Возможности диалога Европа исчерпала :: Хартыя'97 :: Навiны

Депутат эстонского парламента, член партии «Союз Отечества» и председатель парламентской группы «За права человека в Чечне» Андрес ХЕРКЕЛЬ стал председателем подкомитета по Беларуси Парламентской ассамблеи Совета Европы во время зимней сессии. Его предшественник, депутат сейма Литвы Йонас Чекуолис объяснил тогда смену руководства верностью принципу ротации и желанием внести свежую струю в развитие отношений между Европой и Беларусью. А во время весенней сессии был избран еще и новый докладчик по Беларуси. В общем, работу с белорусскими проблемами начала фактически новая команда. Позиция Андреса Херкеля по Беларуси, озвученная еще зимой, заключается в том, что нужно весьма осторожно относиться к любым контактам с белорусскими властями, чтобы не дать режиму никакой возможности легитимизироваться. За несколько месяцев новый председатель, похоже, лишь укрепился в собственных взглядах.

— Андрес, вы совсем недавно возглавили подкомитет по Беларуси Парламентской ассамблеи Совета Европы и обладаете «свежим глазом». Что, по вашему мнению, может сделать для Беларуси ваш подкомитет?

— В этом вопросе существует серьезная дилемма: то ли просто сказать правду о том, что происходит в вашей стране, то ли искать пути сотрудничества с действующей властью. По-моему, Парламентская ассамблея уже прошла все этапы возможных предложений о сотрудничестве и попыток договориться путем диалога. Все возможности на сегодняшний день исчерпаны. Я прекрасно понимаю, что существующий в Беларуси режим не имеет ничего общего с демократическими ценностями. ПАСЕ уже был выработан новый подход — работать только с неправительственными организациями, демократическими партиями, независимой прессой и теми людьми, которые хотят изменить ситуацию в стране. Недавно был избран новый докладчик по Беларуси Азим Моллазаде, с которым мы непременно будем сотрудничать. Прошел год с тех пор, как ПАСЕ приняла резолюции по двум блистательным докладам Христоса Пургуридеса. Но это не значит, что темы его докладов исчерпаны. Мы должны продолжить серьезно заниматься обеими проблемами — отсутствием расследования исчезновений и фактической расправой режима со свободной прессой — и выражать свою позицию.

— Доклады Пургуридеса были действительно блестящими, но принятые по ним резолюции и рекомендации не оказали ровным счетом никакого влияния на белорусский режим. Их попросту проигнорировали. Как справедливо заметили некоторые европейские парламентарии в ходе недавней сессии ПАСЕ, изоляция — это сознательный выбор Лукашенко и большая удача для него. Оказавшись в полной темноте, он делает все, что хочет. Таким образом, работа Совета Европы может действительно помочь лишь гражданскому обществу. Какие шаги вы намерены предпринять?

— Прежде всего это вопрос информирования и более широкого взгляда на то, каким образом должно функционировать общество. Это могут быть контакты европейских партий с белорусскими политическими партиями, вовлечение как можно большего количества неправительственных организаций в сотрудничество с Советом Европы. Но универсального рецепта, конечно, не существует. Наша цель — поддержка людей, которые могли бы изменить политическую ситуацию, участвовать в выборах, говорить правду и так далее. Беларусь не может бесконечно существовать, как изолированный остров внутри Европы. Вокруг ведь не океан, а демократические государства. Среди государств — членов Совета Европы есть лишь одно, которое поддерживает белорусский режим и позволяет себе иногда не соглашаться с выводами и определениями, которые мы принимаем во имя единой Европы и защищаемых Советом Европы ценностей. Думаю, здесь тоже существует своего рода выбор: куда пойти, к чему тяготеет Россия, к чему тяготеет Беларусь? Я не думаю, что Россия хотела бы идти по белорусскому пути, чтобы в конце концов отойти от Совета Европы и его ценностей, являющихся основой совместной европейской работы. Это тупиковый путь.

— Но Россия после серии революций в Восточной Европе потеряла фактически всех своих политических партнеров, кроме Беларуси. Даже здесь, в ПАСЕ, многие не хотят вступать в конфронтацию с Россией: у нее слишком большая делегация, она может заблокировать любую резолюцию...

— Это и есть вопрос выбора России, о котором я говорил. На самом деле у России много партнеров, по сути, все страны — члены Совета Европы. И если Россия предпочтет не государства Совета Европы, а Беларусь, она сделает выбор, который я бы ни в коем случае не рекомендовал. Что касается революций, то Совет Европы и Парламентская ассамблея стремятся к тому, чтобы внедрить хотя бы минимум демократических ценностей, провести честные прозрачные выборы в том или ином государстве. То есть к эволюционному процессу. Мы не делаем революций. Наш путь — эволюция. Но если у руководителя государства нет воли управлять этим государством так, чтобы обеспечить демократические преобразования путем эволюции, то, конечно, в стране складывается очень напряженная ситуация, которая вполне может закончиться революцией. Мы уже видели подобное в других странах. В некоторых все закончилось довольно благополучно, и я не исключаю, что подобные процессы пройдут и в других государствах в ближайшем будущем. Конечно, хотелось бы, чтобы со стороны руководителей Беларуси были предприняты попытки начать демократические реформы и чтобы белорусской оппозиции пришлось использовать только мирные пути борьбы.

— А каков ваш личный прогноз, какие тенденции возьмут верх в Беларуси: эволюционные или революционные?

— Я не берусь предсказывать революцию. В Эстонии 15 лет назад тоже прошла революция. Она называлась «поющая революция». Мы тогда использовали только демократические методы. Я очень надеюсь на революцию прежде всего в сознании людей. Не тех, кто всегда готов был стоять насмерть за демократию, а тех, кто сегодня управляет обществом.

— Вы прекрасно понимаете, что в сознании тех, кто сегодня управляет Беларусью, революция не произойдет. Таким образом, вы предлагаете белорусскому народу ждать до бесконечности?

— Моя установка такова: не бывает в жизни ситуаций, из которых нет выхода. Просто некоторым народам приходится чуть дольше, чем остальным, ждать реализации своих возможностей. Но они должны быть готовы к этому. И искать собственный путь, чтобы проявить себя как нация, как государство внутри демократического европейского сообщества. Я уверен, что шансы для демократического развития у белорусского народа довольно высоки, даже выше, чем у некоторых государств — членов Совета Европы. А что касается спокойного темперамента белорусов, о котором любят говорить, не забывайте, что украинцы тоже до недавних событий не имели репутации бунтарей.

Белоруссия