Тайны штурму тэатральнага цэнтру на Дуброўцы :: Хартыя'97 :: Навiны

10 траўня апусьцілася заслона ў тэатры на Дуброўцы, на сцэне якога разгортваўся відовішчны й драматычны тэракт, зьдзейсьнены чачэнскімі баевікамі. Мюзікл “Норд-Ост”, акторы й гледачы якога вечарам 23 кастрычніка 2002 году апынуліся закладнікамі тэрарыстаў, абанкруціўся. Публіка нават зь цікаўнасьці не хацела ісьці на спэктакль, які каштаваў жыцьцяў 129 закладнікам: мужчынам, жанчынам і дзецям. Спроба аўтараў мюзіклу захаваць яго як жывы помнік трагедыі правалілася. Падаецца, ніхто не жадае згадваць пра здарэньне.

Спустя шесть месяцев после трагедии общественность не получила даже малой части информации по расследованию. Кем были террористы? Каковы были их планы? Каким образом они доставили в театр взрывчатку и оружие? При каких обстоятельствах совершалась блиц-операция российских спецназовцев, которой предшествовало применение загадочного газа? На все эти вопросы нет ответов.

Более того, сегодня, казалось бы, установленные уже обстоятельства вызывают сомнения. Даже генеральный прокурор Владимир Устинов допускает, что личности лишь немногих из 40 убитых в ходе операции спецназа террористов были установлены. Складывается впечатление, что до конца не ясно, сколько было террористов: в первые дни после трагедии тела некоторых заложников были по ошибке занесены в список как террористы. Хотя нет официальных подтверждений, а лишь заявления анонимных источников, пока среди погибших не идентифицированы тела ни командира чеченцев Мовсара Бараева, ни загадочного Абубакара, которого все свидетели называли истинным идеологом захвата заложников.

И в отношении идентифицированных боевиков остается много вопросов. Еженедельник "Московские новости", собиравший информацию о террористках-смертницах, опубликовал ужасающие сведения: в момент захвата театра три из шести женщин были беременны. Все они принадлежали к семьям фундаменталистов, все потеряли в ходе войны или мужей, или братьев, но, по словам родственников и друзей, они не были готовы умереть. Возможно, предстоящее материнство помешало им в последний момент нажать на кнопку, чтобы подорвать себя. Возможно, они надеялись вернуться живыми после выполнения миссии в Москве.

Все вопросы остаются без ответа еще и потому, что официальное расследование проводится в условиях абсолютной секретности, а инициатива либеральных партий назначить парламентское расследование была блокирована большинством Думы. Все, что касается Дубровки, окутано завесой секретности: тайным указом президент Путин присвоил звание Героя России анонимному изобретателю смертоносного газа, использованного во время штурма. От этого газа умерли 125 из 129 погибших в ходе трагедии заложника. Несмотря на заверения в том, что использованный газ не опасен, по Москве ходят слухи о скорой смерти всех, кто им дышал. Адвокат жертв теракта на Дубровке Игорь Турнов выяснил, что за последние шесть месяцев по неизвестным причинам умерли еще 40 бывших заложников. Власти опровергли эту информацию, но фактом остается то, что десятки выживших заявляют о резком ухудшении состояния здоровья.

Жертвы трагедии в 65 исках требуют выплаты компенсации на общую сумму почти в 68 млн долларов. Беспрецедентный акт в долгой и многообразной истории российских трагедий: никогда раньше ни одна жертва войны в Чечне или жертва другого теракта не осмеливалась требовать от российских властей компенсации, довольствуясь жалкими субсидиями, выделявшимися правительством. Но бывшие заложники и родственники погибших, имевшие смелость предстать перед судом, мотивировали свое решение прежде всего желанием узнать правду. Их планы не осуществились. Суды Москвы, находящиеся на содержании у московского мэра, от которого бывшие заложники хотят получить компенсации, уже отклонили третий иск и намерены поступать аналогичным образом со всеми другими.

Процессы завершаются за несколько дней, судьи отклоняют просьбы пригласить свидетелей и представить доказательства. Последнее заседание состоялось пять дней назад. Охранник театра Николай Любимов, пожилой человек, остававшийся заложником чеченцев в течение 60 часов, заявил судье: "Давай быстрее заканчивай этот трагикомический фарс, читай постановление, оно ведь уже готово". Судья открыла заседание, чтобы закрыть его через несколько часов с отрицательным решением. Адвокат Игорь Турнов уже не надеется на успех: "Это будет слишком опасный прецедент".