Стефан Шмелевский: «Колючей проволоки не будет» :: Хартыя'97 :: Навiны

Чрезвычайный и Полномочный Посол Французской Республики в Республике Беларусь Стефан Шмелевский считает, что Беларуси стоит подумать над тем, почему 450 миллионов жителей стран Европы решили объединиться в один союз. Об этом г-н посол заявил в интервью корреспонденту “БР” накануне вступления в ЕС 10 новых членов.

— Уважаемый господин посол, ваша страна представляет в Беларуси Европейский Союз накануне важнейшего этапа в его истории. Каким вы видите 3 мая — первый понедельник расширенного ЕС? Что изменится в жизни Европы и в вашей жизни?

— Все дело в том, что последствия и эффекты расширения ЕС, как и любого исторического события, будут видны намного позже. То есть внешне ничего не изменится, но в действительности все будет уже по-другому. Одним из последствий станет появление у Беларуси троих соседей, стран — членов Европейского Союза: Польши, Литвы и Латвии. С 1 мая эти страны будут полноправными членами ЕС и смогут участвовать в принятии решений.

Естественно, что внутри стран, которые станут членами ЕС, уже запущены огромные процессы преобразования и трансформации. В первую очередь им нужно привести в соответствие с европейскими нормами законодательство и экономический сектор. Этот процесс идет давно, с тех пор как они стали кандидатами на вступление, и уже видны большие изменения к лучшему.

Что касается белорусских граждан, то для них возникнут небольшие изменения в области визовых режимов и в области пересечения границ. Но это изменения мельчайшие.

Начиная с 1 мая на страны, вступающие в Евросоюз, будет возложена огромная ответственность по контролю и охране внешних границ ЕС. Именно из-за этого и возникнут визовые изменения, то есть это не просто решения этих стран. Но Евросоюз вовсе не является каким-либо замкнутым пространством. И, на мой взгляд, для граждан Беларуси, которые захотят поехать в Европейский Союз, не возникнет каких-либо трудностей — им просто нужно будет привыкнуть к нововведениям.

— Германию и Францию часто критикуют за концепцию Европы “двух скоростей”, говоря, что это делит Европейский Союз на страны первого и второго сорта. Объясните, в чем ваше правительство видит привлекательность этой идеи?

— Я хотел бы объяснить вам, откуда пошло это выражение: “Европа ”двух скоростей".

Строительство Европейского Cоюза началось несколько десятилетий назад. Изначально Евросоюз включал в себя 6 стран-членов и путем последовательного расширения пришел к 25 членам. И этот процесс еще не закончен, поскольку уже сейчас 3 страны являются дополнительными кандидатами на вступление.

Естественно, когда процесс обладает такой протяженностью во времени, есть определенная разница между тем, что было сделано в странах, которые давно являются членами ЕС, и теми, кто совсем недавно присоединился к Евросоюзу. Я хочу подчеркнуть, что эта разница ни в коем случае не юридического плана. Это всего лишь разница в том, что сделано с практической точки зрения. Определенные страны, которые являются основателями Европейского Союза, такие, как Германия и Франция, работают уже долго, и именно они всегда заботились о том, чтобы Европейский Союз продолжал развиваться. Именно из-за этого создается впечатление, что они хотят двигаться быстрее, у них другая скорость, нежели у остальных членов.

Мне хотелось бы подчеркнуть тот факт, что строительство Евросоюза ни в коей мере не основано на принципе давления или принуждения. Приведу два примера. Первый — это Шенгенская зона, то есть зона, внутри которой больше нет европейских границ, второй — зона введения евро.

Настал такой момент, когда определенные страны сказали себе: это была бы замечательная идея, если бы мы могли заниматься только внешними границами и уничтожили внутренние границы в Европе. И вот такое решение было принято. Его инициировали Франция и Германия, предложив присоединиться другим странам, но согласились не все. И сейчас в составе ЕС есть государства, которые подписали Шенгенское соглашение, и те, которые этого не сделали (например, Великобритания и Ирландия). Это создает определенный фактор разделения между странами. И согласно духу вопроса, который вы задали, можно сказать, что страны, подписавшие Шенгенское соглашение, развиваются с иной скоростью, чем те, кто его не подписал.

Таким же образом обстоят дела и с введением евро. У стран существует выбор: поменять свою национальную валюту на евро или же оставить себе старую. Есть определенное количество стран, которые сделали это, другие — нет. Именно это показывает, что на практике существует несколько скоростей, и все зависит от воли самих государств — членов ЕС.

