И все-таки мы победили! :: Хартыя'97 :: Навiны

Никто и предположить не мог, что официальный Минск сдастся вообще без боя. То ли «палатники» устали врать, то ли поняли неминуемость проигрыша, то ли решили больше не защищать Лукашенко, который при случае точно так же без боя сдаст их всех. В январе, когда юридический комитет ПАСЕ принимал доклад Христоса Пургуридеса по пропавшим без вести, отсутствие белорусской официальной делегации было истолковано просто: поскольку убедить членов комитета в том, что руководство страны не имеет никакого отношения к исчезновениям, в принципе невозможно, нечего и копья ломать. Была и иная возможность: приехать в апреле и попытаться повлиять на ситуацию непосредственно перед голосованием. Методов много: слезливые интонации, жалобы, просьбы, обещания изменить ситуацию в стране или отплатить сторицей за каждый голос. В общем, все эти методы давно уже применялись белорусскими депутатами, и было бы логично использовать их и в этот раз. Однако момент был упущен.

Ошибку они допустили именно тогда, в январе. Конечно, убедить ПАСЕ в непричастности властей к убийствам не удалось бы, но сам факт присутствия в Страсбурге был бы оценен как реверанс в сторону ассамблеи. И тогда, возможно, не появился бы тот самый параграф 12 резолюции, согласно которому официальная делегация белорусского парламента объявляется нежелательной и не допускается в ПАСЕ даже в неформальном качестве, вплоть до проведения объективного расследования исчезновений. Напомню, что раньше в качестве часа икс ПАСЕ рассматривала парламентские выборы: мол, если пройдут в соответствии с международными стандартами открыто и прозрачно, тогда можно будет вернуться к вопросу о восстановлении статуса Беларуси. Теперь же речь идет о предъявлении миру виновных в убийствах Захаренко, Гончара, Красовского и Завадского. А поскольку такое расследование состоится лишь после падения нынешнего режима, то вынуждена разочаровать господина Лукашенко: не при его власти Беларуси вернут вожделенный статус.

Впрочем, докладчику Христосу Пургуридесу за этот параграф все-таки пришлось побороться: с предложением снять его выступили, как ни парадоксально, представители двух делегаций, прежде не имевших общей позиции ни по одному вопросу, — литовской и российской. Мотивировки, правда, различались. Россияне говорили о том, что в отсутствие официальной белорусской делегации нельзя решать ее судьбу столь радикально, поскольку белорусы не имеют возможности ничего сказать в свое оправдание, и вообще диалог — главное достижение демократии. Литовцы же вспоминали прежние требования Совета Европы, связанные с проведением парламентских выборов: «Никакого расследования все равно не будет при Лукашенко, но если вдруг он проведет нормальные парламентские выборы, то с этого можно будет вновь начинать диалог. Нельзя увязывать вопрос белорусского статуса в ПАСЕ с исчезновениями».

Надо отдать должное Христосу Пургуридесу: он бился за этот параграф, аки ястреб. Он сказал: «Вы что, не понимаете, что если ваша поправка будет принята, то Лукашенко расценит это как собственную победу? Никаких честных парламентских выборов не будет, и следующий парламент будет еще более карманным, чем нынешний». Как вы, очевидно, догадались, поправка не прошла…

Впрочем, это все происходило на заседании юридического комитета во время принятия поправок. А ход голосования на пленарном заседании Парламентской ассамблеи все-таки трудно было предугадать. Причем опасения вызывали в первую очередь позиции российской, азербайджанской и молдавской делегаций. Вечером накануне голосования все они проводили консультации по предстоящим дебатам. Утром представитель российской делегации шепнул: «Можете не беспокоиться. Мы голосуем за резолюцию. Руководитель думской делегации Косачев, правда, для видимости выступит и скажет что-нибудь невнятное насчет смягчения резолюции, но голосовать мы все будем «за»… (То же самое, кстати, прозвучало от представителя азербайджанской делегации, с той лишь разницей, что никто из азербайджанцев даже не попытался выступить в защиту белорусского режима.)

