Ирина Халип: «Свобода слова в Беларуси уничтожается» :: Хартыя'97 :: Навiны

В субботу 27 сентября во Дворце Европы в Страсбурге состоялся семинар «Свобода прессы как непременное условие демократии», организованный либеральной группой ПАСЕ. В семинаре приняли участие делегаты Парламентской ассамблеи Совета Европы, представители международных организаций, дипломаты и журналисты. На семинаре выступили глава департамента СМИ Совета Европы Ханно Хартиг, представитель Европейской федерации журналистов Франсуа Теалди, представитель «Репортеров без границ» Жан-Мишель Буасье и заместитель главного редактора «Белорусской деловой газеты» Ирина Халип, которая остановилась на положении прессы в Беларуси. Текст выступления И.Халип приводится полностью.

ВЫСТУПЛЕНИЕ
Заместителя главного редактора «БДГ» Ирины Халип

Белорусские власти начали борьбу с независимой прессой еще в 1995 году. Но я хотела бы подробнее остановиться на той ситуации, которая сложилась после президентских выборов 2001 года. Потому что именно в последние два года эта борьба приняла характер открытого уничтожения независимой прессы – при том, что одним из условий возвращения Беларуси статуса специально приглашенного в Совете Европе является обеспечение свободы слова и принятие нового закона о СМИ.

В январе 2002 года министр информации РБ М.Подгайный с трибуны Совета Европы обещал очень скоро предоставить на экспертизу новый проект закона. С тех пор этот проект так никто и не увидел. Впрочем, от действующего он отличается разве что в сторону ужесточения. К примеру, в проекте нового закона интернет приравнивается к средству массовой информации, и государство получает право контролировать еще и виртуальное пространство.

Несколько лет белорусские журналисты и правозащитники пытаются добиться отмены статей 367 и 368 уголовного кодекса– клевета на президента и оскорбление президента. Но – безуспешно. Зато власти вполне успешно их применяют на практике. 24 июня прошлого года суд города Гродно приговорил главного редактора и корреспондента газеты «Пагоня» М.Маркевича и П.Мажейко соответственно к 1.5 и 2 годам ограничения свободы за клевету на президента. К слову, тот номер газеты так и не вышел в свет, поскольку тираж был арестован еще в типографии. А клевета заключалась всего лишь в вопросе: может ли быть избран президентом РБ человек, который уничтожает своих политических конкурентов? При этом имя этого человека не было названо.

16 сентября 2002 года к двухлетнему ограничению свободы за клевету на президента был приговорен также главный редактор газеты «Рабочий» Виктор Ивашкевич. Напомню, что оба приговора были вынесены как раз перед началом сессий ПАСЕ, причем именно в сентябре прошлого года докладчик по Беларуси Вольфганг Берендт представил свой доклад. Это – к слову о том, как белорусские власти идут навстречу Европе, пытаясь убедить международные структуры в «несомненном прогрессе и демократизации».

В этом году президент Лукашенко открыто заявил, что не намерен ограничиваться двумя конституционными сроками. Естественно, первыми на это среагировали независимые газеты. И началось откровенное уничтожение немногочисленных «оставшихся в живых» за эти годы газет. 29 мая постановлением министерства информации газеты «БДГ» и «БДГ. ДСП» были приостановлены на 3 месяца. Формально – за многократные нарушения законодательства. В частности, за оскорбление президента и за разглашение судебной тайны. Разглашение судебной тайны заключалось в том, что корреспондент процитировал в газете высказывания, прозвучавшие на судебном процессе по обвинению директора Минского тракторного завода Михаила Леонова. При этом в министерстве информации почему-то забыли, что судебное заседание было открытым, а журналист – официально аккредитован. Оскорбление же президента Лукашенко власти усмотрели в том, что журналисты БДГ провели блиц-опрос на тему «имеет ли право президент страны использовать свой самолет в личных целях?». Подчеркиваю: в газете не было текста, в котором бы содержалось упоминание о нецелевом использовании президентского самолета. Блиц-опрос был проведен на улицах города, среди тех самых налогоплательщиков, на чьи средства и содержится в том числе и президентский самолет.

А дальше события развивались в жанре плохого детектива. Коллеги из газеты независимых профсоюзов «Солидарность» предложили публиковать в их газете статьи журналистов «БДГ». «Солидарность» после двух выходов также была приостановлена на 3 месяца. При том, что по закону о печати любая газета имеет право использовать материалы любых журналистов. То же самое произошло с еженедельником «Эхо». Вышел в свет единственный номер, после которого газета была приостановлена. Дважды материалы журналистов БДГ появились в «Предпринимательской газете». Ее тоже приостановили, но перед этим власти успели конфисковать тиражи, доставлявшиеся в Минск из смоленской типографии. Почему из смоленской? Да потому, что все белорусские типографии отказались печатать газеты с материалами опальных журналистов. За редакционным микроавтобусом следили и просто перехватывали на трассе, когда готовый тираж пытались доставить в Минск. В протоколе изъятия указывали, что изымают БДГ, хотя на самом деле изъяли «Предпринимательскую газету». Хочу поблагодарить российское издание «Новая газета», которая очень помогла нам в то время, печатая специальные белорусские выпуски. Это, пожалуй, единственный пример поддержки белорусской демократии со стороны России.

