Уголовное дело будет возбуждено :: Хартыя'97 :: Навiны

Политический бомонд Беларуси обсуждает возможность возбуждения уголовных дел против некоторых белорусских чиновников высшего ранга. Информация об этом была озвучена на прошедшей в Страсбурге сессии ПАСЕ. Между тем, оказывается, уже отобран круг стран, правительства которых согласны пойти на этот шаг. О том, каким образом возможна процедура возбуждения уголовных дел из-за границы, корреспондент «БДГ» Дмитрий Дригайло беседует с заместителем председателя РОО «Белорусский Хельсинкский комитет» Гарри Погоняйло:

— То, что Белорусский Хельсинкский комитет на протяжении последних трех лет занимался этой темой, оказывая юридическую помощь родственникам исчезнувших, — это факт. Наши юристы являются официальными представителями семей пропавших. И именно правозащитники пришли к выводу, что опубликованные документы не выдумка оппозиционеров в канун президентских выборов. Это или копии реальных процессуальных документов, или документы, имеющие оперативный характер, которые в принципе должны быть сосредоточены в уголовных делах, связанных с исчезновениями людей, в том числе известных политиков. Например, известный рапорт генерала Лопатика от 21 ноября 2000 года есть не что иное, как доклад руководителя криминальной милиции Беларуси своему непосредственному руководителю, министру внутренних дел, о том, что на оперативном уровне это преступление раскрыто, подозреваемые установлены, непосредственные исполнители физической ликвидации указаны и даже названо приблизительное место захоронения Захаренко, Гончара, Красовского. Органы предварительного расследования сегодня располагают конкретными доказательствами, дающими основания подозревать экс-госсекретаря Совета безопасности Виктора Шеймана, экс-министра внутренних дел Юрия Сивакова, командира СОБРа Дмитрия Павличенко, Николая Васильченко, возглавлявшего Службу безопасности президента, Владимира Наумова, руководившего спецподразделением «Алмаз», и ряд других должностных лиц из спецслужб, занимавших весьма высокие должностные посты, в совершении преступлений. И я думаю, что санкция на арест Павличенко — это не кем-то выдуманный, а подлинный документ, составленный председателем КГБ Мацкевичем на основании глубокой и долговременной оперативной разработки. И все эти зафиксированные в ходе оперативных мероприятий материалы дали основания признать, что Павличенко причастен к исчезновениям и возможной ликвидации людей. Более того, он назван организатором и руководителем преступной группы. Этих данных, которые уже собраны, достаточно, чтобы произвести его арест. Все это не фантазия, выстроенная на предположениях и выдуманных версиях. Информация исходит от руководителей столь высокого ранга, как Мацкевич, генеральный прокурор Божелко, его заместитель Снегирь, начальник главного управления уголовной милиции Лопатик. Если бы компетентные органы государства имели дело с фальсификациями этих документов и событий, изложенных в них, власти обязаны были бы через соответствующие структуры предъявить обвинения этим должностным лицам за преступления против правосудия. Потому что названные в этих документах лица обвинены фактически в совершении не просто тяжких, а особо тяжких преступлений, к которым мы относим преступления против человечества. Эти преступления выходят за рамки нашей национальной уголовной юрисдикции. Они являются международными преступлениями. Причем это признание содержится в нашем же Уголовном кодексе. В части 3 статьи 6 УК предписано, что «настоящий кодекс применяется независимо от уголовного права, места совершения деяния в отношении следующих преступлений»: геноцид, преступления против безопасности человечества, экоцид, применение оружия массового поражения и так далее. Аналогичные статьи имеются во многих странах Запада. Они имплементированы на основании тех международных договоров, которые эти страны подписали, взяв на себя обязательство неукоснительно их выполнять. Прежде всего это — «Конвенция о предупреждении преступлений, геноцида и наказания за него» (1954), «Конвенция о неприменении срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества» (1969), «Конвенция против пыток и других жестоких и бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания» (1987), «Международный пакт о гражданских и политических правах» (1966). Все они ратифицированы Республикой Беларусь. Страны, подписавшие эти конвенции, обязаны преследовать лиц, совершивших такие международные преступления.

— Главной структурой, которая занимается возбуждением этих дел, является Международный трибунал в Гааге. Но ведь он же для нас недоступен ввиду нашего неприсутствия в Совете Европы?

— Это — непонимание наших политических деятелей, заявляющих про Гаагский суд. Речь не идет о Гаагском трибунале. Он действует по мандату Совета Безопасности ООН. А мандат выдается под конкретные преступления. Например, по Югославии. По нему, в частности, привлекаются к уголовной ответственности Милошевич и его компания.

— То есть нужно получить этот мандат?

— Нет, думаю, до Совета Безопасности мы вряд ли дотянем. Есть более простая процедура. Статьи, аналогичные нашей статье 6, есть в законодательствах Бельгии, Голландии, Франции, Германии, Испании, Англии, США, то есть членов и Совета Европы, и ООН. Поэтому сегодня важно изучить процедуры применения конкретных уголовных норм, содержащихся в уголовных кодексах этих стран, для того, чтобы воспользоваться ими и привлечь виновных должностных лиц Беларуси к уголовной ответственности, если наше правосудие отказывается рассматривать их как преступников.

— Какие-то страны уже отобраны на эту роль?

— Белорусский Хельсинкский комитет является членом Международной Хельсинкской федерации. По нашему поручению юристы национальных хельсинкских комитетов уже изучают и готовят подобные документы. Меня лично в этой ситуации наиболее устраивает законодательство Бельгии, которое уже наработало достаточное количество подобных дел. Неплохи в этом смысле законодательства Франции и Голландии.

Многие страны именно по политическим мотивам, возможно, не захотели бы открывать производство по этим делам. Для них было бы нежелательно, чтобы этот процесс возбуждался именно в их стране, хотя они располагают подобными процедурами. А уголовный механизм, конечно, мы обязательно найдем. Речь идет об универсальной уголовной юрисдикции, когда государства-члены, подписавшие эти конвенции, взяли на себя обязательства имплементировать нормы и процедуры в свои уголовные и уголовно-процессуальные кодексы, в судопроизводство и имеют возможность действовать подобным образом.

— Этот вопрос уже решен?

— Этот вопрос — политический. Сегодня он нами уже преодолен в связи с известной резолюцией ПАСЕ. Это — сигнал политической готовности стран решить эту проблему.
Минск, Белоруссия