Новый любимчик Европы :: Хартыя'97 :: Навiны

Одной из сенсаций минувшей сессии Парламентской ассамблеи Совета Европы стал приезд в Страсбург нового президента Грузии Михаила Саакашвили, победившего действительно триумфально — почти 90% избирателей проголосовали за него. Страсбург для Саакашвили почти родной город. В этом городе он учился, здесь познакомился со своей женой, красавицей голландкой Сандрой Руловс. Наверное, это странное ощущение — приехать в качестве главы государства в город, пивнушки которого помнят тебя студентом, и выступать на трибуне ПАСЕ, отвечая на вопросы европейских парламентариев. Члены ПАСЕ оценили блестящее образование нового грузинского президента: он отвечал на вопросы именно на том языке, на котором они задавались. Разве что потом с корреспондентами «БДГ» он по-белорусски поговорить не смог. Но мы и без того были потрясены. И не только мы, европейские чиновники тоже. Пожалуй, сегодня президента Грузии можно без преувеличений назвать новым любимчиком Европы. Тем более что он декларирует приемлемость для своей страны единственного — европейского — пути. Чего, как выяснилось, и нам желает. На вопросы «БДГ» отвечает президент Грузии Михаил СААКАШВИЛИ.

— Господин Саакашвили, что вы намерены делать с российскими военными базами в Грузии?

— Совершенно очевидно, что эти военные базы не представляют собой абсолютно никакой ценности для России. Там ведь служат всего несколько сот человек. Представьте, речь идет даже не о тысячах, потому что большинство персонала — местные, грузины с российскими паспортами. Всего-то человек 300–400 российских солдат и офицеров. Естественно, я понимаю, что это живые люди, которых нельзя вывести в чистое поле и бросить. Но все же их не так много, да и они тоже вместе со своими объектами не представляют никакой военной ценности, учитывая старое обмундирование, оборудование, технику. Насколько я понимаю, эти военные базы имеют для России разве что символическое политическое значение, но войска должны быть выведены в соответствии со Стамбульскими соглашениями. Мы прекрасно понимаем, что у России есть свои, совершенно законные интересы в области безопасности в нашем регионе. И нужно быть настроенным против нашей же государственности, чтобы не учитывать этих интересов. Мы готовы обсудить с российской стороной все вопросы, которые могут представлять взаимный интерес. Это в том числе и защита российской южной границы. Мы согласны на совместное патрулирование, на то, чтобы там присутствовали наблюдатели с российской стороны, на обмен разведывательной информацией для борьбы с терроризмом, на ускоренную процедуру экстрадиции всех подозреваемых в тех случаях, когда это не будет противоречить нашим международным обязательствам, на другие гарантии российской стороне. Я подчеркиваю: наибольшую нервозность российской стороны вызывает наше сотрудничество с НАТО и США. Мы должны добиться таких взаимных гарантий, чтобы никогда наше сотрудничество с третьими странами и международными организациями не ущемляло интересов России. Это — главное из того, чего должны добиться Россия и Грузия. Я думаю, что у теперешнего российского руководства достаточно здравого смысла, прагматизма и понимания того, что нестабильность в Грузии и какие-либо действия в отношении моей страны не в интересах России. Полагаю, ряд умеренных шагов уже был продемонстрирован российской стороной. Были, впрочем, предприняты и шаги, не очень понятные нам, которые мы не приветствуем. К примеру, односторонние меры в отношении визового режима или некоторые маневры в отношении руководства Абхазии и Южной Осетии. Но одновременно я вижу и обнадеживающие знаки в наших отношениях. Я рассчитываю, что после приезда в Тбилиси Игоря Иванова, с которым у меня была очень хорошая беседа, после моей поездки в Москву, после работы двусторонних групп, которая до сих пор носила формальный характер, многое изменится. Я очень надеюсь, что сейчас сотрудники этих двусторонних групп возьмутся за ум и действительно предложат что-то дельное в вопросе урегулирования ситуации. То есть в принципе могут возникнуть совершенно новые отношения. Нам не нужна Россия в качестве врага. Нам в лице России нужен друг и партнер. Это главное, чего мы должны добиться.

— А вы можете назвать приблизительные сроки вывода российских войск?

