Што зьмянілася на МТЗ пасьля арышту Лявонава :: Хартыя'97 :: Навiны

Уступаючы на пасаду дырэктара Менскага трактарнага заводу, якая вызвалілася ўвесну 2002 г. пасьля арышту Міхаіла Лявонава, Аляксандар Пухавы публічна заявіў, што бачыць сваю задачу ў тым, каб захаваць за МТЗ пазыцыі ў цэнтры сусьветнага трактарабудаваньня. Яго папярэднік трымаўся аналягічнага пункту погляду, аднак лічыў, што для рашэньня задачы патрэбны час і вялізныя інвэстыцыі. А паколькі бюджэт малы, а інвэстыцыі могуць быць толькі прыватнымі, то неабходная прыватызацыя.

Очень рискованной была по этому вопросу позиция Леонова, если вспомнить, что Лукашенко считает МТЗ национальным достоянием страны, которое никогда при нем не будет приватизировано. Поэтому, критикуя прежнее руководство, которое подготовило пакет документов по рыночному реформированию предприятия, он заявил, что все эти проекты -- только отговорки не умеющих и не желающих работать, а может, просто корыстолюбцев, а может, вовсе врагов народа. Что все дело в скрытых ресурсах, которые надо вскрыть, в умении торговать, которое надо, наконец, освоить.

Соглашаясь с Леоновым, отметим, что даже одного дня бывает достаточно, чтобы в условиях рыночной экономики ушел на дно даже самый успешный промышленный гигант. А вот для организации рыночного успеха порой нужны десятилетия упорного труда. Прошел год при новом директоре. И что же изменилось на МТЗ?

На лето можно всем уйти в отпуск

Для ответа обратимся к цифрам, которые в нашем случае могут сказать очень многое. В первом квартале за рубеж продано 6,7 тыс. тракторов различных типов, что в 1,6 раза больше, чем за аналогичный период прошлого года. Если учесть, что в первом квартале 2002 года (когда, собственно, и был арестован Леонов) количество экспортированных тракторов упало почти в три раза по сравнению с первым кварталом 2001 года, то огромный и очевидный прогресс вроде бы налицо. Но все в мире относительно, и это тоже очень хорошо показывают цифры. Действительно, продажи увеличились, сократились запасы тракторов на заводских площадках, однако не настолько, чтобы проблему реализации можно было считать решенной: когда Пуховой вступил в должность, среднемесячный запас составлял 3,2, а сейчас -- 2,6 тысячи, что составляет 1,3 среднемесячного объема производства.

Иными словами, весь трудовой коллектив может уйти в продолжительный летний отпуск, пока дилеры не распродадут уже готовые машины. Кстати, специалисты завода увеличение объемов продаж связывают с созданием собственной дилерской сети (акционерные общества, которые находятся в полном или паритетном управлении МТЗ), однако, как отмечают независимые эксперты, решающее воздействие на реализацию минских машин играет согласие России принять их в счет погашения долгов. В этом радостного ничего нет, поскольку при всех братски-славянских наших отношениях цены на газ неуклонно растут. Значит, для их погашения понадобится все больше тракторов.

Цена, знаете ли, в рыночной экономике играет решающую роль, а минские тракторозаводцы поднять их в одностороннем порядке не могут. Поэтому в среднем трактор уходит за 10 тысяч "зеленью". За год МТЗ выпускает примерно 22 тысячи машин. Получается 220 миллионов выручки. На заводе работает примерно 20 тысяч человек. Поэтому на одного работника приходится 11 тысяч произведенной стоимости, в которую входят все издержки производства и реализации, подлежащие компенсации, заработная плата, которую надо выплачивать, налоги, отчисления в социальные фонды. Из выручки же надо изыскивать средства на развитие производства.

Сегодня основные фонды предприятия (станки, оборудование и прочее) изношены более чем на 70 процентов, а темпы обновления, по оптимистическим оценкам, составляют 3 процента, по пессимистическим -- вдвое меньше. То есть, если все останется так, как есть, Тракторный обречен на умирание. Не в физическом, разумеется, смысле, а в экономическом, поскольку мир не стоит на месте, в том числе и тракторопроизводители, которые каждый год предлагают потребителям все более совершенные образцы.

