Апошні ў вышэйшай лізе :: Хартыя'97 :: Навiны

Прэзыдэнт ЗША Джордж Буш заявіў, што намерваецца асабіста – па дарозе на пецярбургскі юбілей падзякаваць свайго калегу, польскага прэзыдэнта Аляксандра Квасьнеўскага, за дапамогу ў вырашэньні ірацкага канфлікту. За гэтую падтрымку прэса Францыі даўно назвала кіраўніка польскай дзяржавы траянскім канём, а нямецкая яшчэ больш груба – траянскім аслом Эўропы. Тым не менш Квасьнеўскі вынікамі ірацкай кампаніі застаўся задаволены: у абмен на ляяльнасьць ён дабіўся ад Вашынгтону для сваёй краіны значных эканамічных прывілеяў і пры гэтым не сапсаваў зносінаў зь лідэрамі вядучых эўрапейскіх дзяржаваў.

В 1990 году польский сатирический журнал "Политический алфавит" дал прогноз политической судьбы начинающего социал-демократа Квасьневского: "Его погубят обстоятельства. Он может скатиться - стать спортивным функционером или выполнять работу еще менее интеллигентную, нежели занятия вора или сутенера". И Квасьневский такое занятие нашел: в 1995 году он стал президентом Польши.

Бывшая квартирная хозяйка фру Схелен вспоминает время, когда молодой Квасьневский жил у нее в Швеции и подрабатывал помощником электрика в автомеханической мастерской. Юноша, по ее словам, вел себя достойно, шумных вечеринок не устраивал, а вечерами любил по телевизору смотреть "мыльные оперы". Фру Схелен понравился постоялец, и на прощание она подарила "бедному" польскому мальчику джинсы.

Политическая карьера долгое время складывалась у Квасьневского не слишком удачно: небольшие взлеты чередовались с глубокими падениями. Бывший комсомольский функционер, бывший коммунист, бывший лидер социалистической партии -- с такой биографией в новой, постсоциалистической Польше устроиться на приличную работу было практически невозможно. При власти "профсоюзного" президента Лехи Валенсы его называли "прихвостнем" старого режима. Работы не было, а заработков жены, юриста, не хватало на жизнь. "Я порой чувствовал себя на самом дне, и казалось, что не смогу отсюда выбраться", - вспоминает Квасьневский.

Начало в стране шоковой терапии с ее возможностями для свободного предпринимательства семья будущего президента встретила с облегчением. Жена - пани Иоланта - создала фирму по продаже недвижимости. Появились деньги, и Квасьневский смог отрешиться от мыслей "о хлебе насущном" и вновь посвятить себя политике. Кстати, и сегодня фирма его жены процветает. А доход Иоланты настолько выше президентской зарплаты, что она не раз предлагала мужу бросить политику и пойти на ее предприятие директором.

На президентских выборах 1995 года Квасьневский расчетливо сыграл на страхах избирателей перед "увядающим призраком" российской империи. Но в отличие от многих никогда не отказывался от своего коммунистического прошлого. "Нужно реформировать, а не ломать всю партийную систему. Я выбираю реформы без жертв, крови и насилия", - говорил он.

И еще цитата из предвыборных листовок Квасьневского тех лет: "Лучше быть последним в высшей лиге, чем лидером в первой". Это о казавшихся тогда несбыточными планах вступления Польши в Европейский союз. Но "мечтатель" оказался хорошим стратегом - Варшава вступает в ЕС. Поэтому и сегодня большинство поляков верят, что в своих прогнозах на будущее Квасьневский их не подведет.

И ведь самое удивительное - их надежды на политическое "трезвомыслие" польского президента оправдываются в полной мере. Ставка Квасьневского на Америку в иракском конфликте оказалась стопроцентно верной. Такой президентский "джек-пот" мир вряд ли видел. За отправку в Ирак 200 польских солдат, которые поехали помогать 130-тысячной армии американских войск, США пообещали передать польским предприятиям контракты на восстановление Ирака стоимостью в сотни миллионов долларов. А прикупив в Америке 48 истребителей F-16, Квасьневский заручился согласием Вашингтона инвестировать в польскую экономику двенадцать миллиардов долларов - в четыре раза больше стоимости самолетов.

Отношения с другом Бушем потеплели настолько, что Квасьневский уже несколько раз предлагал Франции стать посредником на "мирных переговорах" Парижа и Вашингтона. А канцлеру Германии - отправить немецких солдат для поддержания порядка в Ираке в польскую зону ответственности. Отказ его собеседников от предложенной "чести" польского президента искренне озадачил - он явно рассчитывал на другую реакцию.

Но этот отказ вовсе не смутил польскую прессу, которая немедленно истолковала его в свою пользу. "Наконец мы стали движущей силой международной политики, а не ее объектом", - радуется праволиберальная газета "Речь Посполита". Социал-демократические издания наигранно скромнее. "Квасьневский играет позитивную роль в разрешении международных конфликтов", - считает близкая к правительственным кругам газета "Трибуна".

Но и правые, и левые верят: президент дал стране новый импульс, сделав ее "восходящей звездой" европейской политики.

Впрочем, несмотря на явные разногласия по ключевым вопросам с главой Франции Жаком Шираком и канцлером Германии Герхардом Шредером, Квасьневский всячески избегает критики в адрес своих оппонентов. Это премьер-министр страны Лешек Миллер может позволить себе публично сравнить Варшаву с Золушкой, а Париж и Берлин с вечно завидующими ей сестрами. Для Квасьневского такая логика поведения неприемлема: очевидцы вспоминают, что даже во время предвыборной президентской гонки он старался не ругать публично действия соперников.

Конечно, франко-немецкой коалиции не стоит тешить себя пустыми надеждами - выбор Квасьневского в пользу стратегического партнерства с Белым домом имеет исторический характер и, пожалуй, просто не может быть иным. В Америке проживают около 10 миллионов поляков. Семь членов кабинета министров страны обучались в США по международной программе, которую финансирует американское правительство. Даже на первых предвыборных плакатах польских профсоюзов в 1989 году был изображен американский актер Гарри Купер в роли машиниста поезда, который везет жителей Варшавы к светлому будущему.

Отсюда - весьма прохладное отношение Квасьневского к планам Берлина и Парижа создать общеевропейскую армию, независимую от НАТО, в противовес американской "гегемонии" в мире. К тому же Вашингтон занимает второе место в экономике Польши по размеру инвестиций - от таких спонсоров "из-за пустяков" не отказываются. А с точки зрения польского президента, новый европейский проект - затея нелепая и даже вредная.

Но ссориться с Шираком и Шредером не в интересах Квасьневского. Тем более выступать публично против их планов. Ведь именно Франция стоит на первом, а Германия на третьем месте по инвестициям в польскую экономику. И очевидно - Квасьневский не желает выглядеть неблагодарным перед Парижем и Берлином. К тому же, имея бюджетный дефицит в шесть процентов вместо положенных трех и желая получить от Брюсселя 15 миллиардов евро дополнительной помощи на структурные изменения в экономике, Варшава должна вести себя осторожно со своими европейскими спонсорами. Даже критика в их адрес за сближение с Москвой и невнимание к Украине звучит у Квасьневского как дружеское пожелание европейского президента своим ближайшим соседям.

Вот почему на европейских саммитах Александр Квасьневский по-прежнему буквально излучает оптимизм. Говорят, что в обмен на лояльность в иракском кризисе Вашингтон пообещал ему в будущем должность главы НАТО. Причем и Франция, и Германия не против такого назначения. Польский президент уверен: его усилия по поддержанию "мира" в европейском сообществе обязательно будут вознаграждены.