Пэт Кокс: «Беларусь — это также Европа» :: Хартыя'97 :: Навiны

В 2004 году, впервые в своей истории, премия Карла Великого (Karlspreis) была присуждена сразу двоим лауреатам: Папе Римскому Иоанну-Павлу II и президенту Европарламента Пэту Коксу. Эта премия, учрежденная магистратом немецкого Аахена вскоре после Второй Мировой войны, со временем превратилась из скромного городского начинания в престижнейшую политическую награду Европы. Вручается она ежегодно, как записано в уставе, «За наибольший вклад в европейскую интеграцию». В разное время ее лауреатами становились деятели культуры и политики со всего мира — от Конрада Аденауэра до Тони Блэра, от Билла Клинтона до... евро.

В нынешнем году Папа Римский, в силу возраста и проблем со здоровьем, не смог приехать лично и прислал в Аахен своего представителя. Зато Пэт Кокс прибыл в древнюю столицу Священной Римской Империи со всей семьей: его жена Кэти и шестеро детей (трое из них — с супругами) сопроводили лауреата к почетному подиуму в городской ратуше.

Накануне торжественной церемонии президент Европарламента встретился со студентами Высшей Технической Школы Аахена — специально ради того, чтобы призвать их прийти к избирательным урнам: ведь 13 июня состоятся первые в расширенном Евросоюзе парламентские выборы. По окончании же дискуссии Пэт Кокс любезно согласился ответить на вопросы корреспондента «Росбалта».

- Господин президент, вы смогли найти время, чтобы встретиться со студентами. А какой представляется вам роль молодежи в новом Евросоюзе?

- Прежде всего, хотел бы подчеркнуть, что европейская политика — вещь вполне доступная для любого активного европейца, независимо от его возраста и имущественного положения. Я много раз слышал, что Европарламент, к примеру, — сборище богатых старичков, где-то там, в своих высоких эмпиреях, решающих судьбы стран и народов. Ничего подобного! Посмотрите на меня: мой отец был простым часовщиком, я сам, до того как заняться политикой, был учителем, журналистом... Другое дело — я был политически активен, всё время добивался чего-то — причем, уверяю вас, не постов и званий, а вполне конкретных политических целей.

То же самое можно сказать о многих европейских политиках: большинство из нас не никогда принадлежало к «касте избранных», отличающихся особо крупными банковскими счетами или многоступенчатыми связями. Однако все эти люди были политически активны, как и я. Именно к этому я и призываю молодежь: первый шаг на пути в Европу вы можете сделать, проголосовав на выборах в Европарламент 13 июня.

Если честно, полностью на ваш вопрос можно ответить, только упомянув о моем видении будущего Евросоюза. Вкратце могу сказать следующее: я очень надеюсь, что страны Евросоюза продолжат столь бурно развивающийся процесс консолидации. Мы уже сейчас зависим друг от друга во многих проблемах, а чем более эта зависимость разовьется, тем больше у нас шансов по-настоящему стать прежде всего европейцами, а уж потом — немцами, англичанами, чехами, ирландцами...

- Ну, если говорить о возрасте, то нельзя не признать, что большинство европейских политиков — люди в годах. В немецких политических кругах бытует поговорка, которую можно перевести примерно как «В Европу отправляются стариками»...

- Может быть, до сих пор она и соответствовала истине, однако теперь это положение должно быть радикально изменено. Еще никогда за всю свою историю Евросоюз не имел столько влияния на дела и проблемы государств, входящих в него, а это означает — важность европейских институтов возрастает и будет возрастать всё больше и больше. Соответственно, и реальная власть Евросоюза должна быть поддержана новым поколением политиков. Так что, если полностью ответить на предыдущий вопрос: мое видение роли молодежи в Евросоюзе — нынешнее молодое поколение должно быть готово к принятию на себя бремени реальной власти. Так, и не иначе.

Кроме того, расширение Евросоюза, скорее всего — процесс, еще далекий от своего завершения. Это значит, что в семью европейских народов будут вливаться новые члены, и молодые люди из этих стран также получат доступ к европейским политическим, экономическим, научным и культурным институтам.

Один небольшой пример: когда при участии Европарламента была разработана и введена в действие студенческая программа Erasmus, в ней приняли участие три тысячи студентов. В 2003 году в другие европейские страны по этой программе попал уже миллион студентов!

- Могли бы вы представить себе когда-нибудь, в отдаленном или недалеком будущем, на посту президента Европарламента, скажем, турка или русского?

- Направленность вашего вопроса мне ясна, однако давайте сразу разделим эти две упомянутые вами возможности. Россия пока что не изъявляла желания вступить в Евросоюз, так что нет смысла торопить события и представлять себе русского президента Европарламента.

Что же касается Турции... Как вам, конечно же, известно, несколько лет назад в Копенгагене, когда Турция официально сделала запрос на рассмотрение возможности принятия ее в Евросоюз, этой стране были поставлены несколько условий, которые она должна была выполнить. Условия эти — исключительно политического, отнюдь не экономического характера: демократизация общества, отказ от смертной казни... С большим удовлетворением хочу отметить, что турецкое правительство очень серьезно отнеслось к этим условиям. Буквально за несколько лет была создана и запущена гигантская программа политических и законодательных преобразований. Правительство Тайипа Эрдогана еще не завершило реформы в полном объеме, однако темпы их проведения в жизнь внушают оптимизм.