— Конечно, у меня нет точной даты ликвидации российских баз, потому что в соответствии с подписанными договорами этих баз вообще уже не должно быть в Грузии. Это юридический казус, который нам нужно как можно скорее разрешить в двустороннем порядке — я еще раз подчеркиваю, что мы заинтересованы в сотрудничестве с российской стороной. Прекрасно знаю, что мой предшественник также был заинтересован в ликвидации этих баз. Это, конечно, только один фактор. Но существуют и другие факторы, связанные уже с самой Россией. Если раньше мы были в конфронтации в отношении военных баз, то теперь нужно действительно изменить подход. Кстати, грузинский народ с большим энтузиазмом воспринимает эти изменения, что даже удивительно после стольких лет конфронтации. Меняются времена и подходы, и сейчас у нас появились новые надежды.

— После вашего избрания президентом все задались вопросом, будете ли вы бороться с коррупцией, расцветшей пышным цветом при вашем предшественнике. Часто новые лидеры начинают свой путь именно с борьбы с коррупцией прежних лидеров, но, как показывает белорусский опыт, иногда это оказывается тупиковым путем.

— Я понимаю, что бороться с коррупцией — весьма сложная задача. Мы будем платить зарплаты судьям и следователям — кстати, мы уже получили деньги на эти программы от Фонда развития ООН. Я собираюсь сократить штат чиновников правоохранительной системы, но зато повысить им зарплаты. Я знаю точно: нужно не просто бороться с коррупцией, нужно полностью менять всю систему. И это единственный выход — другого пути нет, если я не хочу закончить, как Джинджич. Разрешение этой проблемы является очень важным для нашей страны. И в первую очередь задача такова: нужно устранить кланы и организованные группы, которые занимались коррупцией при прежней власти.

— Выступая перед депутатами ПАСЕ, вы много говорили о западном пути Грузии. А как вы собираетесь строить отношения со странами Восточной Европы?

— Все восточноевропейские страны — крайне важные партнеры для Грузии. Мы все вместе двигаемся в одном направлении — в Евросоюз. Нас сближает еще и то, что у нас похожие проблемы, общий опыт страданий в социалистическом прошлом и очень теплые отношения собственно между людьми. К примеру, в свое время меня очень вдохновил опыт Югославии. Думаю, у стран Восточной Европы должно быть больше совместных проектов, в том числе связанных с Европейским союзом. Я верю, что у нас у всех огромный потенциал.

— Кстати, армянские журналисты сказали нам, что Грузия сейчас, после «революции роз», стала примером для всего Закавказского региона. Неужели подобный сценарий возможен, скажем, в Азербайджане или Армении?

— Армения и Азербайджан — очень близкие друзья Грузии. Я чувствую большую симпатию к обоим народам. У меня прекрасные отношения с их лидерами, я с ними в постоянном контакте, мы часто общаемся. Не думаю, что есть общее правило в том, как демократия должна развиваться, и не думаю, что есть общая модель. Правда, мы разделяем общие ценности. И я уверен, что демократические процесы в этих странах будут продолжаться. Я готов сотрудничать с ними, а также с различными политическими силами Грузии. Кстати, в Грузии все, независимо от политической ориентации, симпатизируют народам Армении и Азербайджана. Так что я настроен весьма оптимистично в отношении будущего нашего региона. Сейчас идут разговоры об интеграции Грузии в Европу. И я надеюсь, что Армения и Азербайджан будут двигаться вместе с нами в этом направлении.

— Восточная Европа, Армения с Азербайджаном — возможно, но вот Беларусь (единственная среди стран Восточной Европы) движется в совершенно противоположную сторону. Раньше белорусы надеялись использовать югославский опыт, да не получилось. Сейчас многие возлагают надежду на грузинский опыт, то есть на мирное решение политического кризиса. Господин Саакашвили, вы представляете себе «революцию роз» в Минске?

— Грузинский путь я вовсе не считаю панацеей и категорически против «экспорта революции». Я очень уважаю белорусов — это фантастически трудолюбивый и интеллектуальный народ. У меня, к сожалению, нет для вас готовых рецептов. И я не могу посоветовать вам копировать грузинскую модель. Но факт остается фактом: ваш народ очень мудрый, и это главное. Белорусы — по-настоящему европейская нация. А демократические процессы, в свою очередь, являются частью европейской культуры. Я абсолютно убежден, что у вас большие перспективы и в скором времени Беларусь ожидают большие перемены. Это ведь ненормально, что Беларусь уже много лет не участвует в европейских демократических процессах и соответственно не может претендовать на членство в Совете Европы. Но я не сомневаюсь в том, что ситуация изменится к лучшему. Белоруссия