Інтэрнэт і дзяржава ў Беларусі :: Хартыя'97 :: Навiны

Інтэрнэт-бум, які назіраецца ў апошнія гады ў Беларусі, мае вельмі спэцыфічны характар. Прэзыдэнт і ўрад зацьвярджаюць розныя праграмы й канцэпцыі інфарматызацыі, у якіх лібэралізацыя рынка тэлекамунікацыяў прызнаецца галоўным фактарам інфармацыйнага разьвіцьця краіны. Аднак фактычна ўсе камунікацыі ажыцьцяўляюцца праз аднаго правайдэра – Белтэлекам, які зьяўляецца структураю Міністэрства сувязі. Каля трыццаці правайдэраў на беларускім рынку таксама маюць ліцэнзіі на розныя віды Інтэрнэт-паслуг. Але ўсе яны вымушаныя набываць доступ да канала Белтэлекаму. У краіне няма альтэрнатыўных апэратараў сувязі, якія б мелі ўласныя вонкавыя каналы. Сёньня ліцэнзіі забараняюць нават выкарыстаньне прыёмных спутнікавых антэнаў і прадпісваюць накіроўваць увесь трафік толькі праз магутнасьці Белтэлекаму. Яшчэ чатыры гаду таму міністар сувязі В.Ганчарэнка публічна заявіў пра пачатак акцыянаваньня, але прыватнай прыватызацыі так і не пачалося. Зараз ужо паэтапная прыватызацыя Белтэлекаму плянуецца з 2007 году. Такім чынам, інфармацыйныя патокі праз Інтэрнэт як знутры краіны, так і ў краіну дэ-факта ідуць і яшчэ доўга будуць ісьці праз дзяржаўную структуру.

Такое монопольное положение, резко ограничивающее скорость коммуникации, дает государству огромные преимущества в сфере Интернета. Оно произвольно устанавливает цены для пользователей (специальные выделенные линии с большой скоростью обходятся до $ 500 в месяц, что, при среднемесячной зарплате в $ 100, делает их недоступными для большинства пользователей) и, таким образом, получает сверхприбыли. По оценкам экспертов, свыше половины всех доходов Минсвязи поступают от Белтелкома через его подразделение БелПАК (которому принадлежит свыше 50% рынка провайдерских услуг). Многие в белорусском Интернет-сообществе убеждены, что именно получение сверхприбылей является главным мотивом государственной монополии.

Но есть и другой, еще более важный мотив. В отличие от других стран, где гражданское общество и частный бизнес успешно противостоят попыткам правительства ввести специальные программы контроля за пользованием Интернетом - читать электронную почту любых граждан и организаций, фиксировать серверы, на которые они выходят и т.п. (например, печально известных программ Carnivore, разработанной ФБР в США или СОРМ-2, разработанной ФСБ в России) - белорусские власти пошли другим путем. Пользуясь своим монопольным положением в этой сфере, они в принципе могут контролировать практически любую информацию, проходящую через Интернет (электронную почту, Web-сайты и др.), без специальных программ контроля. Разумеется, это вовсе не значит, что вся информация, проходящая через Интернет, подвергается политическому контролю. Однако белорусские пользователи вынуждены постоянно "иметь в виду" такую возможность и фактически работать в условиях самоцензуры.

Примеров использования белорусским государством своего монопольного положения для осуществления политического контроля над Интернетом немало, и они хорошо известны. Так, за неделю до последних президентских выборов Web-сайты ведущих независимых масс медиа, политических партий и правозащитных организаций Беларуси неожиданно исчезли из on-line. Попытки их владельцев найти свои сайты и получить сколь-нибудь внятные объяснения ни к чему не привели (Белтелеком ссылался на какие-то "технические проблемы"). Но как только Центризбирком объявил официальные результаты выборов, все исчезнувшие сайты чудесным образом вернулись в on-line. Другой, еще более скандальный и получивший широкий международный резонанс пример связан с использованием Интернета независимой прессой. Во время той же президентской кампании минская газета "Рабочий" опубликовала статью "Вор должен сидеть в тюрьме", написанную по материалам различных Интернет-изданий, а гродненская газета "Пагоня" опубликовала свою критическую статью на собственном сайте. Год спустя оба редактора и один журналист были осуждены на срок от одного до двух лет ограничения свободы ("химии").

