддерживает знание о том, что ни один режим не длится вечно".

("Вашингтонский файл" выпускается Офисом международных информационных программ Государственного департамента США. Веб-сайт: http://usinfo.state.gov/russki/)