Извилистая логика Александра Лукашенко :: Хартыя'97 :: Навiны

Единая валюта не только для России и Беларуси, но ещё и для Украины и Казахстана. В то время, как Москва всерьез делает такое предложение, непредсказуемый президент Лукашенко заявляет, что, оказывается, переход Беларуси на российский рубль — ещё под большим вопросом.

Миллиард долларов — примерно столько готова заплатить Россия за валютное единство с Беларусью. В прошлый понедельник показалось: свершилось! Те, на кого возложена роль финансовых объединителей, — вице-премьер Алексей Кудрин и глава белорусского нацбанка Петр Прокопович — объявили: окончательное соглашение о введении российского рубля в роли единой валюты готово. В российском правительстве уже собрались идти дальше, в направлении союза четырех — России, Беларуси, Украины и Казахстана. "Эта четверка просто должна показать остальным странам СНГ привлекательность этого объединения. Если они это поймут, то они могут присоединиться к соглашению. Выход на свободу передвижения товаров, капиталов, рабочей силы и услуг где-то там в самом конце. Когда мы все это завершим, когда мы выйдем на реально единое экономическое пространство, уже тогда будем говорить о переходе к единой валюте", – говорит заместитель министра экономического развития и торговли РФ Дмитрий Сухопаров.

Но уже два дня спустя выяснилось: в российских соглашениях с Беларусью не бывает ничего окончательного. В качестве неформальной декорации для нового скандального заявления глава Беларуси, как уже не раз, выбрал встречу с народом. Место действия: Орша, местный льнокомбинат. Время: 27 августа, среда.

"Введение другой валюты — это фактическое объединение двух государств. Если мы вводим чужую валюту, мы можем оказаться в роли второстепенного государства. Я как глава государства этого боюсь и делаю все, чтобы это не произошло", – заявляет Лукашенко.

Изначальное, июньское соглашение, по которому рубль с июля должен был стать единой безналичной валютой, Александр Лукашенко неожиданно, в последний момент, подписывать отказался, отложив все еще на три месяца. На прошлой неделе Владимир Путин обратился к белорусскому коллеге с письмом, суть которого в том, что откладывать больше некуда. Лимиты времени на раздумье исчерпаны. "Мы подошли к черте, когда пора принять окончательное решение: или так, или иначе", — подчеркнул российский президент. Глава белорусского государства напрямую спорить не стал. Но его заявление в Орше явно было адресовано не только местным ткачихам: "Мне предложил неделю назад Владимир Путин подписать это соглашение. Мы можем соглашение подписать о введении российского рубля как единого платежного средства, но как вводить, в какое время — это отдельный вопрос. Поэтому не беспокойтесь: я вам советую свои белорусские рубли держать в кармане. Их мало, но они свои".

Но проблема белорусских рублей как раз в том, что их слишком много. Александр Лукашенко долго был знаменосцем российско-белорусского объединения. Вплоть до той черты, когда это объединение приобрело конкретные финансово-экономические очертания. С этого момента весь популистский объединительный пафос белорусского президента сменился популистским скепсисом.

"Ведь может оказаться так: мы пойдем на валюту другого государства, печатать деньги будут там, и мы оттуда будем их получать. И уже ни я, ни вы, и не правительство не будут решать основные вопросы, эти вопросы будут решать другие. И тогда что, опять как в советские времена на коленях ползать там где-то в российском Центробанке и просить на зарплату деньги?" – восклицает белорусский президент.

За заботой белорусского главы государства о том, чтобы оршанские ткачихи не остались беззащитными перед неумолимым российским Центробанком, стоят два очевидных мотива. Первый: общая валюта — это, в конечном счете, утрата собственной безраздельной власти. Лишение возможности совершать экстравагантные шаги – губительные для экономики, но привлекательные с популистской точки зрения. Второй мотив: с введением рубля на территории Беларуси рухнут барьеры между нашими экономиками. Этого уже давно ждут российские компании, готовые инвестировать деньги в экономику западного соседа. И этого давно опасаются те, для кого нынешняя, изолированная экономика – своего рода общество с ограниченной ответственностью ООО "Беларусь".

График объединения России и Беларуси — наша "дорожная карта" — трещит по всем швам. И все труднее отделаться от ощущения, что общая у нас пока только карта. А экономические дороги по-прежнему разные.