Одним из важных показателей отношения государства к Интернету является развитие системы публичного доступа - в библиотеках, Интернет-кафе и т.п. В крупных городах Европы (включая Москву, Петербург, Ригу, Киев и др.) сегодня насчитываются тысячи Интернет-кафе с весьма умеренными ценами, открывающие доступ к Интернету миллионам людей. В почти двухмиллионном Минске сегодня существует около ста Интернет-кафе, многие из которых испытывают серьезные финансовые трудности, поскольку высокие цены (примерно доллар в час) ограничивают доступ для большинства желающих. Как показывает анализ, в Беларуси постоянно пользуются Интернетом те, кто имеет к нему доступ дома или на работе, т.е. система публичного доступа к Интернету остается слабо развитой:

Таблица 1. Регулярность пользования Интернетом в зависимости от места доступа, %*

Пользование Интерентом	Дома	На работе	В библиотеке	В и-кафе
Постоянные пользователи	73.0	49.0	23.1	8.6
Непостоянные пользователи	24.0	46.9	69.3	68.5

* По результатам национального опроса НИСЭПИ. Читается по вертикали

Развитие Интернета в Беларуси, особенно в регионах, ограничивается и очень слабой технологической базой. Несмотря на широковещательные программы информатизации, за исключением некоторых сфер государственного управления (правительство, оборона, финансы, транспорт и некоторые другие), реальное положение дел оставляет желать лучшего. Например, в январе 2003 года санэпидемстанция Гомеля (второго крупнейшего города страны с населением свыше полумиллиона человек) заявила, что "75% компьютерных классов городских школ не отвечают санитарным нормам (имеют слишком высокий уровень электромагнитного и электростатического напряжения) и рекомендовала руководству этих школ сократить время обучения информатике, иначе эти классы будут закрыты вовсе. Причина такого положения банальна: большинство компьютерных классов в школах очень стары ("Я работаю в этой школе свыше пятнадцати лет, - сказал журналистам директор СШ N 25, - и все компьютеры, которые мы имеем, были установлены здесь еще до моего прихода"). В других странах с развивающейся экономикой власти, сталкиваясь с подобными проблемами, обращаются за помощью либо к общественности, либо к частному бизнесу. В нашей стране большинство школьных советов или родителей не в состоянии оказать такую помощь, поскольку минимальная стоимость одного компьютерного класса составляет свыше $ 5.300 (при среднемесячной зарплате $ 100), а частный бизнес, обладающий такой возможностью ( 88% частных компаний имеют PC, свыше 70% - e-mail, почти 30% - собственные Web сайты ), сам вынужден бороться за существование с постоянно усиливающимся давлением государства.

Таким образом, заявляя о поддержке развития телекоммуникаций, органы государственной власти Беларуси де-факто усиливают свою монополию в этой сфере, нередко вводя дополнительные ограничения для ее развития. Прекрасно понимая потенциал Интернета для развития гражданского общества и демократии, они стараются поставить его под свой контроль. Так, важнейшей целью новой программы "Электронная Беларусь", представленной правительством в конце минувшего года, "является формирование в стране единого информационного пространства, …а также совершенствование законодательства и государственного регулирования в сфере информатики". О том, как следует понимать "единство информационного пространства", а также "совершенствование законодательства и государственного регулирования в сфере информатики" без обиняков заявил в недавнем интервью министр информации М. Подгайный: "Все это будет заложено в новой редакции закона о СМИ. Там пойдет речь и об Интернет-изданиях. Этим тоже нужно заниматься, определить правовые рамки. Я ведь сейчас ничего не могу предпринять по отношению к владельцу веб-издания - даже если там появится некорректная или искаженная информация (выделено мной - О.М.)".

Справедливости ради следует заметить, что белорусские власти и тут не оригинальны. Так, с 1995 года власти Китая ввели свыше 60 механизмов правового регулирования Интернета, установивших над ним почти тотальный контроль (например, с января 2001 г. отправление любой "секретной" или "реакционной" информации по электронной почте квалифицируется как государственное преступление и может повлечь наказание вплоть до смертной казни, а в декабре 2002 г. накануне съезда правящей компартии был заблокирован Google - один из самых мощных Интернет-поисковиков); два месяца назад власти Ирака заблокировали всю электронную почту из США, критикующую режим С. Хусейна.

Важнейший вывод из этого анализа состоит в том, что будущее Интернета в Беларуси как важного фактора социального прогресса связано не только с развитием коммуникационных технологий: попытки властей поставить его под свой контроль представляют собой не меньшую угрозу, чем распространение компьютерных вирусов. "Спрятаться" от власти нельзя - ни в реальном, ни в виртуальном пространстве. А эффективное взаимодействие с ней возможно только тогда, когда белорусское Интернет-сообщество станет не только технологической, но и социальной силой.

Фото IREX/Promedia