Нас нагреют почти на миллиард :: Хартыя'97 :: Навiны

Для белорусской экономики заканчивается целая эпоха. Это было время дешевых энергоресурсов, полупрозрачных расчетов, поглощения газовой ренты монополистами и перекрестного субсидирования. Встреча Лукашенко с Путиным в Сочи 15 сентября нанесла мощный удар по административно регулируемой экономике Беларуси. С 1 января 2004 года торговля газом между нашими странами будет идти по рыночным, международным ценам и правилам. Повышение цен на газ с $30 до $50 за 1000 кубометров внесет серьезные коррективы как в корпоративные планы предприятий, так и в проект консолидированного бюджета на 2004 год.

Последствия новой газовой политики России будут разными для разных групп белорусских потребителей. Сразу оговоримся, что окончательная цена на газ еще не определена. Она будет предметом напряженных переговоров между правительством Беларуси и «Газпромом». Но сегодня уже ясно, что вряд ли она будет меньше базовой цены для Украины ($50). Базовой — значит той, по которой Россия поставляет определенную квоту газа, а не весь потребляемый Украиной объем. Для Беларуси квота поставок газа "Газпромом" на 2004 год вряд ли изменится — ныне она составляет 10,2 млрд. куб. м Остальной газ нам поставляют коммерческие структуры типа «Итеры». Их цена может быть на 60% выше газпромовской.

Чтобы посчитать, как аукнется нашей стране повышение цен на газ, допустим, что средняя цена «Газпрома» при поставке квотных 10,2 млрд. куб. м будет $50. Предположим, что в 2004 году наша страна потребит 18,2 млрд. куб. м газа. Это значит, что 8 млрд. куб. м придется покупать у частных газотрейдеров. Этот объем рассчитан исходя из планов правительства и объемов, реально потребленных в период 2001—2003 гг. Если украинская ценовая политика будет применена к Беларуси, то 8 млрд. куб. м мы получим уже по $80 за 1000 куб. м. Исходя из прикидки, что средняя цена газа от "Газпрома" в этом году составляет $30, а от остальных газовых компаний — $43, мы можем посчитать, во сколько обойдется Беларуси повышение цены на газ.

Итак, чтобы купить 18,2 млрд. куб. м в 2003 году по старым ценам, надо заплатить $306 млн. + $344 млн. = $650 млн. В 2004 году по новым ценам российские газотрейдеры потребуют $510 млн. + $640 млн. = $1150 млн. Получается, что новая ценовая политика в области газа обойдется Беларуси в $500 млн. Данная цифра может варьироваться в зависимости от того, на какую квоту поставок газа согласится "Газпром" и какова будет средняя цена сырья от независимых трейдеров. Для прогнозирования самого неблагоприятного развития событий напомним, что цена газа для Польши составляет около $110 за 1000 куб. м. При этом вся оплата идет «живыми» деньгами.

На переговорах в Сочи белорусская сторона справедливо заметила, что в случае повышения цен на газ для белорусских потребителей наше правительство вынуждено будет повысить тарифы на транзит газа через свою территорию для «Газпрома». Сегодня ситуация с транзитом выглядит следующим образом. Через газопровод «Ямал — Европа» за последние три года среднегодовой объем транзита составляет около 17 млрд. куб.м. «Белтрансгаз» в среднем за год прокачивает еще около 25 млрд. куб. м газа. Сегодня тариф на прокачку 1000 куб. м газа на 100 км составляет $0,55. Через Беларусь газ надо качать на протяжении около 650 км.

Украинский тариф составляет $1,09. Допустим, что Беларусь выставит России цены Украины, а не международного трафика, которые составляют $1,74. Посчитаем, во сколько обойдутся «Газпрому» новые цены на транзит. Для простоты расчета допустим, что цены транзита по трубопроводу «Ямал — Европа» и по сети «Белтрансгаза» одинаковы, хотя на деле они немного различаются. В 2003 году "Газпром" должен заплатить Беларуси за транзит около $150 млн. в 2004 году по новым, «украинским» ценам при том же объеме транзита плата вырастет до $298 млн. Новая транзитная политика Беларуси обойдется Москве в $148 млн. дополнительных расходов.

При самом неблагоприятном для России сценарии, когда Беларусь запросила бы мировую цену за транзит газа ($1,74), расходы «Газпрома» составили бы $475 млн. Но тогда бы и Россия ответила ростом цен на газ до западноевропейского уровня.

Если отбросим крайние сценарии, то получится, что Беларусь в результате новой газовой политики России вынуждена будет дополнительно выложить за "голубое топливо" (с учетом доходов от транзита) $352 млн. Это ни много ни мало — около 2,3% ВВП. Такова плата за то, что интеграция превратилась в профанацию. Проблема даже не в том, что Беларусь отказалась от перехода на российский рубль или не создала на базе «Белтрансгаза» совместное предприятие. Зачем было обещать золотые горы, подписывать договоры, семь лет говорить о едином государстве и унификации, если, в конце концов, оказалось, что по предложенным каждой из сторон правилам никто сближаться в принципе не хочет? Помимо всего прочего, в значительной степени разрушен кредит доверия между нашими странами. В современной экономике он часто стоит дороже, чем миллионы долларов дотаций.

