Снова становимся миллионерами :: Хартыя'97 :: Навiны

15 июля в обращение вышла купюра достоинством 100.000 BYR, оригинал которой подписан нынешним главным банкиром страны Петром Прокоповичем. В любых денежных единицах 100.000 — сумма солидная, но на одной купюре редко бывающая. Разве что в какой-либо банановой республике, где бумажные ассигнации миллиардами печатает каждый новый правитель. По принципу: Матрена, не журись, у Махно грошы завелись. Американцы, например, легко обходятся купюрами в диапазоне от единицы до сотни “баксов”, имея где-то в сейфах федеральной резервной системы некоторое количество банкнот тысячного достоинства.

Что касается нас с вами, то факт появления новой банкноты можно считать эпохальным для новейшей истории финансов страны явлением. Так, на “стотысячнике” изображен Несвижский замок Радзивиллов — едва ли не самый важный и в культурном отношении бесценный объект недвижимости Беларуси. Этот его статус настолько бесспорен, что новое здание Национальной библиотеки вряд ли когда-либо сможет его поколебать. Бесконечные величины останутся таковыми, сколько от них ни отнимай величин конечных.

В этом их отличие от “белочек”, “зайчиков” и прочих более крупных представителей фауны и архитектурных сооружений, с которых начиналась белорусская валюта. В “зайцах”, к слову, мы были уже и миллионерами, хотя и не роскошествовали — средний белорус все эти годы жил достаточно скромно. В 1991 году средняя номинальная заработная плата в народном хозяйстве БССР составляла 541 рубль, через год в “зайцевом содержании” она увеличилась в 10 раз, в год первых президентских выборов достигла почти одного миллиона, что (для удобства счета) привело к первой деноминации. Но, поскольку цены упорно не хотели стоять на месте, через два года средний белорус вновь стал миллионером.

Накануне прошлогоднего конституционного референдума официальная пресса сообщала о колоссальном росте средней зарплаты, пенсий, стипендий и пособий за последние 10 лет. Однако речь можно вести не столько об их реальном росте, сколько о штучках-дрючках, характерных для нашей статистики и особого подхода к финансовой политике. В 1991 году, например, по существовавшему обменному курсу средняя зарплата равнялась 310 USD, через год упала до 50 USD, в 1993-м измерялась мизером в 22,4 USD (самый низкий уровень за всю новейшую историю Беларуси), а ныне средняя зарплата “подскочила” до 200 USD, что настроило среднего белоруса на ожидание постоянного повышения уровня жизни. Что называется, доллар глаза застит.

Поэтому отвлечемся от доллара и обратимся к минимальному прожиточному бюджету (МПБ), который учитывает покупательную способность рубля и поэтому более адекватно отражает фактическую динамику заработной платы, нежели курс доллара. Так вот, по расчетам Министерства труда, в 1992 году средняя заработная плата равнялась 2,5 стоимости МПБ, а ныне, по данным Минстата, только 1,98 МПБ. То есть после более чем десятилетнего роста номинальной заработной платы ее реальный размер не только не возрос, но даже снизился относительно величины МПБ. И стали мы жить беднее, несмотря на демонстрируемые посрамляющие остальной мир темпы экономического роста.

К слову, в Минске в среднем на одно домашнее хозяйство уже приходится 880 тыс. BYR денежных доходов. Еще немного — и каждая минская семья заживет по-миллионерски, со своей чаркой и приложенной к ней шкваркой.

Интересно, что появление новой купюры специалисты объясняют трудностями, которые испытывают инкассаторы, перетаскивая мешки нынешних “маломерных” денег. И в таком объяснении есть доля истины. Если, например, взять в качестве исходной единицы нынешнюю десятку, то на нее даже коробок спичек не купишь. Самая малая денежная единица суверенной Беларуси стоит половину советской копейки. Если даже “десятками” будет усыпано все вокруг, то не каждый пенсионер сможет собрать их себе на пенсию. Ведь чтобы поднять с земли 1.000 BYR, надо согнуться и разогнуться 100 раз, на 100.000 понадобится нагибаться в 100 раз больше, а для того, чтобы поднять с земли сумму, эквивалентную МПБ, количество пенсионерских сгибаний надо удвоить. Несмотря на бодрый характер наших стариков, не каждому это окажется по силам.

В инкассаторы, понятно, берут людей физически крепких. Но и ворочают они мешками денежной массы. Неудивительно, что достоинство белорусских банкнот приходится укрупнять.

Иначе животики надорвешь.
Минск, Белоруссия