Таемны зварот :: Хартыя'97 :: Навiны

Узаемаадносіны народнага пісьменьніка Беларусі Васіля Быкава з уладамі працягваюцца абмяркоўвацца ў СМІ. Вось і Аляксандар Герасімаў у размове з Аляксандрам Лукашэнкам ня змог абыйсьці гэтую тэму. Выказваньні кіраўніка дзяржавы для многіх тэлеглядачоў сталі сапраўдным адкравеньнем. За камэнтарам словаў прэзыдэнта карэспандэнты “Белорусской газеты” зьвярнуліся да сына Васіля Ўладзімеравіча Васіля Быкава.

- В интервью программе «Личный вклад» телеканала НТВ Лукашенко сказал: «…За много месяцев до смерти Василий Быков обратился через родных, близких и друзей ко мне и попросил меня что-то сделать… Я ему сделал все, не глядя на наши разногласия…» Известно ли вам что-нибудь о том, чтобы Василь Владимирович или кто-то из родственников и друзей обращался за помощью к президенту?

- Я ничего не знаю об этом.

- Лукашенко также заявил, что Василю Владимировичу следовало обратиться к белорусским медикам. Кто-нибудь предлагал ему такую помощь?

- Отец был человек достаточно скромный, он узнал о болезни только в Чехии, в Праге. Поэтому я не думаю, что он к кому-то обращался.

- Похороны названы «политической вакханалией». Каково мнение семьи на этот счет?

- С одной стороны, то, что пришло столько людей, - это проявление большого уважения к отцу. Много людей его любило. Мое мнение, что отец должен был лежать под бело-красно-белым флагом. А с другой стороны, брат был попросту измучен тем, что там было (сам Василий Васильевич на похоронах не присутствовал. - «БГ»). Все-таки для близких людей похороны - это очень тяжело. Поэтому все, что мешает этой нелегкой процедуре, воспринимается как нечто чужеродное, независимо от того, с какими знаменами там люди.

- Президент назвал Василя Владимировича «рупором» Позняка и Шушкевича на президентских выборах 1994г. Вы помните, как Быков позиционировал себя относительно кандидатов в президенты?

- У него была одна позиция - это независимость Беларуси. И второе - белорусский язык. А сказать, что он был рупором... Свою позицию он высказывал задолго до того, как появилось движение Белорусский народный фронт, и до того, как Шушкевич стал председателем Верховного Совета. В чем-то, наверное, они были единомышленниками. Я помню со слов Славы, что он называл Позняка честным, бескорыстным человеком. На политические темы мы мало говорили. О Шушкевиче я от отца ничего не слышал, но думаю, что ничего плохого он о нем не говорил. Отец не мог иметь ничего против русского языка. Дело в том, что он много читал и переводил на русский язык, его первые произведения были на русском языке. Но его позиция состояла в том, что нет у нас равноправия между русским и белорусским языками, поэтому большую поддержку надо оказать именно белорусскому.

- Действительно ли референдум 1996г. стал последней каплей для Василя Владимировича, после которой он решился на отъезд?

- Думаю, что не было последней капли, просто появилась возможность. Мне кажется, что отец, когда уезжал в Финляндию, вовсе не рассчитывал, что у него получится такой затяжной рейд по зарубежным странам. Конечно, спросить бы его тогда, а не теперь по крупицам собирать информацию… Отец не раз говорил о проблемах, которые тут у него возникали на идеологической и политической почве. Он не скрывал своей позиции, поэтому всегда находились не только идейные противники, но и люди, которые работают в этом направлении. Ему доставалось в газетах тех лет. Последний раз я его увидел за неделю до его смерти в Минске в больнице. Выглядел он, конечно, неважно, чувствовал себя тоже неважно. Пробовал шутить, улыбался, на прощание пожал руку… Потом я уезжал на Север и собирался вернуться через 10 дней, обещал отцу приехать и никак не думал, что это случится как раз в это время… Узнал о его смерти только тогда, когда впервые добрался до телефона, - вышел человек и сказал мне, что отец умер. Это было в день его похорон. Я вернулся только на третий день.

ИЗБИРАТЕЛЬНОЕ «ВСЁ»

В интервью программе Александра Герасимова «Личный вклад» президент Беларуси Александр Лукашенко заявил, что при жизни сделал для Василя Быкова все, что мог. Для писателя, как известно, кроме творческого развития, самое главное - публиковаться (иными словами, доносить свое слово до людей). И публиковаться преимущественно на родине. В этой связи интересно посмотреть, какие произведения и в каком количестве публиковались в Беларуси накануне и во время правления нынешнего президента.

