Ханс-Георг Вик: «Диалог может быть только с гражданским обществом» :: Хартыя'97 :: Навiны

Экс-руководитель миссии ОБСЕ в Минске Ханс-Георг Вик не склонен каждый реверанс белорусского правительства в сторону Европы воспринимать как позитивный сигнал о готовности к демократическим переменам. Более того, пошаговую стратегию, которой до сих пор следовал Евросоюз и которая воплотилась в концепции «новые соседи», в отношении Беларуси, России, Украины и Молдовы он считает тупиковой. А результат, к которому привела такая политика, в одной из последних статей в немецкой прессе Вик назвал «позором Европы». В эксклюзивном интервью корреспонденту «Белорусской газеты» Ханс-Георг ВИК рассказал о более категорической стратегии, предложенной им Евросоюзу.

- За год отношение Европы к процессу демократизации Беларуси выразительно изменилось. Достаточно сравнить активную кампанию за открытие офиса ОБСЕ в Минске прошлой зимой и то, как мандат офиса нынешней зимой был продлен по т.н. «процедуре молчания». У Европы иссяк интерес к Беларуси?

- В определенной степени вопрос Беларуси в минувшем году в Европе отошел на второй план. Во-первых, Европу сейчас больше интересуют собственные проблемы, нежели процессы демократизации стран постсоветского пространства. Расширение Европы сопровождается сложными вопросами конституционного устройства и грамотной интеграции новых членов. Во-вторых, проблемы Ирака, Афганистана плюс борьба с международным терроризмом стали доминирующей темой. Но было бы неправильно сказать, что Беларусь не важна для Европы. На самом деле сегодня здесь еще есть инициативы, которые демонстрируют интерес к демократизации этой страны.

Проблема Беларуси вновь стала актуальной буквально в последние недели ушедшего года - возник вопрос новых соседей расширенной Европы, нового уклада в этих странах. Процесс интеграции новых членов ЕС невозможен без принятия во внимание соседей. Но применявшаяся до сих пор стратегия двусторонних и многосторонних соглашений с правительством и руководством Беларуси не оправдала себя. Эти соглашения никогда не приводили к конкретным действиям со стороны Беларуси. И Евросоюз пока не определился с тем, как работать с Беларусью, которая скоро станет непосредственным соседом.

Беларусь для Европы - это большая дыра, большая проблема, которую до сих пор никто не думает решать. Это - тупик! Каждые две недели Европейский совет готовит отчет о том, что Лукашенко делает неправильно. Но возникает проблема применения этой информации! И с каждым отчетом становится все очевиднее, что работа идет поверхностно: где-то детей покурировали, с пожилыми людьми пообщались - никакого политического влияния. Конечно, все это тоже очень важно, но это никак не отражается на оздоровлении политической ситуации и решении политических проблем. Ожидая позитивного ответа от белорусского правительства, Европа теряет огромный кусок политического влияния на страну.

- Какую стратегию в отношении Беларуси изберет Европа на этот раз?

- В структурах Евросоюза наконец возникло понимание того, что диалог в Беларуси нужно вести не с правительством, а с гражданским обществом. Когда я руководил миссией ОБСЕ в Беларуси, мы пытались правительство и оппозицию привести к общему столу переговоров, чтобы реформы были либеральными и чтобы они подходили одной и другой стороне. В 1999г. Лукашенко подписал Стамбульские соглашения, в которых взял на себя обязательства диалога с оппозицией, обеспечения демократических выборов, свободы слова, прекращении давления на СМИ. Он все это подписал! ОБСЕ, решив, что подпись что-то значит, выделил деньги, все до последнего цента, на переговоры с оппозицией, на консультации с независимыми СМИ. (Бюджет КНГ и бюджеты ориентированных на эти цели фондов, доступ к которым открыла Европейская комиссия, в совокупности составили немногим меньше полутора миллиона долларов. Эти деньги прямо и косвенно были направлены на поддержку диалога между правительством Беларуси и оппозицией. - И.Ч.) И все европейские правительства были в курсе, не было никаких тайн! Единственной тайной было то, что бумаги подписывал также шеф белорусского КГБ, других тайн не было. И все это для того, чтобы в один прекрасный день господин Лукашенко назвал это вмешательством во внутренние дела Беларуси и провел выборы по собственному сценарию.

Это только один из множества примеров, которые показывают Совету Европы, что, к сожалению, с Лукашенко разговоры пусты, и здесь надо ставить точку. Диалог может быть только с гражданским обществом! Для Европы это новая стратегия.

- Какие инструменты для ее реализации вы видите?

- Первое и самое главное - это инструмент консультаций. В гражданском обществе Беларуси достаточно действенных сил и структур, с которыми можно работать. Главное - их соединить и настроить на свободный диалог друг с другом. Как только 20-30 умных голов соберутся вместе, такая коалиция будет иметь и силу, и общественное влияние. Я говорю о коалиции в общем смысле, не имея в виду какие-то конкретные политические образования. Люди уже готовы поддержать такое сотрудничество. Когда я начинал несколько лет назад в качестве руководителя миссии в Беларуси, люди вообще не могли понять, о чем я говорю, когда речь заходила о коалиции.

