12 гадоў з канфіскацыяй маёмасьці :: Хартыя'97 :: Навiны

Падобна на тое, што суд па справе былога прэзыдэнта канцэрну “Белдзяржпрамхарч” Віктара Казекі й ягонага сына Андрэя хутка завершыцца. Амаль два месяцы ішлі допыты сьведак. І вось нарэшце ў панядзелак пачаліся спрэчкі -- апошні этап перад вынясеньнем выраку.

Вернее, в начале судебного заседания защита заявила ходатайство о возобновлении следствия по делу, поскольку в ходе судебного разбирательства выявились очевидные неувязки с датами. К примеру, оказалось, что директор фирмы «Афганвет» Светлана Тупик и сотрудник той же фирмы Владимир Партасевич, которые являются главными свидетелями обвинения, пришли на работу в «Афганвет», как следует из записей в трудовых книжках, в июне и августе 2001 года. Между тем в своих показаниях они свидетельствовали о контракте «Афганвета» с «Кристаллом», заключенном в 2000 году, Таким образом, правдивость их показаний была поставлена под сомнение. Адвокат Казеко-младшего Александр Пыльченко вообще усмотрел в этой ситуации элементы подлога, о чем сообщил суду. Но судья Василевич отклонил это ходатайство, равно как и ходатайство о вызове в суд в качестве свидетеля председателя Миноблисполкома Николая Домашкевича.

Выступление в прениях прокурора Радкевич было долгим и пафосным. Она говорила об общественной опасности семьи Казеко как образчика коррумпированности и сращивания интересов высокопоставленных чиновников с интересами коммерческих структур. «Обвиняемые утверждают, что их оговорили. Но оговоров на пустом месте не бывает», — подчеркнула Радкевич. (Отчего же не бывает? Очень даже бывает...)

Мы уже писали о странном эпизоде обвинения Виктора Казеко, связанном с подделкой документов и мошенничеством: поскольку в архивах Минсельхозпрода не сохранилось командировочное удостоверение о поездке в Брагинский район в 1986 году, следствие решило, что Казеко обманным путем стал «чернобыльцем» и получал всяческие льготы. В частности, квартира была передана ему в собственность. Прокурор исключила из обвинения подделку документов, но зато получение квартиры стало хищением имущества путем мошенничества. Эпизоды о взятках от ранее осужденного Николая Дома-кура исключены из обвинения за недоказанностью. Туда же, «в корзину», улетели обвинения в подстрекательстве к даче взятки, связанном с «афганветовским» рестораном «Золотой век», и в легализации преступных доходов. По сути, обвинение разлетелось. За исключением всего того, что связано с «Афганветом». Здесь на очевидные неувязки и противоречия прокуроры по-прежнему не обращают внимания.

К примеру, по эпизоду, связанному с партией коньячного спирта, задержанной на гомельской таможне и подлежащей конфискации согласно решению суда, Виктор Казеко обвиняется в злоупотреблении служебным положением и получении взятки за «решение вопроса». В деле имеются показания замминистра иностранных дел Александра Михневича, который вспомнил, что Виктор Казеко обращался к нему с просьбой утрясти вопрос с лицензией, из-за неправильного оформления которой груз и был задержан. Но замминистра иностранных дел не подчиняется зампреду Миноблисполкома (именно эту должность занимал тогда Виктор Казеко). И конечно же, гомельский суд не имеет никаких отношений к Миноблисполкому. Кстати, в документах гомельского суда указано, что злополучная партия коньячного спирта стоила 47 тыс. долларов. «Афганветовцы» же утверждали, что стоила она все 160 тысяч. И это только одна из, мягко говоря, неувязок, озвученных ими во время судебного процесса.

Тем не менее прокурор потребовала наказания в виде 12 лет лишения свободы с отбыванием его в колонии строгого режима, с конфискацией имущества и лишением права занимать руководящие должности в течение 5 лет для Виктора Казеко, 10 лет лишения свободы (тоже с конфискацией и отбыванием в колонии строгого режима) для Андрея Казеко. Плюс ко всему — взыскать с обвиняемых 200 тыс. долларов в доход государства. Именно в такую сумму оценило обвинение причиненный государству ущерб.

Адвокаты подвергли очень жесткой критике обвинение и предложили суду оправдать их подзащитных по всем пунктам. Представители защиты не только тщательно проанализировали материалы и следствия, и суда, указав на очевидные провалы обвинения, но и вспомнили процедурные нарушения, отказы в удовлетворении самых простых ходатайств, некорректность проведения психиатрической экспертизы, отказ в вызове в суд некоторых свидетелей по ходатайствам адвокатов, хамство следователей, причастность основных «афганветовских» свидетелей обвинения к преступной деятельности, что подтверждается судебными приговорами...

Словом, суду есть над чем подумать в оставшиеся до окончания процесса дни. Приговор будет оглашен 22 мая.