Перегонщики автомобилей – на скамье подсудимых :: Хартыя'97 :: Навiны

Департамент финансовых расследований с подачи прокуратуры возобновил массовое уголовное преследование индивидуальных предпринимателей, занимавшихся перегоном и торговлей легковыми автомашинами. Более пятидесяти человек из Гродненской области (Ошмяны и Сморгонь) и столько же из Витебской стоят в очереди к скамье подсудимых. Сколько горемык попало под кованые сапоги ГТК, КГК и прокуратуры в других областях — пока неизвестно. Зато известно, что в указанных выше регионах печальная участь постигла всех без исключения предпринимателей, которые поверили государству и пытались осуществлять свою деятельность легально. Зато «черные» перегонщики остались в неприкосновенности.

Впервые подобная ситуация с официально зарегистрированными перегонщиками автомобилей возникла в конце 2001-го — начале 2002 годов, когда индивидуальные предприниматели Витебской области стали в массовом порядке получать решения по актам проверок, проведенных таможенными органами. В уведомлениях сообщалось, что они длительное время нарушали таможенное законодательство и потому должны государству значительные суммы. Размер претензий таможенников к каждому конкретному предпринимателю колебался в пределах 10–40 тыс. долларов в зависимости от количества ввезенных в страну автомобилей.

Суть нарушений, которые, по мнению таможни и прокуратуры, совершили предприниматели, сводится к следующему: в течение указанного времени предприниматели ввозили на территорию РБ автомашины и растаможивали их как личное имущество. В таком случае ставка таможенной пошлины за автомобиль в зависимости от объема двигателя составляла 0,35–0,55 евро за 1 куб. см. Должностные лица ГТК усмотрели в этом уклонение от уплаты таможенных пошлин: поскольку ввезенные автомашины впоследствии продавались в ходе осуществления предпринимательской деятельности, то растаможивать их следовало совсем по другим, значительно большим ставкам, с уплатой НДС и акцизов. В 1998–1999 годах частные предприниматели так и делали, поскольку в то время существовал двухлетний запрет на отчуждение физическими лицами автомобиля, пригнанного из-за рубежа. Поэтому те немногочисленные предприниматели, которые вопреки большинству решили оставаться законопослушными, растаможивали машины как юридические лица, платя все косвенные налоги. Более же значительная часть предпринимателей свернула бизнес и ушла в теневую сферу экономики, предпочитая вообще не вступать в контакт с официальными государственными структурами. Однако через пару лет, когда руководство страны поняло свою ошибку, запрет на отчуждение автомобиля физическими лицами был снят. У зарегистрированных предпринимателей-перегонщиков возник вопрос: по каким ставкам им теперь платить пошлины?

Вот как ответил заместитель председателя Государственного таможенного комитета Владимир Гошин в своем официальном письме, направленном региональным таможенным структурам (исходящий номер 02/5477 от 04.08.1999 г.): «В связи с поступающими запросами таможенных органов, органов государственного управления и граждан по вопросу возможности использования в коммерческих и производственных целях транспортных средств, ввезенных физическими лицами в качестве личного имущества, и в целях единообразного применения таможенными органами Положения о порядке перемещения физическими лицами через таможенную границу РБ товаров, не предназначенных для производственной или иной коммерческой деятельности, ГТК сообщает следующее... В отношении транспортных средств, ввезенных в республику в качестве личного имущества и выпущенных в свободное обращение с уплатой таможенных платежей по единой ставке, предусмотренной п.13.1 указанного Положения (именно по этой ставке и платили предприниматели. — А.Б.), разрешение таможенных органов на их использование в иных целях, чем те, в соответствии с которыми они были ввезены, не требуется. Использование таких транспортных средств их собственниками либо владельцами может осуществляться в соответствии с требованиями законодательства иных отраслей права, в том числе и с требованиями актов законодательства, регулирующих осуществление предпринимательской деятельности».

Иными словами, предпринимателям на местах заявили: ввозите автомобилей столько, сколько хотите, и растаможивайте по единой ставке для физических лиц, а остальные вопросы, касающиеся предпринимательской деятельности, утрясайте с налоговой инспекцией. В течение нескольких лет никаких претензий ни у таможенных органов, ни у налоговых инспекций к перегонщикам не было. Поэтому поначалу получившие уведомления предприниматели Витебской области восприняли все происходящее как недоразумение и стали обращаться с письмами к руководству ГТК. Но оттуда приходили ответы, подтверждающие: да, все верно, вы нарушители. К весне 2002 года в Витебской области практически не осталось предпринимателей, не получивших уведомления с таможни. Более того, ее требования стали подкрепляться постановлениями прокуратуры о возбуждении уголовных дел, согласно которым выявленное таможенниками правонарушение подпадает под ст.231 УК РБ (уклонение от уплаты таможенных пошлин в крупном размере). Летом 2002 года в Поставах (Витебская область) состоялся первый суд, который вынес обвинительный приговор. И тогда предприниматели забили тревогу. В защиту представителей автобизнеса выступил Минский столичный союз предпринимателей и работодателей. «Белорусская деловая газета» подробно описывала сложившуюся ситуацию, заострив внимание на странных преступниках, которые, уклоняясь от уплаты таможенных пошлин, регистрировали автомобили на свои фамилии, а затем продавали их и платили с этой деятельности налоги.