А на пивко не хватает

О состоянии дел на заводе автору рассказывали многие его работники, правда, ни один из них не решился назвать свое имя. Понятно, что и знакомые, работающие на МТЗ, просили сохранять их анонимность. И вот что рассказал кадровый рабочий с тридцатилетним стажем работы слесарем по ремонту оборудования на одном и том же участке, если не считать двухлетнего перерыва на службу в армии. Заработная плата у него 300 тысяч "грязными", авансов (предоплата за работу в первую половину месяца) давно нет, в "получковые" дни выплачивают только прожиточный минимум, а остальное погашают с задержкой на месяц и больше, очевидно, когда удается получить за трактора "живые" деньги. Так называемый комплексный обед в цеховой столовой, который можно получить в счет зарплаты, стоит 2 тысячи. То есть на достатчно скромное питание в месяц надо израсходовать около пятидесяти тысяч. А если еще и пивка попить после работы... Впрочем, посчитайте сами.

Лукашенко среди рабочих не популярен, политики вообще не популярны. Профсоюзная возня никого не интересует. На прошлых выборах (мой собеседник человек активный) многие рабочие не знали, кто такой Гончарик и чем он так знаменит. На строительство Национальной библиотеки деньги собирали так. Механик спрашивал: дадите по "пятерке", выпишу премию на "десятку".

В год своего наивысшего взлета (1989-й) МТЗ выпустил 101,3 тыс.тракторов, в 1993 при значительном сокращении все еще оставалась более чем солидная цифра в 82 тысячи, из которых 69 тысяч было поставлено на экспорт, а страна, преимущественно колхозы, купили около 13 тысяч тракторов. А после все пошло под откос. Поэтому внутри страны реализуются не десятки тысяч, а какие-то сотни тракторов. Причем с большим трудом. Недавно на МТЗ приняли решение продавать трактора белорусским потребителям в рассрочку на полтора года, без повышения первоначальной цены с учетом инфляции. А ведь деньги крайне нужны. Желательно больше и сейчас.

Сто тысяч тракторов в год. Много это или мало? Если вспомнить, что Ленин когда-то мечтал именно о таком количестве машин для индустриализации сельского хозяйства -- это очень много. И был поэтому наш тракторный крупнейшим в мире. Даже ныне, сократив производство почти в пять раз, он входит в восьмерку (по количеству) производителей, которые обеспечивают 96 процентов мирового производства. Но реализует МТЗ свою продукцию в большинстве своем в России и других странах СНГ, то есть на периферии мирового рынка.

Таким образом, производство резко сократилось, а численность работников какой была, практически такой и осталась. Поэтому нельзя, разумеется, называть многих из работников МТЗ бездельниками, но о скрытой безработице говорить стоит. Это понимают и на заводе. Но поскольку официально массовые сокращения запрещены, да и нет денег на их проведение (уволенному по сокращению надо платить солидное выходное пособие), на заводе применяется тактика выдавливания излишков рабочей силы. На проходных, например, установлены рамки (вынес болт -- будешь уволен), усилена охрана и т. д. Но это и вызывает раздражение "работяг". Один говорит: я свои спецовки (специальные брезентовые рукавицы) через проходную нес, чтобы в субботу на даче бурьян вырывать, так меня премии лишили.

Можно купить иномарку

Несмотря на драконовские меры по режиму, текучесть кадров на заводе большая. Дело в том, что на таких производствах во множестве требуются так называемые операционники. Работа монотонная (за смену иногда надо сделать тысячи однообразных движений), грязная, тяжелая физически. Такая работа может хорошо оплачиваться, но пожилым она не по силам, а у молодежи ныне иные представления о сущем и должном. Поэтому, "поишачат" месяц другой и уходят. А отдельные работают только до первой получки. О качестве работы в таких случаях говорить не приходится.

Тем не менее, как рассказал молодой рабочий литейки (кстати, представитель рабочей династии, которых сейчас практически не осталось), если постараться, то можно заработать на иномарку относительной свежести, но вот квартиру построить -- это ни при какой погоде.

Работающие пенсионеры на тракторном -- пожалуй, самая благополучная группа, которой все завидуют. Ведь пенсия в 100 тысяч -- это практически 150 тысяч "грязной зарплаты". Поэтому пенсионеры, как правило, на квалифицированных работах, не слишком физически тяжелых, стараются всячески перезаключать контракты и работают по десятку лет после пенсии.

В заключение хотелось бы сказать следующее. Автор свою взрослую жизнь начинал учеником токаря на МТЗ. Здесь же двадцать лет проработал его отец. Поэтому он далек от злорадства, он не хочет никого из заводчан обидеть. В происходящем не вина их, а беда.

Беда наша общая.