Ваши соседи, которые 1 мая присоединяются к Европейскому Союзу, не станут сразу членами Шенгенской зоны, и у них пока не будет введена новая валюта. Возможно, это произойдет позже.

В то же время основным принципом Европейского Союза (и в этом как раз и состоит новшество данного союза с исторической точки зрения) является то, что никакое решение никогда не принимается путем давления, а исключительно путем свободного выбора и согласия.

— После 1 мая Беларусь получит протяженную границу с Европейским Союзом. Официальные структуры не раз выражали опасения по поводу возможности возникновения в связи с этим второго “железного занавеса” между Беларусью и Западом. Какими вы видите возможные отношения между ЕС и Беларусью и что нужно для того, чтобы они были наиболее успешными?

— Я знаю, что в Беларуси существуют опасения, что новые границы, с 1 мая станут закрытыми границами. Я считаю эту точку зрения абсолютно ошибочной. “Железный занавес” и подобного рода феномены являются продуктом тоталитарной системы, а также тех процессов, которые противоречат духу европейского объединения. Вступление в Европейский Союз — это результат демократического, свободного выбора. Каждый раз, когда происходит расширение Европейского Союза, — это вовсе не значит, что в производство запускаются километры колючей проволоки, чтобы защитить свои границы. История Европейского Союза, который перешел от небольшого количества членов к двадцати пяти, доказывает, что это объединение постоянно находится в движении и постоянно открыто. Таким же образом могут сложиться отношения и с Беларусью. Практически во всех странах Европейского Союза существует прекрасное мнение об интеллектуальных и человеческих качествах гражданского общества Беларуси и самые лучшие намерения по отношению к вашей стране. И мы настроены на прекрасно развивающиеся отношения с открытой Беларусью.

Ту Беларусь, с которой мы хотим строить хорошие отношения, можно назвать огромным перекрестком. И мы надеемся, что она примет решение строить свое благосостояние и богатство именно на транзитном потенциале, путем развития своей инфраструктуры, а также путем создания благоприятных условий для предприятий и индустрии по переработке товаров. И Европейский Союз выражает свою готовность помочь Беларуси в этом смысле.

С другой стороны, в Евросоюзе существует определенное удивление и недопонимание того, что происходит в Беларуси, но это больше касается области политической. Конечно, никто не оспаривает право Беларуси как суверенного государства на организацию своей жизни так, как она того желает. Но необходимо понимать, что если соседи Беларуси, вся совокупность европейских стран решили собраться в Европейский Союз, то они разделяют определенное количество общих ценностей. И эти ценности известны, например — приоритет прав человека над правами сообщества. Каждая личность должна уважаться, и ее права должны соблюдаться ради нее самой. И именно отсюда вытекает то уважение, если хотите, даже почитание прав человека. К этому, естественно, нужно добавить демократические свободы. Кроме того, необходима ориентация на рыночную экономику и, насколько это возможно, самый слабый контроль государства над рыночным сектором.

И каждый раз, когда в Беларуси принимаются решения, противоречащие этим ценностям, это, естественно, возмущает Европейский Союз. Но в целом Евросоюз полон добрых намерений построить добрососедские отношения с Беларусью.

— Какие наиболее заметные достижения в белорусско-французских отношениях за время вашего пребывания на должности посла Франции в Беларуси вы могли бы назвать?

— Я прибыл в Беларусь в октябре 2002 г., и за полтора года моего пребывания не произошло никаких значительных изменений в отношениях Беларуси и Франции. Я со своей стороны делаю все возможное, чтобы достойным образом знакомить белорусское население с моей страной. Вместе со службой по сотрудничеству и культуре французского посольства мы сделали многое для того, чтобы французская культура стала более известной белорусам.

Кроме того, я приложил много усилий, чтобы французское присутствие было ощутимым в той области, которая касается ликвидации последствий чернобыльской катастрофы.

Я занял абсолютно четкую и ясную позицию по отношению к Беларуси и происходящим в ней событиям. Каждый раз, когда говорю о том, что есть определенные вещи, которые мне здесь не нравятся, я вовсе не веду себя как кто-то, кто поучает. Я просто выражаю мнение, что моя страна и другие страны, разделяющие общие европейские ценности, в данной ситуации действовали бы не так. Вот так я и выполняю обязанности посла в вашей стране.
Минск, Белоруссия