Ахвяра Норд-Оста засталася без працы :: Хартыя'97 :: Навiны

Вольгу Золіну не бяруць нават на стаўку пачынаючага доктара, хаця да гэтага яна была галоўным адмыслоўцам Менскай вобласьці. Калі мы сустрэліся, Вольга Ўладзімераўна сказала: “Справа не ўва мне, я без працы не застануся. Але хтосьці павінен сказаць праўду пра тое, што адбываецца". – “А вы не баіцеся наступстваў?”. – “Не, я сваё ўжо адбаялася...”

«Контракт с вами продлен не будет»

Сказали ей в августе, несмотря на то, что работа ее подразделения была признана удовлетворительной. До того как Ольга Золина стала главным акушер-гинекологом области, она 11 лет проработала в разных отделениях Минского областного роддома. Репутация у роддома блестящая, кадры подбирались очень тщательно, работа здесь означала в какой-то степени профессиональное признание. Но мало быть хорошим врачом и хорошим организатором, когда ты становишься начальником областного масштаба. Необходимо быть дипломатом, где-то попридержать язык, не очень-то рьяно выступать против начальства.

Мне рассказали, что на одном совещании в присутствии самых высоких областных чинов Ольга Золина сказала буквально следующее: «Вы не выживете, если попадете в обычную реанимацию, потому что там нет необходимых лекарств, оборудования и т. д.». Она говорила, что есть больницы, где штаты врачей не укомплектованы и на 50 процентов, что люди не получают помощь на современном уровне и т. д. Она и сейчас не может без возмущения говорит о приказе по Минской области, разрешающем госпитализацию в областные лечебные учреждения только с письменного разрешения начальника управления охраны здоровья. «Вы представляете, привозят женщину, она вот-вот рожать будет: шейка матки открылась на пять сантиметров, воды отошли… А в приемном покое боятся положить, потому что она живет в городе. Их можно понять – пиши потом объяснительные. А ведь такой приказ -- нарушение закона. Или акушер-гинеколог из Борисова привозит к нам свою дочь-минчанку. Беременность тяжелая, близнецы недоношенные. Ее отправишь назад --- по дороге дети могут погибнуть. В таких случаях врач во мне всегда побеждал администратора». Понятно, начальству она не могла нравиться. Незадолго до окончания контракта ей вынесли выговор по несвоевременному оформлению отчетности, потом не продлили контракт.

Здраво напомнив себе, что начальство имеет право не продлять контракт, Золина решила продолжить работу в родном роддоме. Все это время, будучи главным специалистом, она работала на полставки внешним совместителем на должности дежуранта. Но тут Ольга Владимировна столкнулась с препятствиями, которые оказались для нее полной неожиданностью. Новый главврач отказался принять ее на работу на полную ставку.

ОФИЦИАЛЬНО

Главврач Леонид МАСЬКО:

-- Ольга Владимировна работает по внешнему совместительству врачом-дежурантом. Она попросила перевести ее на полную ставку. Я написал резолюцию «Отказать».

-- Почему?

-- Не хотелось бы очень жестко формулировать, принимая во внимание психологические моменты, которые ей пришлось пережить. Но все, что она пережила где-то, отразилось на ее поведении. Ольга Владимировна совершила поступок, который ставит под сомнение адекватность ее поведения.

19 августа во время обеда она взломала код базы данных роддома и уничтожила часть документов, которые являются государственной собственностью.

-- Вы не могли бы сказать, что она уничтожила?

-- В своей объяснительной она написала, что она стерла дипломную работу дочери, английские таблицы сына. Неизвестно, что она могла уничтожить, если бы не появилась работница и не помешала этому. (Поясним, что это был компьютер, на котором Золина имела право работать, когда была главным акушер-гинекологом области. Прим. ред.) Она использовала служебный компьютер в своих личных целях. Но за ней остается право работать на полставки дежуранта. Ее никто не выгоняет.

-- Ольга Владимировна одна растит двух детей, дать ей работу на полставки -- это практически заставить человека уйти. Вы считаете, что на эти деньги (где-то 140 тысяч рублей. -- Прим. ред.) можно выжить с двумя детьми?

-- Я сказал все, что хотел сказать.

P.S.

Как сказала нам Ольга Владимировна, она не взламывала код доступа, а попросила сотрудницу открыть его и в ее присутствии удалила личные записи. «Если бы я хотела удалить служебные записи, то сделала бы это сразу после того, как мне сказали, что контракт не продлен».

Нас, обычных людей, мало волнует отношения врача с начальством. Мы хотим одного: чтобы в нужную минуту с нами рядом оказался профессионал. Но, похоже, профессионалы не очень нужны начальству.

ЧТО ГОВОРЯТ КОЛЛЕГИ?

Накануне я позвонила очень разным людям, которые работали с Ольгой Золиной.

Владимир СИЛЯВА, главный акушер-гинеколог Минздрава Беларуси.

-- Золина -- прекрасный специалист, специалист высшей квалификации, у нас таких в республике немного. И как главный специалист области, и как практикующий врач. Когда-то я с ней вместе работал, попадали в очень тяжелые ситуации, и я был рад, что в этот момент она была рядом. Знаете, есть такие женщины, что все успевают: и детей родить и профессионалами стать. Я был очень удивлен, когда с ней не продлили контракт.

-- Вашим мнением не интересовались?

-- Нет, не сочли нужным.

Ольга ПЕРЕСАД, профессор, заведующая кафедрой акушерства и гинекологии:

-- Вы знаете, лично мы не близкие знакомые. Но я пару раз сталкивалась с ней по работе и могу сказать, что Золина классный специалист. Я думаю, что Ольга Владимировна без работы не останется. Чтобы такого специалиста вырастить, нужны годы.

Одна из акушер-гинекологов районной больницы Минской области (фамилию не называем, чтобы у врача не было проблем. -- Прим.автора.):

-- Вы знаете, с ней очень хорошо работать. Она с ходу понимает критическую ситуацию в родильном зале, может проконсультировать по телефону, экстренно выехать и сделать операцию. Очень хороший специалист. Жаль, что ей пришлось уйти.

СПРАВКА «КП»

Ольга Золина вместе со своей коллегой Татьяной Ткачук оказались среди заложниц «Норд-Оста». Им было очень страшно, но они нашли в себе силы подняться и начать оказывать помощь людям. Знаменитый доктор Рошаль сказал, что он восхищен поведением белорусских коллег. А потом врачи не побоялись сказать всю правду о том, что происходило на самом деле в концертном зале и что было после освобождения.