Армия спасения (III часть) :: Хартыя'97 :: Навiны

Мы продолжаем публикацию материала Николая ХАЛЕЗИНА, посвященного современной белорусской журналистике, работе белорусских журналистов в условиях диктатуры и роли средств массовой информации в истории Беларуси. Читайте третью, заключительную часть материала.

Измена

Безусловно, власть в последнее время уничтожает свободную прессу не только потому, что увидела в ней фатальную угрозу своей безопасности, но и потому, что международные демократические институты прекратили, или снизили давление на белорусский режим. А белорусские журналисты, в свою очередь, перестали быть консолидированной силой, заставляющей власть совершать лишь хорошо обдуманные поступки.

«Спасательным кругом» независимых СМИ, начиная с 1998 года, являлось правительство США. Американская система поддержки молодых демократий позволяла получать белорусским газетам финансовую помощь и кое-как сводить концы с концами. Она была не очень большой, но определяющей – в основном денег хватало на бумагу, и типографские услуги. Аренду помещений, почтовые услуги и заработную плату персонала издатели оплачивали из прибыли, полученной от реализации газет и мизерных объемов рекламы, размещенной в изданиях предпринимательскими структурами.

Ситуация изменилась осенью 2001 года, когда посол США Майкл Козак пошел на смелый эксперимент, – он решил приостановить помощь независимым изданиям на год, дабы проверить, на что способны газеты в «свободном плавании». Подобный эксперимент мог бы быть успешным в условиях демократии, когда внешние факторы уходят на второй план, а определяющим является лишь профессионализм. Результатом эксперимента стала гибель целого ряда газет: «День», «Белорусская молодежная», «Наша Свабода», «Рабочий», а нынешний состав посольства США в журналистской среде стали называть «Газетными киллерами».

Изменилась не только политика американского посольства, но и представительства Американского агентства по международному развитию (USAID), который финансирует IREX. Именно IREX проводит в Беларуси американскую программу поддержки средств массовой информации в рамках договоренностей с белорусским правительством. После приезда в Минск нового главы USAID Кристин Шеклер, работа этой структуры начала носить формальный характер, и, в итоге, привела к ряду казусов. Помощь газетам была минимизирована, а упор в деятельности был сделан на региональные телевизионные компании. В конце концов, деятельность нескольких телекомпаний была приостановлена, а полученная от американцев техника перекочевала в государственные закрома. А вскоре белорусское руководство лишило таможенных льгот не только IREX, но и Интерньюс – представительство еще одной американской программы поддержки независимых СМИ. Дальнейшая деятельность этих структур оказалась под вопросом.

Любопытно, что после гибели независимых изданий, помощь Программы по малым грантам Посольства США все-таки возобновилась. Но получателями ее стали абсолютно другие издания: газета «Навінкі», отнюдь не выступающая против диктатуры, а усиленно «поливающая» демократические силы, и газета «Молодежный проспект», по сути принадлежащая депутату «палатки» Владимиру Новосяду, перебежавшему из оппозиционного лагеря в лагерь власти.

Но винить во всех бедах представителей других стран некорректно и бессмысленно, – проблема не только и не столько в их помощи, сколько в желании белорусского журналистского корпуса достойно принимать эту помощь, разумно ей распоряжаться и развиваться, невзирая на препоны режима.

Новобранцы

Смена поколений в медийном корпусе, прошедшая в последние 3-4 года, вывела на передовые позиции молодых журналистов, плохо разбирающихся в сути профессии и совершенно оторванных от этических и эстетических принципов современной журналистики. Это моментально сказалось на газетном рынке, обрушив тиражи изданий и понизив практически до нуля индекс цитирования независимых газет.

Виной тому стали:

– чрезвычайно низкий уровень профессионального образования в государственных вузах;

– отсутствие образовательной работы со своими сотрудниками издателей и редакторов;

– свертывание образовательных программ зарубежных фондов поддержки независимых СМИ;

– отсутствие преемственности, и, как следствие, игнорирование молодыми кадрами кодекса журналистской этики;

– политическая ангажированность властными структурами ряда издателей и журналистов.

Низкий уровень подготовки журналистов привел к тому, что с газетных полос практически исчезли целые жанры. Очерки и эссеистика частично сохранились в «Народной воле»; расследования – в усредненных рамках – на страницах «БДГ. Для служебного пользования»; хорошие репортажи практически пропали, а глубокие интервью исчезли вместе с серьезными интервьюерами.

Зато на страницах независимых изданий появилось огромное количество материалов, отражающих точку зрения отдельных властных кланов. В среде чиновников появилась определенная мода на сведение счетов со своими оппонентами через негосударственные СМИ, а у газет – возможность восполнить финансовые бреши. Проницательному читателю не стоит большого труда понять, что, к примеру, на смену клана Коноплева, выбитого с той или иной «высотки», приходит клан Шеймана, или наоборот.