За сведениями, касающимися публикации произведений народного писателя Беларуси мы обратились в Министерство информации. Последнее любезно предоставило нам следующую справку:
1. Збор твораў в 6 т., т. 1. Мн: Мастацкая лiтаратура, 1991г. - 15,7 тыс.
2. Збор твораў в 6 т., т. 2. Мн: Мастацкая лiтаратура, 1992г. - 15,7 тыс.
3. Збор твораў в 6 т., т. 3. Мн: Мастацкая лiтаратура, 1993г. - 15,7 тыс.
4. Збор твораў в 6 т., т. 4. Мн: Мастацкая лiтаратура, 1993г. - 15,7 тыс.
5. Збор твораў в 6 т., т. 5. Мн: Мастацкая лiтаратура, 1994г. - 18 тыс.
6. Збор твораў в 6 т., т. 6. Мн: Мастацкая лiтаратура, 1994г. - 18 тыс.
7. Знак бяды: Мн: Юнацтва, 1992г. - 46 тыс.
8. Сцюжа: Аповесць. Мн: Мастацкая лiтаратура, 1993г. - 12 тыс.
9. На крыжах: Выступленнi. Iнтерв`ю. Мн: Беларусь, 1995г. - 5 тыс.
10. У тумане: Аповесцi. Мн: Юнацтва, 1995г. - 20 тыс.
11. Выбраныя творы. Т. 1. Мн: Ураджай, 1996г. - 23,6 тыс.
12. Выбраныя творы. Т. 2. Мн: Ураджай, 1996 г. - 23,6 тыс.
13. Знак бяды: Аповесцi. Мн: Мастацкая лiтаратура, 1999г. - 3,3 тыс.
14. Ваўчыная яма: Аповесць. Мн: Кнiга, 2001г. - 1 тыс.
15. Балота. Знак бяды: Аповесцi. Мн: Кнiга, 2001г. - 1 тыс.
16. Балота. Знак бяды: Аповесцi. Мн: Кнiга, 2001г. - 4 тыс.
17. Выбранае. Мн: Ураджай, 2001г. - 36,2 тыс.
18. Доўгая дарога дадому. Мн: Кнiга, 2002г. - 2 тыс.
19. Калi рукаюцца душы... Паэзiя з прозай. Р.Барадулiн, В.Быкаў. Мн: Кнiга, 2003г. - 1 тыс.

Для человека, плохо знакомого с творчеством Василя Владимировича, данная информация может послужить свидетельством признания государством писательского гения. Кроме того, можно говорить о лживости утверждений, что Быкова не публиковали на родине. Однако считать, что государство сделало для Василя Владимировича все, могут только те, кто не читал быковского сборника «Сьцяна» и притч, объединенных заголовком «Пахаджане». Быкова действительно публиковали - полностью закрыть издательства для личности такого масштаба власти не могли. Однако ближайшее знакомство с названиями книг, годами издания и тиражами позволяет говорить о тиражировании «неопасного» Быкова.

Быков-фронтовик, ветеран, осуждающий сталинщину, коммунистический режим и т.д. к моменту прихода во власть Лукашенко перестал пугать власть. Позади была перестройка, запрет компартии, у народа постепенно выработалась привычка к подобного рода разоблачениям. Поэтому незадолго до прихода нынешнего президента началась публикация собрания сочинений. Последний, шестой том, опубликован в судьбоносном 1994г. Там еще есть рассказы «На чорных лядах» о слуцком восстании белорусов, отстаивающих идеалы БНР, и «Бедныя людзi» об атмосфере страха в среде советской интеллигенции. Однако дальнейшие публикации представляют собой бесконечную перепечатку «лейтенантской прозы», «окопной правды». И даже вышедший в 1995г. сборник интервью и выступлений Василя Владимировича «На крыжах» не является исключением из государственного правила. Все тот же сталинизм, коммунизм, размышления о литературе и «гаротнай старонцы».

Зато в стране, где Днем независимости назовут день освобождения столицы от немецко-фашистских захватчиков, не могли тиражировать «Ружовы туман». Это рассказ о том, как партизан подвергает смертельной опасности крестьянина, а тот ему еще и остается на всю жизнь благодарен. Не могли терпеть эссе «О войне и победе», где собраны воедино многие обвинения в адрес руководителей государства, победившего фашизм. «Жоўты пясочак» (НКВД проводит расстрелы в Куропатах) не мог свободно издаваться, поскольку государственные органы вовсю старались найти «немецкий след» тех расстрелов. Те же «Чорныя ляды» противоречили привычному мифу о вечной дружбе с россиянами и т.д. Поэтому сборник «Сьцяна», куда помещены названные произведения, по утверждению самого Быкова, был выброшен из государственной типографии (в частном издательстве «Наша Нiва» в 1997г. он вышел тиражом 800 экземпляров на деньги «подписчиков»). Собственно, этого можно было и не делать, поскольку после прочтения этой книги у человека может отпасть желание всякой борьбы и наступить апатия. Совсем иное дело - собрание притч «Пахаджане» (вышло тиражом 1 тыс. в той же «Нашай Нiве»). В нем Быков выступает эдаким рассказчиком сказок для взрослых. Звучат слова «тирания», «диктатура», и персонажи легко узнаваемы. Это уж слишком! Проще издать «Ваўчыную яму», где дезертир скрывается и впоследствии умирает в чернобыльской зоне. Тем более, если сделать это мизерным тиражом - 1 тыс. экземпляров. Ведь важен сам факт: писатель за рубежом, но на родине по-прежнему издаются его произведения. Та же история с мемуарами «Доўгая дарога дадому». 2 тыс. попали в руки исключительно тех, кто очень хотел иметь эту книгу...