Мир полуавторитаризма :: Хартыя'97 :: Навiны

Полуавторитарный режим имеет демократический фасад, но на деле не является подлинной демократией. Например, это режим, который регулярно проводит выборы, имеет формальное разделение властей, избираемый населением парламент, теоретически независимую судебную систему и исполнительную власть, которая формально подконтрольна законодателям. Но, при всем этом, исполнительная власть обладает подавляющим влиянием на общество и всеобъемлющей властью. Во многих государствах, которые сегодня можно назвать полуавторитарными, в середине 1990-х годов прошли серьезные политические изменения и реформы и были серьезные ожидания, что они станут подлинными демократиями. Это относится к большинству государств бывшего СССР, а также ко многим странам Восточной Европы. Исключением стали Венгрия, Польша и Чехия, которые сегодня начинают становиться подлинными демократиями. О природе полуавторитарных государств корреспондент “Washington ProFile” беседует с Мариной Оттавэй, старшим научным сотрудником Фонда Карнеги, автором нескольких книг. Последняя ее работа -- "Вызов демократии: развитие полуавторитаризма".

-- Почему в одном регионе одни страны становятся демократиями, а другие избирают полуавторитаризм?

-- Это зависит от ряда факторов, например, от наличия альтернативных политических сил в стране. К примеру, в Польше и Чехии существовала политическая оппозиция, которая проталкивала реформы, даже если против подобных реформ выступали правительства. В Чехии приобрели большое влияние различные общественные движения. Для сравнения, в странах, которые стали полуавторитарными, как, например, Азербайджан, трансформация произошла лишь потому, что развалился Советский Союз, а не потому, что в них существовала мощная политическая оппозиция. Отсутствие оппозиции позволило правительству вернуться к привычным авторитарным методам правления, используя демократические вывески, которые устраивали Запад.

-- Но почему подобные режимы прячутся за демократическими вывесками?

-- Это является косвенным признанием понимания того, что в мире более неприемлем отказ от демократии. Не существует приемлемой идеологии, которая оправдывает существование авторитарного режима. На теоретическом уровне, демократия стала единственной приемлемой политической системой. Так что даже те режимы, которые всеми силами стремятся не допустить попыток отобрать у них хотя бы толику власти, вынуждены показывать, что они приветствуют демократию.

Поэтому многие избирательные кампании в этих странах на деле являются фарсом, потому что проходят под полным контролем исполнительной власти, они не свободные и не справедливые и не представляют собой настоящий вызов правящим кругам.

-- Подобные процессы ныне происходят в России?

-- Я должна предупредить, что я не специалист по России. Но я думаю, что то, что мы видим сегодня в России является опасным поворотом в этом направлении. Мы только что видели избирательную кампанию, в которой у президента Путина практически не было конкурентов. Да, формально говоря, у него были соперники, но но не было истинного и серьезного конкурента, представляющего угрозу его власти. И пока подобного вызова власти не появится, государство будет и дальше сползать на все более авторитарные позиции.

-- В своей книге Вы описываете различные типы полуавторитарных режимов...

-- Я считаю, что существует большое разнообразие полуавторитарных режимов. Например, существуют страны, находящиеся в процессе перехода, в которых полуавторитаризм является шагом вперед по направлению к более открытой политической системе. Я думаю, это можно увидеть в таких странах, как Сенегал и Хорватия. В этих государствах еще недавно существовали очень закрытые режимы. До сих пор их нельзя назвать демократическими, потому что исполнительная власть в них еще чересчур сильна. Однако можно уже заметить рост оппозиционных сил, которые и в будущем будут подталкивать страну к созданию более демократической системы правления. Именно эти страны, по моему мнению, имеют хороший шанс сделать последний шаг к полноценной демократии.

Также существуют полуавториатризм, если так можно выразиться, "эпохи угасания". И я думаю, что Россия является хорошим примером этого типа полуавторитаризма. Это страны, которые внешне, вроде бы, подвигаются к демократии, и где открытая система действительно какое-то время существовала, но где исполнительная власть смогла восстановить свое влияние. И это плохой знак. Это признак того, что политическая система находится в состоянии распада, более не существует подлинной оппозиции. Следовательно, движение к авторитаризму, скорее всего, будет продолжено.

И, наконец, третий тип подобных государств называется институализированным полуавторитаризмом. Это страны, где режим продолжает успешно имитировать демократию на протяжении длительного периода времени, но, в тоже время, он успешно устраняет политических соперников. Многие такие режимы существуют в арабском мире. Египет, наверное, является лучшим примером. На протяжении 25 лет он проводит конкурентные многопартийные выборы, и в тоже время исполнительная власть сохранила полный контроль над страной. Вообще, надо отметить, что подобные страны очень сложно изменить.

-- В чем секрет живучести подобных режимов?

-- Одна из причин успеха подобных режимов - в их умении задавить оппозицию. В случае с Египтом - правительство смогло изолировать самую опасную оппозицию - исламское движение, используя для этого простые аргументы. Власти доказывали, что исламистам нельзя доверять, потому что они применяют насилие, прибегают к террору и собираются установить исламский режим в Египте. В результате, правительство конкурирует лишь с партиями, которые не пользуются широкой популярностью у населения.

-- Каким образом можно изменить подобные режимы?

-- Самые важные факторы успеха - внутренние. Откровенно говоря, только граждане могут создавать и развивать политические организации, которые позволят их государству стать более демократичным. Политическая оппозиция не может быть создана снаружи. Но другие страны могут помочь в определенный момент, поддержав оппозиционеров. Например, в Югославии международное сообщество сыграло важную роль помогая оппозиции поддержать Коштуницу и противостоять Милошевичу. Так что хотя ключевая часть трансформации является внутренней, существуют определенные способы помощи извне.

Также другие страны могут дать понять, что они прекрасно понимают истинное положение вещей, скрытое за демократическими вывесками. Если страна получает много иностранной помощи, то государства-доноры имеют в своих руках мощный рычаг и могут настойчиво требовать, чтобы переговоры о предоставлении помощи шли через демократические институты, например, через парламент, а не проходили под контролем правительств. Но подобное очень сложно делать в странах, которые не получают большой иностранной помощи - например, в России. По этой же причине США практически не могут влиять на большинство арабских государств.
Минск, Белоруссия