Другое дело — следует оценивать не только введение тех или иных законов, но и степень их работоспособности в обществе, а также политическую стабильность самого общества. Вы знаете, у турок большие проблемы с соблюдением прав человека: курдский вопрос, кипрский конфликт и т.д. Тем не менее, хочу отметить безусловное наличие доброй воли у турецкого руководства, что позволяет надеяться на то, что в недалеком будущем Турция станет полностью соответствовать требованиям, предъявляемым к кандидатам в ЕС.

Предваряя следующий вопрос, хочу сразу упомянуть две страны, чьи заявки на вступление в Евросоюз должны быть рассмотрены в Брюсселе в 2007 году — Румынию и Болгарию. В данный момент процесс политических и экономических реформ в Болгарии почти завершен, и эта страна, скорее всего, к 2007 году будет полностью удовлетворять всем необходимым критериям. Что же касается Румынии — здесь наметились определенные трудности, однако они, на мой взгляд, являются вполне преодолимыми. В конце концов, не стоит ожидать, чтобы все страны проводили внутренние реформы одинаково успешно — однако при наличии доброй воли всё можно преодолеть.

- Как вы догадались, какой вопрос должен оказаться следующим?

- Ну, в конце концов, это не первое интервью в моей жизни. Причем как с одной стороны микрофона, так и с другой.

- Да, многие уже обращали внимание на то, что ваш опыт в качестве телеведущего очень сказывается на ваших выступлениях. Скажите, кем тяжелее быть — журналистом или политиком?

- Совершенно одинаково. Эти две профессии в чем-то весьма схожи — так же вечно не хватает времени на личную жизнь, так же всё время в бегах... и всё время общаешься с людьми. Однако, если честно: самая тяжелая из всех профессий, которые я когда-либо перепробовал — профессия преподавателя в университете.

- У вас четыре дочери и два сына. Наверное, со временем будет много внуков. Как вы, ирландец и ревностный католик, отнесётесь к тому, что ваши внуки будут жить в Европе, в которой влияние христианских церквей становится всё слабее?

- Да, я понимаю, к чему вы клоните — пресловутая преамбула к Конституции Евросоюза, не правда ли?

- Ну, откровенно говоря, да...

- Что ж, некоторые страны ЕС требуют, чтобы в этой преамбуле были зафиксированы «христианские корни Европы». Однако я лично считаю, что подобная строгая фиксация просто невозможна. Церковь отделена от государства, этот принцип весьма важен для любого демократического общества. Опять же — неужели кто-нибудь полагает, что подобная законодательная привязка позволит усилить влияние Церкви? Я в этом очень сомневаюсь.

Я горд и счастлив, что оказался лауреатом премии Карла Великого одновременно с Его Святейшеством Папой Римским Иоанном-Павлом II, однако даже он в конце концов не стал настаивать на внесении этой фразы в Конституцию. Можно себе представить, что подобная «христианская» статья даст лишние козыри противникам вступления в ЕС Турции, мусульманской страны. Но мне кажется, мы не должны руководствоваться подобными соображениями. Евросоюз, свободный и демократический, открыт для любого европейского государства, желающего войти в его состав и выполняющего «Копенгагенские критерии».

На самом деле, понятие «Европа» включает в себя гораздо больше, чем вобрал Евросоюз: Россия, например, Украина, Беларусь, Молдавия — это также Европа, это множество общих культурных и политических признаков, и сейчас происходит естественный процесс сбора воедино того, что должно быть вместе, что было вместе сотни лет. По крайней мере, я так это вижу.

- Что ж, будем надеяться, что ваше видение новой Европы окажется пророческим...

- Да, конечно. Еще одно хотелось бы сказать, обращаясь к тем, кто еще не совсем, не до конца чувствует себя европейцами: можно, конечно, быть недовольным Евросоюзом, можно жаловаться, скажем, на евро или на европейскую бюрократию — однако давайте не забывать, что Евросоюз приносил и приносит тем, кто живет в его пределах, множество выгод. От Польши до Испании, от Литвы до Греции, если вы, например, заболеете — вы сможете воспользоваться услугами общей системы здравоохранения и озаботиться лишь тем, как поскорее выздороветь, а не как, к примеру, в США — тем, кто за ваше лечение заплатит. По всему Евросоюзу его граждане могут передвигаться без виз. Подобных вещей можно перечислить множество, но сводятся они все к одной простой мысли: мы - европейцы, а это уже сейчас значит весьма много.

Беседовал Борис Немировский, ИА «Росбалт». Германия

Cправка:

Пэт (Патрик) Кокс (Pat Cox) — 51 год, уроженец г. Лимерик (Ирландия). Выходец из бедной семьи, Кокс получил звание доктора экономических наук, долгое время преподавал экономику в университете, позже стал одним из наиболее популярных телеведущих и политических обозревателей Ирландии.

В Европейский парламент он был избран в 1989 году и возглавлял здесь небольшую правоцентристскую депутатскую фракцию «Европейская партия либералов, демократов и реформаторов», в которую входили 53 депутата. На пост президента Европарламента Кокс избран в 2002 году в качестве кандидата от всего правого блока. При вступлении в должность половину своей речи он произнес на гаэльском языке, так как был очень польщен тем, что столь важный пост доверили ирландцу.

Женат, 6 детей. По отзывам близких друзей, очень добрый и веселый человек.
Минск, Белоруссия