Вы находитесь на старой версии сайта "Хартия'97 - НовостиБеларуси". Замените, пожалуйста, адрес сайта Хартии в закладках. Для перехода на новый сайт нажмите здесь.
Владимир Путин может войти в историю как российский президент, потерявший влияние на бывшие советские республики. Прошлый год был кошмаром для внешней политики России. Ее бессилие достигло своего апогея во время `оранжевой революции` в Украине, когда проиграл кандидат в президенты, которого поддерживала Москва. Свержение президента в Кыргызстане вновь продемонстрировало беспомощность России в ее `ближнем зарубежье`. Главы многих государств ищут долгосрочных партнеров на Западе.
В 90-е годы Россия упустила момент, когда можно было оказать влияние на развитие вновь образовавшихся независимых соседей. Она была занята, прежде всего, своими внутриполитическими реформами, а за границей делала ставку на поддержку господствовавших там сил. Не зная настроений соседних народов, Москва только после бархатных революций заметила, что бывшие советские республики в течение последних 13 лет развивались самостоятельно, зачастую отдаляясь от России.
Во многих республиках накопилась критическая масса недовольных, потерявших веру в своих старых правителей и помощь Москвы. В отличие от первой половины 90-х годов Россия больше не считается ориентиром в процессе демократизации и реформировании. У себя дома Путин создал вертикаль власти, стремясь к всестороннему контролю над политикой, экономикой и обществом, в то время как соседним народам надоел как раз централизованный произвол.
Европейские и южно-кавказские соседи России ориентируются на Запад. После вступления Болгарии и Румынии ЕС станет непосредственным соседом Украины и Молдовы, а также выйдет к Черному морю. Кроме того, США пытаются подорвать влияние Москвы на соседние государства. Западные фонды с их стипендиями и неправительственные организации с их демократической работой в массах проявляют себя, в отличие от угроз России, как эффективное оружие в борьбе за влияние.
В Центральной Азии правители в течение 10 лет могли без особого вмешательства извне возводить свои авторитарные режимы. Только после теракта 11 сентября Америка проявила интерес к тем странам, которые подходят ей для военных баз вблизи оплотов исламистского терроризма в Афганистане или Пакистане. Однако ни боевики, ни демократические миссионеры не угрожают стабильности среднеазиатских режимов. Правящие кланы, пришедшие к власти в основном после обретения этими странами независимости, сами готовят революционную почву, возводя свои личные интересы в ранг государственных. Теряя уверенность и следуя советскому инстинкту, некоторые из авторитарных президентов сближаются с Москвой, которая таким образом втягивается в процесс дестабилизации, не имея ни политической, ни военной возможности препятствовать этому процессу. В Средней Азии пока не стоит вопрос о кардинальном решении в пользу Востока или Запада. Гражданское общество и демократические движения там еще очень слабо развиты. Но бояться Россия должна хаоса и неконтролируемого распада государств.
Пока Россия занимается своей геополитическими интересами, Содружество Независимых Государств (СНГ) постепенно распадается. Этот союз бывших советских республик, за исключением Прибалтики, с момента своего создания в 1991 г. проявил себя, прежде всего, фабрикой резолюций без всяких результатов. Военный пакт так и остался призраком, а торговые соглашения заключались в основном на двустороннем уровне. Слишком велик был страх глав этих государств перед стремлением России к гегемонии.
В качестве альтернативы, начиная с прошлого года, Москва пытается форсировать создание Совместного экономического пространства - с Беларусью, Казахстаном и Украиной. Однако маленький анти-ЕС оказывается нежизнеспособным уже с колыбели, поскольку новый президент Украины Виктор Ющенко ориентируется на Запад и предпочитает с помощью США снова возродить союз с Грузией, Молдавией и Азербайджаном (ГУАМ).
Это вызывает у Москвы традиционный приступ ужаса от мнимого окружения. Эксперты Путина по внешней политике, назвавшего распад Советского Союза `величайшей геополитической катастрофой 20-го века`, закоснели в своем самодержавном мышлении. Однако если Россия хочет восстановить свое влияние на бывшие советские республики, то делать это она должна, создав более привлекательную модель государства, и с помощью терпеливой дипломатии. Но она только в том случае сможет отвечать этим требованиям, если будет оказывать помощь своим соседям в решении долгосрочных проблем, а не спешить подавлять оранжевые движения. И это стало бы революцией в российской внешней политике.
, iнформэр