Представляя свои доклады во время пленарного заседания, Христос Пургуридес сказал: «Время компромиссов и закрывания глаз на происходящее в Беларуси прошло. Мы были слишком демократичны, надеясь на улучшение ситуации. И вот вам результат нашей излишней мягкости: Лукашенко закрывает газеты, преследует журналистов, неправительственные организации, профсоюзы и политическую оппозицию сильнее, чем когда-либо. В октябре в Беларуси пройдут парламентские выборы, которые Лукашенко рассматривает как угрозу собственной власти… Белорусы заслуживают лучшей доли, чем иметь во главе государства такого, как Лукашенко. Я приехал в Минск с целью услышать мнения разных сторон. То, что я узнал от генерального прокурора Виктора Шеймана и бывшего министра внутренних дел Юрия Сивакова, убедило меня в правдивости наших предположений. Бывший начальник криминальной милиции Лопатик и экс-председатель КГБ Мацкевич, расследовавшие исчезновения, пришли к очевидному выводу: Виктор Шейман, в то время секретарь Совета безопасности, инструктировал министра внутренних дел Сивакова осуществить убийства, которыми непосредственно руководил полковник Павличенко, убивший среди прочих четверых упомянутых в моем докладе. После того как следствие оказалось слишком близко к истине, Лукашенко назначил Шеймана новым генеральным прокурором. Такое скандальное вмешательство не может спокойно восприниматься Советом Европы — притом что Беларусь претендует на возвращение ей статуса в ПАСЕ. Что касается преследования прессы, то вы все, очевидно, знаете: в Беларуси закрываются газеты, их тиражи конфискуются. Журналисты подвергаются уголовному преследованию и угрозам. Между тем свобода прессы — одно из главных условий восстановления статуса Беларуси в ПАСЕ. Кстати, без свободы прессы честные парламентские выборы состояться просто не могут. Лукашенко смертельно боится демократии, потому что она положит конец его власти. И мы должны прекратить всякий диалог между цивилизованным миром и лукашенковским режимом. Мир не забыл о печальной судьбе белорусского народа, и мы все вместе должны помочь Беларуси изменить ситуацию».

Не хочу подробно описывать дебаты, потому что в них не было никакого конфликта. Выступали представители разных политических групп и национальных делегаций, но ни один из выступавших не сказал ни слова в поддержку белорусского режима. Все дружно, как на партсобрании, начинали с фразы «прежде всего хочу согласиться с предыдущим оратором». Приведем лишь некоторые цитаты из выступлений.

«Тоталитарному режиму нет места в демократической Европе. Мы восхищаемся мужеством белорусских журналистов, работающих в этих условиях. Но пора положить конец этому преступному режиму».

«Слово «Беларусь» у любого европейца ассоциируется сейчас с двумя тенденциями — политическими убийствами и преследованием журналистов. Если белорусские власти продолжат такую практику, это будет проявлением вопиющего зла. Трудно поверить, что фашизм вернулся в Беларусь, которая во время войны больше всех от него пострадала. И наша задача — вернуть белорусский народ в демократическую европейскую семью».

«Когда имеешь дело с диктаторским режимом, нельзя идти ни на какие компромиссы. Совет Европы не признает диктаторов. И потому мы должны немедленно прекратить диалог с белорусскими властями, но всячески поддерживать оппозицию и гражданское общество. Все мы видим, как изо дня в день Лукашенко теряет свою власть. Нужно поддерживать эту тенденцию, и очень скоро мы станем свидетелями его полного падения».

«Действия Лукашенко в экономике — это тяжелое наследство советского режима. В результате Беларусь полностью изолирована от мировой экономики. Государство хамски вторгается в бизнес, нарушает права профсоюзов. Если не остановить Лукашенко, его действия могут стать еще более жесткими».

