Ирина Халип: «Кто-то же должен эту власть одёргивать» :: Хартыя'97 :: Навiны

Мечтая о «хорошей, доброй, демократической Беларуси», известная журналистка Ирина Халип считает себя «человеком ужасно неорганизованным». «Но поскольку моя неорганизованность мешает только мне лично, это не очень страшно», - улыбается она. Вспоминая, что ее «на БТ назвали вербовщицей террористов», Ирина выражает уверенность, что «единственный путь для Беларуси - это революция», хотя «так, как было в Киеве, у нас, конечно, не выйдет». Ей кажется, что «у нас недооценивают потенциал женщин», и она не обделена политическими амбициями - «готова взять на себя функцию Юлии Тимошенко, только без последующего премьерства». Сожалеет, что «белорусы горазды помахать кулаками после драки и крепки задним умом». Ей бы очень хотелось, «чтобы кто-нибудь изобрел средство для растягивания времени, которого катастрофически не хватает на себя: на то, чтобы расслабиться, посидеть с друзьями, выйти и прогуляться, как в детстве, - расшвыривая ногами кучи сухих листьев»…

…Зашел в гастроном и потянулся было за любимой «Алiварыей», но так и замер у стеллажа: поодаль элегантная блондинка рассматривала бутылку с узким горлышком. Решив, что это «Рогнеда» или, того хуже, «Клюквенная мозаика», благородно решил угостить красавицу «Алiварыей»: так безопасней. «Нет, пиво я пью только безалкогольное. И вообще, к спиртному я довольно равнодушна», - смущенно заметила блондинка, оказавшаяся Ириной Халип, поставила емкость на стеллаж и продемонстрировала изумленному собеседнику целый ряд диковинных баночек и бутылочек с красивыми картинками и надписями не по-нашему, пояснив, что это пиво, только импортное. Сама Халип пополнила свою потребительскую корзину энергетическим, но безалкогольным напитком.

«Если уж говорить о спиртном, то предпочитаю сухое вино, - призналась Ирина. - Позволить себе выпить хорошего вина я могу с людьми, с которыми мне интересно общаться и с которыми я могу расслабиться. Например, с моей подругой Ириной Красовской». Пока корреспондент «БелГазеты» гадал перед стеллажами с пивом, почему какой-то Heineken дороже «Алiварыi», самая обворожительная блондинка белорусской журналистики продолжила разговор о винных пристрастиях: «В Беларуси я покупаю чилийские вина: я в них уверена. Очень люблю сухие грузинские, но у нас уже давно не встречала настоящих - только чудовищные подделки!»

Если на родине Ирина предпочитает дары чилийских виноделов, то во Франции наслаждается исключительно французскими винами: «У меня там живет подруга. К тому же, я бываю на сессиях ПАСЕ в Страсбурге». Ошарашенный корреспондент так и не решился спросить, как ему вскрыть банку Tuborg без консервного ножа, ибо услышал, что Халип частенько доводилось сиживать за столом в компании известных политиков: «Наши политики не приучены пить, как европейцы. Но в отличие от европейцев наши могут до утра мешать вино с водкой, а уже в девять будут сидеть на каком-нибудь заседании. У тех, кто успел пройти советскую чиновничью школу, так принято: баня, водочка всю ночь, а утром - политбюро. Если европеец себе такое позволит, он просто не поднимется».

Но, выпив, и те, и другие «начинают говорить очень интересные вещи, которые никогда бы не сказали под запись. Другое дело, что это не принято использовать. Если ты сидишь с человеком, позволившим себе лишнего, и у него развязывается язык, то для того, чтобы сохранить с ним нормальные отношения, приходится дозировать: это - официально под запись, а это - между нами». Ирина с досадой признается: «У меня всегда безу-у-умный соблазн - масса разнообразных веселых и невеселых историй, которые пока, к сожалению, просто не могу описать: если я это опубликую, будет понятно, кто источник информации. Во всяком случае про наших вождей я знаю довольно много. Когда-нибудь расскажу». Стало понятно, почему на пресс-конференциях Халип так смело вступает в затяжные диалоги с главой государства.

Ирина круто оценивает мужскую половину человечества: «Если мужчина жадный, то он козел, если злобный, без чувства юмора - тоже. А если он еще и изменяет женщине, то это стопроцентный козел, козел козлович!»

Не-козел - «это добрый, умный, щедрый, благородный мужчина, который делает жизнь женщины гораздо интереснее, чем она была бы без него». Как политический аналитик, Халип считает, что «в политике не хватает мужчин, там слишком много тех, кого можно смело назвать козлами, - слабаков, которые пришли туда, чтобы отомстить кому-то за собственные обиды, ликвидировать собственные комплексы. Если бы в политике и во власти было гораздо больше не-козлов, была бы совсем другая история».

Так гендерные проблемы накладываются на политические: «Особенность политического устройства нашей страны такова, что прийти во власть через выборы невозможно. Поэтому большинство людей в оппозиции просто обрекают себя на идейную борьбу. Я не говорю, что все они сплошь душки. И среди них встречаются слабые, трусливые, безответственные. Но я уверена, что в оппозиции в процентном отношении достойных людей гораздо больше». К числу политиков, близких к идеалу, Халип относит Вацлава Гавела, но им список не ограничивается: «Безусловно, достойным лидером и человеком был и Александр Лебедь. В белорусской политике - Геннадий Карпенко, которого не только уважали, но и любили. И у него не было никаких понтов!» Ненадолго Халип задумывается и с грустью на лице делает неожиданный вывод: «Какая странная штука: почти все достойные в моем понимании люди уже мертвы...»

С менее грустным настроением она вспоминает, как «Горбачев передал главному редактору «Новой газеты» Муратову просьбу Лукашенко уволить Халип. Но даже если бы к нему обратилась делегация президентов всего мира, он бы меня все равно не уволил! Так должно быть в любом обществе, даже в самом цивилизованном и демократическом: журналист обязан быть в оппозиции к власти! Кто-то же должен власть одергивать».

24 октября в Лондоне Ирина Халип приняла участие в церемонии награждения «Героев Европы-2005». Американский журнал Time назвал ее в числе этих героев в категории «Храброе сердце». Сама героиня отнеслась к этому спокойно: «В русском и белорусском, в отличие от английского, слово «герой» имеет не единственное значение. Это еще и персонаж - герой книги, фильма, каких-то событий. И персонажем я себя чувствую очень часто, оказываясь героем какого-нибудь скандала, очередной ленты новостей. А что касается героизма в прямом смысле, то я считаю, что мы все герои: те, кто не уехал из Беларуси, те, кто находит в себе силы что-то делать, чтобы изменить ситуацию в стране».