После публикации в «БДГ» ГТК поблагодарил нас за критику и пообещал во всем разобраться. Действительно, уголовные дела были приостановлены, и около года никакого движения вокруг этой проблемы не наблюдалось. Поэтому возникшее обострение в Витебской области воспринялось в 2002 году как некое временное недоразумение в одном отдельно взятом регионе, вызванное различным толкованием наших противоречивых законов. Но мы ошиблись.

В конце 2003 года правоохранительные органы снова стали прощупывать почву на предпринимательской территории, возбудив несколько уголовных дел. При этом под силовой пресс стали попадать предприниматели не только Витебской области, но и других регионов Беларуси. Департамент финансовых расследований, который проводит расследование, особо рьяно взялся за приграничные регионы, так как там соответствующий бизнес был наиболее развит. Сейчас претензии предъявлены почти 30 предпринимателям из Ошмян и приблизительно стольким же из Сморгони (Гродненская область). Сразу же после пасхальных праздников у многих из них были произведены обыски. Впрочем, по их словам, ничего крамольного сотрудники ДФР у них не нашли. Зато было описано имущество и предпринята попытка изъять копии документов, на которые предприниматели и возлагают надежды по своему оправданию. Пока документы отстоять удалось.

Суть претензий в Гродненской и Витебской областях абсолютна аналогична. Только вот размеры так называемого ущерба, нанесенного государству, в гродненских уголовных делах значительно выше. За пару лет некоторые перегонщики пополнили автомобильный парк Беларуси более чем сотней иномарок. Поэтому, например, в Ошмянах финансовые претензии, выдвинутые некоторым «уклонистам», достигают 200 млн рублей (100 тыс. долларов). И опять же под правоохранительный пресс попали все без исключения официально зарегистрированные предприниматели, занимавшиеся этим бизнесом, и не попал ни один «черный» перегонщик. В уголовном плане «повезло» только не особенно активным предпринимателям. Но и они вместе со всеми уже стали безработными: по инициативе местных исполнительных властей аннулирована их государственная регистрация. А ведь у некоторых теперь уже безработных жителей Ошмян предпринимательский стаж насчитывал более 10 лет. «Я недавно подсчитал, и получилось, что за свою деятельность я один путем уплаты налогов, таможенных пошлин и других обязательных платежей пополнил государственный бюджет приблизительно на 500 тыс. долларов, — говорит один из них. — Кому польза от того, что я стал безработным?» «Нас фактически загнали в мышеловку, — возмущается другой предприниматель. — Сначала говорили: вози как можно больше, чтобы увеличить поступления в бюджет. С каждой машины государство получало в среднем по тысяче долларов, наша же прибыль колебалась в пределах 100–200. Никаких претензий никогда никто не предъявлял. Подождали, когда мы завезем по сотне автомобилей, и захлопнули мышеловку, обязав выплатить просто астрономические суммы. Обвиняют нас в уклонении от уплаты таможенных платежей в особо крупном размере по сговору с группой лиц».

«В отношении меня написали, что я вошла в сговор на совершение преступления с собственным мужем, — говорит женщина-предприниматель.— И что, нам теперь обоим садиться в тюрьму только потому, что мы поверили государству и решили работать по закону?»

Чтобы понять нелепость выдвинутых против предпринимателей обвинений, не надо даже быть юристом. За время так называемой незаконной деятельности обвиняемых не нашлось ни одного честного предпринимателя, который оформил бы автомобиль так, как сейчас требуют таможенники. Но все ведь не могут быть преступниками. Это аксиома. Кроме того, любой преступник (за исключением невменяемых), совершая правонарушение, надеется, что оно не будет раскрыто, и прилагает для этого все усилия. Это тоже аксиома. В данном же случае предприниматели делали все с точностью до наоборот. Они тратили время и деньги на получение лицензий, разрешающих им продавать автомобили, каждый месяц являлись в налоговую инспекцию и платили налог именно за деятельность, связанную с продажей автомобилей. Они регистрировали купленные машины на свое имя, а затем от своего же имени их продавали, регистрируя договор купли-продажи в государственных органах.

Фактически государство затеяло войну с самой законопослушной частью собственного населения, которая расплачивается за противоречивость законодательства, за ошибки и неразбериху, царящие в государственных органах, сначала толкующих закон так, а через пару лет — эдак. Например, в марте 2003 года одному из обвиненных предпринимателей, который закрывал бизнес, ГТК ответил, что такой-то индивидуальный предприниматель, учетный номер такой-то, не имеет никаких задолженностей перед таможенными органами. А уже через полгода эта задолженность составила около 170 млн рублей, причем по деятельности, осуществленной именно в 2000–2002 годах.

На прошлой неделе в Ошмянах началось первое судебное разбирательство. От его исхода зависит судьба не только конкретного обвиняемого, но и всех предпринимателей, которые по воле какого-то чиновника стали в одночасье преступниками. Поэтому все они явились на процесс, чтобы понять, что их ждет и какие действия им в связи с этим предпринимать. Белоруссия