Дилетантизм новой плеяды журналистов привел к тому, что власти зачастую стали использовать их «в темную». Представители силовых структур организовывают плановую утечку информации о создании новых отрядов для разгона демонстрантов, или приглашают молодых журналистов на учения структур МВД, где отрабатываются методики подавления городских беспорядков. Вернувшиеся в редакцию журналисты с остекленевшими глазами пишут об использовании частями МВД пластиковых пуль, водометов, собак и слезоточивого газа. Материал появляется в газете накануне запланированной оппозицией массовой акции, и часть испуганных читателей эту акцию игнорирует. Подобные методики отрабатываются властными структурами уже на протяжении последних 5-6 лет.

Но нередко журналисты и сами попадают впросак, проявляя чудеса непрофессионализма. В 2000 году, в канун «Марша свободы-2», один из молодых журналистов «Белорусской деловой газеты» решил сдать материал о марше за несколько часов до его проведения. В своем материале он написал о том, что акция прошла спокойно, а присутствовало на ней около пяти тысяч демонстрантов. Материал был сверстан, и газета ушла в печать. Весь вечер после акции и все последующее утро, ведущие мировые телекомпании рассказывали о 35-40 тысячах участников акции.

31-й отдел

Известные белорусские журналисты, еще совсем недавно поднимавшие тиражи своим присутствием на страницах газет сегодня оказались практически вне зоны влияния на читателя. Нарушенная логика событий разбросала их по обочинам информационного поля.

С годами журналисты устают от однотипной работы, и цивилизованный рынок предоставляет им новые возможности для продолжения карьеры: обозреватель, редактор отдела, заместитель главного редактора, главный редактор, издатель…. Но это в цивилизованном рынке. Наш газетный рынок предоставляет другой выбор: журналист независимого издания ($100-200), журналист государственного издания ($100-500), журналист 31-го отдела ($250-2000).

Конечно, никакого 31-го отдела в реальности не существует. В годы застоя был такой фильм – «Гибель 31-го отдела». Он и подарил нам термин, пригодившийся спустя много лет. Речь в фильме шла о диссидентствующих журналистах, работающих над своим изданием, не покидая здания редакции. Но газета эта не выходила в свет, оставаясь объектом, существующим лишь для руководства государства. Таким 31-м отделом в нашей стране стала белорусская редакция американской радиостанции «Свобода», вещающая на коротких волнах.

Именно на этом радио трудится сегодня большинство журналистов, являвшихся в недалеком прошлом ориентиром для всего журналистского корпуса. Заработная плата, получаемая на этой радиостанции, позволяет поддерживать не самый низкий уровень жизни, а заманчивой перспективой является переезд на работу по контракту в пражский офис «Свободы». Уровень условий, предоставляемых центральным офисом радиостанции, вызывает зависть даже у пражан.

Рейтинг «Свободы» в Беларуси уверенно стремится к нулевой отметке, логично уступив рынок FM-станциям. А толковые журналисты стремятся на радио «Свобода», уступая информационное поле властной лжи и дилетантизму.

Воля к победе

Пессимисты утверждают, что нынешнее состояние газетного рынка может изменить лишь трансформация общей политической ситуации. Эта точка зрения сегодня доминирует в журналистской среде.

Позволю себе не согласиться со столь устойчивым постулатом. Ситуацию изменить можно и нужно.

Отсутствие воли журналистов, политиков, общественных организаций и правозащитных структур может привести уже в будущем году к тому, что власть угробит оставшиеся в живых общественно-политические издания, планово зачистив информационное поле к парламентским выборам. И рассчитывать на милость со стороны нынешней власти не стоит никому – домоклов меч висит сегодня как над столичными, так и над региональными изданиями. Только за последний месяц власть продемонстрировала независимым изданиям все возможные виды давления на СМИ: два предупреждения получила «Белорусская деловая газета», прекратила выход «Новая газета Сморгони», заведено уголовное дело против главного редактора газеты «Вечерний Столин». Превентивные удары нанесены. Журналисты не ответили ничем.

Следствие по делу о гибели нашего коллеги Димы Завадского приостановлено. Журналисты не ответили ничем.

Наши коллеги Николай Маркевич, Павел Можейко и Виктор Ивашкевич стали заключенными за выполнение своих профессиональных обязанностей. Журналисты не ответили ничем.

Белорусская ассоциация журналистов не вывела на улицу журналистов, протестующих против произвола властей.

Издатели не объединились в ассоциацию и не объявили об издании, хотя бы раз в месяц, общего для всех журналистов издания.

Журналисты не осознали нависшей над каждым из них опасности, и не провели ни одной акции в поддержку своих коллег.

Методов борьбы за свободу слова множество, надо лишь понять, что эта свобода нам нужна. Необходима.

А может быть журналисты должны полностью изменить концепцию своей деятельности и перейти, как когда-то польская «Солидарность», на нелегальное положение. И, может быть, прав великий польский философ и логик Тадеуш Котарбиньский, который сказал: «Бороться за свободу законным способом можно лишь в том случае, если ей уже обладаешь».

Пока власть наступает. И отступать она начнет лишь в том случае, если снова почувствует в журналистском сообществе такую силу, какой она была всего лишь несколько лет назад. Именно журналистский корпус должен стать той самой Армией спасения, которая первой избавится от страха и избавит от страха страну.

zzzzz