Переговоры, в результате которых издержки одной из сторон вырастают на $352 млн., можно считать для нее провалом. Но далеко не все экономические субъекты в одинаковой степени будут вынуждены платить за газ по новой цене. Население Беларуси уже давно не дотируется по поставкам газа. По некоторым его видам городские домашние хозяйства платят 170% от себестоимости (не считая сжиженного газа в баллонах). Может ли правительство решиться на повышение цен на газ для населения? Может, но возможности такого повышения ограничены доходом семьи, который от новой газовой политики России, понятно, не вырастет. А далее взвинчивать тарифы на ЖКУ правительство вряд ли отважится.

Таким образом, цена газа для населения в 2004 году может увеличиться в реальном выражении на 15-20%, не больше. В течение 2003 года предприятия платили в среднем $55 за 1000 куб.м. При этом ценовая вилка для разных предприятий составляла почти 300%. В этой ситуации главный удар от повышения цен на газ должен будет взять на себя реальный сектор, потому что вряд ли «Белтрансгаз» или «Белтопгаз» легко расстанутся со своей маржей прибыли, хотя и им, вероятно, также придется затянуть пояса. Рост на 30-50% отпускных цен на товары и услуги, производимые промышленностью, сельским хозяйством, транспортом и торговлей, может стать грустной, если не смертоносной для многих организаций реальностью.

Особенно пострадают те, у кого велика доля топливной составляющей в структуре производственных издержек, кто тратит много газа на отопление или потребляет газ в качестве сырья. По старой привычке правительство установит более высокие цены для частных предприятий, введет квоты на потребление тепла, газа по минимальным ценам и одновременно введет особый режим потребления для отдельных предприятий-любимчиков.

Поскольку рентабельность промышленности лишь едва превышает 10%, то резкий рост издержек еще больше ухудшит финансовое состояние предприятий, резко увеличит число убыточных субъектов. Легко можно прогнозировать вымывание оборотных средств, еще большую затоваренность складов (ведь никто прогнозные показатели роста ВВП отменять не будет) и дальнейшую потерю конкурентоспособности на внутреннем и внешних рынках. Это значит, что банки увеличат долю плохих кредитов (вряд ли правительство перестанет оказывать на них давление), а рабочие с еще большим трудом будут получать свои зарплаты. Поскольку «живых» денег у предприятий будет меньше, их торговый оборот упадет, то, естественно, сократятся налоговые поступления. Местные и республиканский бюджеты не досчитаются НДС, налога на доходы и прибыль и налогов с фонда зарплаты. По нашим оценкам, потери консолидированного бюджета и внебюджетных фондов (по сравнению с ситуацией, если бы цены на газ не выросли) могут составить до 3% ВВП, что составляет около $450 млн. Это вторая, но не последняя составляющая цены новой российской газовой политики для Беларуси.

Общеизвестно, что дешевый газ и другие энергоресурсы были формой дотирования белорусской экономики. «Лишние» деньги в виде ренты или социальной помощи распределялись среди тех групп, которые приглянулись власти. Правительство могло себе позволить манипулировать ценами, чтобы направлять «излишек» на политические (стройки, к примеру) или социальные проекты. Новые высокие цены лишат правительство свободы маневра. Деньги на социальные и другие нужды надо будет искать где-то так. Это значит, что возможности корпоративного сектора по содержанию на своем балансе объектов непроизводственного назначения резко сократятся. Платить за детские сады, больницы, школы, дома культуры, за ремонт дорог и социальных объектов придется местным или республиканскому бюджету.

Поскольку дополнительных доходов в бюжете-2004 не предусмотрено, то правительство будет вынуждено сокращать расходы или прибегать к излюбленному способу финансирования дефицита бюджета — через эмиссионные, суперльготные кредиты Национального банка. Как следствие — инфляция, удешевление курса белорусского рубля. Ввиду резкого ухудшения платежного баланса белорусским властям будет крайне сложно сохранить курсовую динамику образца 2002 — 2003 гг. Значит, реальные доходы населения, в том числе пенсии и зарплаты, будут падать. По самому консервативному подсчету, нейтрализация последствий «газовой атаки» для бюджета Беларуси (необходимость совершения социальных и корпоративных компенсаций) обойдется в 1% ВВП, или $150 млн. Оставшиеся в стране богатые организации, в первую очередь банки с большим объемом депозитных ресурсов населения, наверняка будут рассматриваться в качестве приоритетных «дойных коров».

Таким образом, новая ценовая политика России в газовой сфере обойдется Беларуси, по предварительным подсчетам, в $952 млн., или 6,3% ВВП. Это был бы мощный удар под дых даже для динамичной, богатой экономики. Для Беларуси он может оказаться тем катализатором, который вынудит власть имущих задуматься наконец не только о сохранении себя, любимых, на должностях, но и о возможности сохранения экономической системы в целом. Беларусь напрасно не воспользовалась возможностью реформирования своей экономики в режиме дешевых энергоресурсов. В ближайшие два-три года это надо будет делать в среде жестких бюджетных ограничений. Для экономики в целом и большинства экономических субъектов будет больно, неприятно, возможно холодно. И обидно — оттого, что Беларусь так легкомысленно упустила пору сравнительных преимуществ.