В общей сложности в течение прошедшего лета было закрыто 8 газет, включая региональные. Хотелось бы подчеркнуть: то, что формально называется «приостановлением», на самом деле - фактическое уничтожение газет. Судите сами: остановить газету на три месяца, да еще и в разгар подписной кампании – это значит лишить ее подписчиков и рекламодателей. По сути это значит – обречь газеты на медленное последующее умирание уже по экономическим причинам. Сейчас, по истечении трехмесячного срока, формально БДГ и БДГ.ДСП открыты. Но ДСП пока просто не имеет финансовой возможности выходить, а БДГ вместо своего обычного ежедневного выхода выходит дважды в неделю. Мы печатаемся в Смоленске, поскольку все белорусские типографии отказываются нас печатать. Руководство типографий можно понять: в течение лета были уволены с работы директора трех типографий, осмелившиеся напечатать газеты с материалами журналистов БДГ. Все трое сейчас не могут найти работу. Неудивительно, что остальные нам просто отказывают. А формально – будто бы и все разрешено. Не скажу, что белорусские власти стали с годами умнее. Но хитрее – это безусловно. И действуют они теперь в борьбе с независимой прессой не так открыто, как, предположим, в предыдущие годы, когда просто судебными решениями были закрыты газеты «Свабода», «Навины» и «Наша свабода». Условно говоря, теперь они не производят контрольный выстрел в голову, предпочитая просто тяжело ранить и предоставить право умереть самостоятельно.

Может возникнуть вопрос: почему речь идет только о газетах, без упоминания электронных СМИ? Очень просто: независимых телеканалов в Беларуси не существует. Есть два национальных и несколько региональных. Все они являются государственными и работают в духе советской пропаганды. Поэтому возможность белорусов получать не пропаганду, а информацию ограничена лишь несколькими независимыми газетами, которых осталось совсем мало, и иногда - российскими телеканалами, принимаемыми в Беларуси. Но даже российские каналы не защищены от произвола белорусских властей. В конце июня корреспондент российской телекомпании НТВ Павел Селин был лишен аккредитации и депортирован из Беларуси. В его паспорт поставили штамп о 5-летнем запрете на въезд в Беларусь – при том, что границы между РБ и РФ не существует, и перемещение абсолютно свободное. А после депортации корреспондента белорусские власти на полгода закрыли белорусское бюро НТВ. Поводом стал репортаж о похоронах белорусского писателя Василя Быкова. Корреспондент Селин в репортаже вспомнил травлю писателя властями и то, что тот был вынужден последние годы прожить за границей. Лукашенко посчитал себя оскорбленным. Результат – высылка журналиста и закрытие бюро телекомпании.

В начале сентября в Минск собирался представитель ОБСЕ по свободе СМИ Фраймут Дуве. Он хотел встретиться с журналистами независимых газет. Белорусские власти отказали ему в выдаче визы. Я не буду лишний раз напоминать о том, что белорусские власти уже полгода не пускают в Минск Специальную комиссию ПАСЕ по расследованию исчезновений: они просто предлагают сделку. ПАСЕ возвращает статус, а комиссия получает право приехать. Есть «товар» для политического торга. Но, казалось бы, с ОБСЕ конфликт исчерпан, и бюро снова работает в Минске, и всевозможные делегации ОБСЕ нередко приезжают в Беларусь. Отказали во въезде именно представителю по свободе СМИ Фраймуту Дуве.

Он так и не приехал в Минск 1 сентября, как планировал. Зато 1 сентября Конституционный суд рассмотрел обращение БАЖ об отмене уголовных статей о клевете на президента, оскорблении президента и оскорблении представителя власти. Конституционный суд решил рекомендовать парламенту внести в уголовный кодекс следующее примечание к этим статьям: «публичные выступления, содержащие критические замечания в адрес представителей власти, но не являющиеся клеветой, преступлением не считаются». Исходя из этой рекомендации, сегодняшняя логика белорусского правосудия такова: все высказанные в прессе критические замечания в адрес представителей власти автоматически считаются преступлением. И вот последний пример, который хорошо иллюстрирует этот тезис: буквально на прошлой неделе председатель белорусского конгресса независимых профсоюзов Александр Ярошук был подвергнут аресту на 10 суток за статью в газете «Народная воля». В статье речь шла о судебной ликвидации профсоюза авиадиспетчеров по представлению генерального прокурора. Ярошук усомнился в справедливости суда и написал, что у него было ощущение, будто он присутствует не на суде, а на спектакле, где все играют выученные роли. Этого оказалось достаточно, чтобы человек сел в тюрьму.

Итак, выводы достаточно просты: свобода слова в Беларуси уничтожается целенаправленно, с применением абсолютно противозаконных методов. Особенно открытым уничтожение стало после президентских выборов 2001 года. Проект закона о печати уже полтора года существует лишь в разговорах, но так и не представлен на рассмотрение. И никакие условия Совета Европы не могут сдержать агрессию властей. Впрочем, и позиция Совета Европы иногда удивляет – после закрытия наших газет в конце мая только Совет Европы сохранил молчание, в то время как Евросоюз и ОБСЕ сделали соответствующие заявления. Я понимаю, что все эти заявления не имеют воздействия на белорусские власти, но их отсутствие только убеждает их в собственной безнаказанности и праве нарушать законы и права человека.

Хочу поблагодарить депутатов либеральной группы ПАСЕ за внимание, которое они уделяют свободе слова: имеется в виду и проведение сегодняшнего семинара именно по этой теме, и проект резолюции, который был представлен на прошлой сессии по инициативе именно либералов, в частности, г-на В.Станкевича.

Условия, на которых Беларусь может стать членом Совета Европы, известны. Есть принципиальные требования изменения ситуации с правами человека и демократизации политической системы, появляются и промежуточные предложения – введение должности омбудсмена и отмены смертной казни. Однако, на мой взгляд, в центре внимания должны быть осуществление права на свободу слова и положение независимой прессы в Беларуси. Иначе в Беларуси просто никто не узнает о том, как все эти условия выполняются.
Благодарю вас за предоставленную возможность выступить сегодня и за вашу поддержку независимой прессы в Беларуси.