«Мы всего лишь хотим восстановить демократию в Беларуси, найти пропавших без вести и предотвратить будущие исчезновения. Режим Лукашенко должен быть жестко осужден. Он уже сжег за собой все мосты и сам прервал диалог с цивилизованным миром. Надеемся, Комитет министров Совета Европы будет оказывать всяческое давление на белорусские власти. Наш голос должен быть единым, потому что оба доклада — по преследованию прессы и по пропавшим — полностью соответствуют духу Совета Европы».

После таких выступлений было ясно, что к моменту голосования парламентарии подходят хорошо «разогретыми», как на рок-концерте к выступлению главной звезды. Результаты голосования действительно оказались ошеломляющими: против резолюции по пропавшим проголосовали трое, а по прессе — вообще двое. Парламентарии предположили, что это были всего лишь невзрачные молдавские коммунисты, чьи тоненькие голоса так и утонули в мощных рукоплесканиях…

Конечно, ПАСЕ — это не Совет Безопасности ООН. И резолюция по Беларуси — это не решение о вводе войск для окончательного свержения режима. Но рекомендации поступают вовсе не в Беларусь, а в Комитет министров Совета Европы. И теперь белорусские депутаты могут надолго забыть о Страсбурге, а Лукашенко не поедет даже в Словению.

Кстати, о депутатах и о Словении. Докладчиком ПАСЕ по Беларуси по-прежнему является бельгийский депутат Стеф Горис. Если помните, именно он прошлой осенью пытался инициировать вопрос о возвращении Беларуси статуса специально приглашенного в ПАСЕ. Именно он любил приезжать в Минск и охотно участвовать в развлечениях, предлагаемых белорусской стороной, а потом заявлять в Страсбурге, что ситуация в Беларуси очень даже стабильная и вполне демократичная. Так вот, к неудовольствию «палатников», Горис «спекся». Понял, что резко развернуться — это все равно менее травматично, чем повесить на грудь табличку «проигравший». И во время сессии ПАСЕ не кто иной, как Горис на глазах у большой аудитории хватал за пиджак председателя политического комитета, депутата от Словении Романа Якича с криками: «Да как вы могли дать въездную визу Лукашенко! Вы что, не понимали, кретины, что он использует это в своей пропаганде как большой внешнеполитический успех?! Какой мудак дал ему разрешение на въезд?» Якич оправдывался: «Да мы тут вообще ни при чем, наш МИД с Евросоюзом советовался! Евросоюз затребовал всю информацию насчет цели визита, а когда узнал, что Лукашенко приглашает всего лишь один бизнесмен Шкрабец, да еще и далеко не самый влиятельный, и оплачивает катание на лыжах, в Евросоюзе сказали: ладно, пусть катается, но проследите, чтобы он, не дай бог, в столице не появился, а то будут санкции. Так что в Любляну Лукашенко никто не пустил, он сидел себе в горах, а словенские репортеры хохотали, потому что он на горных лыжах вел себя, как на лыжероллерах». Стеф Горис вроде и успокоился, но несколько раз потом еще обращался к Якичу с угрозой: но смотрите там, в Словении, чтобы больше ни-ни!

Крах многолетних попыток белорусских депутатов тушкой или чучелом, но вернуться в ПАСЕ был настолько очевидным еще до появления на политической сцене мушкетера Пургуридеса, что сегодня остается непонятным только одно: неужели проще было 7 лет унижаться и просить безо всякой надежды на успех, чем объявить, к примеру, импичмент и быстро стать легитимными? Ведь любое фиаско Лукашенко бьет в первую очередь по ним, сердешным. Первый же встреченный в Минске депутат «палаты представителей» на мое: «Ну что, проиграли?» — сказал: «Резолюции — это еще не самое хреновое. К этому мы были готовы. Но Путин не пригласил Лукашенко на инаугурацию — это пострашнее будет. Теперь нам всем, блин, мало не покажется!»

А счастье было так возможно…
Минск, Белоруссия