Эх, была полна коробушка... :: Хартыя'97 :: Навiны

Случится гражданину независимой страны заглянуть через, в общем-то, дырявый плетень границы — и не может он не подивиться на чудеса в соседском огороде. Вот у них девицы уже не в кокошниках, а простоволосые да не в сарафанах, а в чем — и подумать неловко, не то что сказать. И в телевизоре уже не “девушки-березки”, а эти разудалые “татушки”. Говорят, что новый европейский имидж соседу создают. А один ихний губернатор взял да аглицкое по футболу “Динамо” купил. Как какой-нибудь Рябушинский аль Морозов с Терещенко. Магнат-меценат. А еще там олигарх на олигархе, да все вокруг Кремля ошиваются. Друг на дружке ездят, друг дружку лягнуть норовят. Но не шибко. Каждый свой профит имеет. Имеет право иметь.

А у нас. Люди в белых халатах, то бишь санитарные инспекторы, навалились даже на “устаревшие формы мелкорозничной торговли”, норовят уничтожить их вместе с торгующим в нем народцем. Ведь когда та или иная девица-киосочница заупрямится, не даст инспектору вовнутрь взойти, тот может и ОМОН на подмогу вызвать.

Короче, впечатление такое, будто бы в Минске случилась не то чума, не то холера, возбудителей которых завезли предприниматели вместе со своим “колониальным товаром”. Правда, о случаях, чтобы кого-нибудь, простите, продиареило от купленной в киоске жвачки, никто ничего не слыхал. Хотя презервативы в них могут быть некачественными. Но от этого не умирают, а наоборот. Да и они во всех смыслах лучше прежних советских “изделий № 2". А вот о настоящих дизентерийных эпидемиях среди покупателей ”магазинного" кефира или иного мясо-молочного продукта пресса сообщает регулярно.

А если серьезно, слоган “Бизнес малый — дела большие!” — это ведь и про киосочников. Даже по данным официальной статистики, доля уличной и рыночной мелкорозничной торговли в не- оборудованных специально помещениях превышает 1/4 общего товарооборота. В этой подотрасли заняты многие десятки тысяч людей.

Отдельный киоск на самом деле кажется мелочью. Лоток, да и только. Но, во-первых, не лоток (даже ассортимент хорошего киоска богаче, чем в ином магазине), во-вторых — киосков тысячи. Обеспечением их работы заняты водители, складские работники, экспедиторы, инженеры, рабочие и служащие белорусских и зарубежных фирм, производящие весь этот ширпотреб.

Взять, например, те же джинсы, стратегический для мелкой розницы товар. Хлопок для ткани собирают в Казахстане, в Турции изготовляют пряжу, на Тайване пряжу окрашивают с помощью made in Germany красителя индиго (самая ходовая расцветка), в Польше из пряжи делают ткань Blue-Denim, во Франции и Италии — подкладку для карманов и маленькие этикетки-инструкции по уходу, пуговицы и заклепки, все это вместе с тканью посылается на Филиппины, где выполняются швейные работы, после чего в Греции совершается конечная обработка с помощью пемзы и кислоты, и джинсы становятся stone-washed (над ними к этому времени поработали 100.000.000 человек, а от хлопковой плантации они прошли дистанцию в 60 тыс. км). Готовые джинсы развозятся по магазинам. В том числе и по нашим палаткам.

Разумеется, и в прежние времена джинсы к нам попадали. Но поскольку их привозили из заграничных командировок служивые люди (дипломаты, например, народные артисты, всякие “бойцы невидимого фронта”, торговые моряки), то спрос превышал предложение и мог быть реализован только в комиссионке, у фарцовщика или, как тогда говорили, на толчке. Собственно, легализация этих форм торговли и положила начало рыночному нынешнему изобилию.

Пример с джинсами — это только иллюстрация. Как говорится, отряд не заметит потери бойца. Филиппинские швеи и польские ткачихи не потеряют рабочие места от закрытия минских киосков. Теряют рабочие места и терпят убытки наши земляки. Ведь очевидно, что, покупая киоски, обустраивая близлежащие территории, предприниматели платили за них свои собственные и огромные, по нашим меркам, деньги. Кроме этих прямых затрат, были еще налоги, сборы, штрафы, которые аккуратно поступали государству. Показательно, что и речи не идет о каких-либо компенсациях. А из такого ящика, как киоск, даже курятника не получится. Продать его практически невозможно.

Если же говорить об эстетике, то, разумеется, нельзя сравнивать по стати и экипировке футболистов какого-нибудь Chelseа с гоняющими мяч босоногими мальчишками на знаменитом пляже Капакабана. Но ведь самые гениальные игроки попадают в Chelseа именно с того самого пляжа, а не из ДЮСШ № 5 (хотя и она тоже воспитала несколько футболистов приличного класса). Представьте на минуту, что в Бразилии запретили мальчишкам гонять мяч на пустырях. Обязали играть в гольф на арендованных у правительства площадках. В том-то и дело, что представить такое невозможно. Потому как в Бразилии не только много обезьян, но там еще на самом деле “правительство для народа”. А не на- оборот. Вот поэтому легко представить карнавал в Рио. В Минске же — только военный парад.

Вот никто и не слушает у нас разоренного торговца. И путь у него один — на пустырь. В коробейники. В Солигорске, кстати, власть запретила торговлю с рук промтоварами на предприятиях и в организациях. Мол, этим летом случился налет коробейников на детские сады, мед- и иные учреждения и занимаются они там не только незаконным предпринимательством, но и людей от работы отрывают.

Правильно, пусть бы сидели по киоскам и платили налоги. А то ведь совсем никудышная получается философия...