Второй шаг - подготовка одного, действительно единого кандидата на выборы 2006г. И третий - подготовка наблюдения за выборами, причем от начала до конца. Создание свободной коммуникационной системы.

- Однако вряд ли такую работу можно проделать свободно и легально.

- Это легально с точки зрения Парижа и Копенгагена, и это абсолютно так же легально, как работа ОБСЕ в наши времена.

- Это сложно объяснить официальному Минску, который будет депортировать иностранцев, реализующих эту стратегию.

- Легально или нелегально - это единственный выход, который есть у Европы. И это очевидно, если взглянуть на белорусские законы. Европе придется, она вынуждена, она обязана заниматься Беларусью, потому что это - ее новый сосед. Европа не может заключить никакого соглашения с Беларусью, поскольку там нет демократии. А демократия - это не следствие заключения контракта - это его предпосылка.

- Вы имеете в виду только организационную или также финансовую поддержку?

- Изменения проходят через голову, а не через деньги. Имеет смысл финансирование только реальных проектов. Проблема в том, что в Беларуси настолько плоха экономическая ситуация, что возникают случаи, когда люди получают деньги только за статус, тогда как этих денег нет, когда речь идет о реальной работе. Конечно, труд, например, наблюдателей, должен оплачиваться. Консультации необходимо проводить вне страны. Именно потому, что как только внутри страны что-то начинает организовываться - приходит прокуратура или налоговая инспекция и закрывает за финансирование оппозиции.

- Вы совершенно исключаете из этой стратегии политическое влияние европейских структур на белорусские власти?

- Не исключаю, работа здесь будет продолжаться. Во-первых, это работа европейских институтов через офис ОБСЕ. Второе, через соседние европейские страны путем заключения соответствующих соглашений. И третье - через влияние Парламентской ассамблеи ОБСЕ. Даже учитывая, что белорусский парламент также представлен в ПА ОБСЕ, все резолюции в отношении Беларуси были очень критическими. Москва единственная показала свою неготовность высказывать критику в отношении Беларуси. Запад понимает, что у Москвы есть свое мнение и свои интересы. Но я не отношусь к тем, кто оправдывает такие действия. Считаю, что в демократии не может быть предпочтений, разделений по интересам... Я не согласен с теми, кто считает, что в отношении демократизации Беларуси надо разговаривать с Россией. Я считаю, что, если Европа имеет свое мнение, она должна доносить гражданскому обществу, не спрашивая мнения России.

- Вы говорите, что уже известны силы, через которые будет реализовываться эта стратегия в Беларуси. Назовите их.

- Эти силы мало изменились с 2000-2001гг. Это политические партии, общественные организации и те представители номенклатуры, которые, работая на этот режим, хотят перемен. Номенклатура - мощный инструмент. И это прекрасно осознает Лукашенко, несмотря на то, что он активно взращивает верных себе людей. Ведь не зря после выборов были отстранены от влияния Мясникович и Ермошин.

- Вы уже знаете людей из номенклатуры, которые готовы поддержать вас?

- Да. И эти люди готовы активно выступить в случае, если произойдет реальная консолидация демократических сил.

- Видите ли вы фигуру, которая смогла бы стать лидером и объединить эти силы вокруг себя?

- Пока нет. Но на данный момент я не оперирую людьми, мы намерены готовить структуры, которые однажды будут настолько сильны, что смогут влиять на правительство. Структуры, с которыми можно работать, есть, и мы с ними работаем.

- Насколько эта концепция оформлена в качестве официальных документов?

- С 1 января до 1 июля 2004г. она будет оформлена официальными документами. Пока это мое предложение, которое обсуждается и находит серьезную поддержку в различных структурах. Альтернативы ему нет. Европа знает, что именно я человек номер один в этом вопросе отношений с Беларусью. Не человек правительства, не член Еврокомиссии - я то абсолютно свободное лицо, которое знает, что происходит в Беларуси, знает, что должно происходить. Именно меня спрашивают, когда речь идет о Беларуси и об отношении с ней.

- Насколько сильны ваши оппоненты, и что они предлагают в качестве стратегии отношения Европы к Беларуси?

- Мои оппоненты говорят уже много лет: нельзя делать ставку на гражданское общество и оппозицию, потому что они очень слабы в Беларуси. Тогда я спрашиваю: значит, сильное правительство действует правильно? Они отвечают, конечно, нет! Тогда я спрашиваю: если вы считаете оппозицию слабой, а правительству не доверяете - с кем общаться?

СПРАВКА «БГ». Ханс-Георг Вик родился в 1928г. в Гамбурге. С 1945г. на дипломатической работе. Возглавлял канцелярии министров иностранных дел и обороны ФРГ, представлял интересы ФРГ в СССР, США, Иране, Индии. Был постоянным представителем ФРГ в НАТО и возглавлял германское разведывательное агентство. Член Совета германо-белорусского общества, консультирует МИД Германии в вопросах политики в отношении Беларуси. Белоруссия