Светлана Завадская: «У созданной российско-белорусской правозащитной комиссии есть отличный шанс» :: Хартыя'97 :: Навiны

7 июля в нескольких городах Беларуси прошла памятная акция, приуроченная к пятой годовщине бесследного исчезновения оператора ОРТ Дмитрия Завадского. В акции, которая прошла на Октябрьской площади города Минска, приняла участие супруга Дмитрия Светлана Завадская, обратившаяся затем в Минскую городскую прокуратуру с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту ее избиения сотрудниками столичного ОМОН. Об этом инциденте и политической ситуации в Беларуси в целом Светлана Завадская рассказала в эксклюзивном интервью МиК, которое взял Роман Яковлевский.

- 7 июля исполнилось уже 5 лет, как Вашего мужа Дмитрия Завадского -оператора российского Первого канала телевидения, насильственно похитили в Беларуси. С тех пор истинные обстоятельства его исчезновения остаются неизвестными. На протяжении всех этих лет, в центре Минска, на Октябрьской площади проходили акции «цепь неравнодушных», где люди молча стояли с портретами исчезнувших. Среди них был и портрет Дмитрия. Но в этом году произошло нечто невообразимое. Вас, стоявшую с сыном Юрием и портретом мужа, публично и жестоко ударил по лицу один из омоновцев. Милиция разгоняла эту мирную акцию. Происшедшее было показано всеми федеральными российскими телеканалами и вызвало возмущение многих граждан. Ваше мнение о происшедшем?

--Я думаю, это беспрецедентный случай произвола и превышения своих должностных полномочий сотрудниками ОМОНа. Все эти долгие годы, с тех пор, как был похищен мой муж, о судьбе которого ничего не известно, я приходила на Октябрьскую площадь вместе с сыном и другими людьми, которые неравнодушны к чужой беде, и мы молча стояли с портретами пропавших. Никогда во время таких акций не нарушался общественный порядок, такого рода акции разрешены законодательством. Цель таких акций — напоминание белорусским властям о том, что мы помним о похищениях наших близких и ждем от них ответа на вопрос, где наши близкие и кто виновен в этих преступлениях. То, как жестоко была разогнана эта мирная акция, наводит меня только на одну мысль — сегодняшняя власть не искала виновных и не будет их искать, они сами раз за разом доказывают нам всеми своими действиями, что сами причастны к этим преступлениям.

Что касается омоновца, который меня ударил, я не могу точно сказать, знал ли он, кого бьет или нет, но до удара вся толпа людей кричала, что это жена Дмитрия Завадского, что сегодня годовщина и чтобы они не трогали меня. Поэтому, скорее знал омоновец кого бьет, чем не знал.

Я до сих пор нахожусь в шоке от мысли о том, что же будет завтра в моей стране, если сегодня добрались уже до беззащитных женщин, которых даже некому защитить, потому что мужей похитили и убили, а государству нет до нас дела, т.к. мы имеем твердую гражданскую позицию, которая не нравится власти. Но я хочу напомнить нашей власти, что это и моя страна, моя родина, и я имею столько же прав, сколько и они!

- Насколько известно, Вы собрались обратиться не только в белорусскую прокуратуру с жалобой по поводу происшедшего с Вами 7 июля, но и в недавно созданную российско-белорусскую правозащитную комиссию, связанную со структурами президента России. На что Вы надеетесь?

Я надеюсь только на одно — защитить мои права как гражданки Беларуси от произвола правоохранительных органов. Думаю, что у созданной российско-белорусской правозащитной комиссии есть отличный шанс доказать всем, что она действительно может эффективно работать и реально защищать права и свободы своих граждан.

- Вы лично знакомы с Кондолизой Райс. Была ли какая-либо реакция из Вашингтона в связи с происшедшим 7 июля на Октябрьской площади в Минске?

Я только знаю, что информация о происшедшем была разослана в Вашингтоне перед выходными днями, и я думаю, что реакция обязательно будет и очень жёсткая.
Белоруссия