Они нас рассмешили :: Хартыя'97 :: Навiны

Предваряя итоговую коллегию своего ведомства, министр МВД Владимир Наумов сказал журналистам, что особенностью предстоящего мероприятия станет замена традиционных отчетов анализом результатов социсследований и содержания видеофильмов, герои которых — рядовые граждане — открыто высказывают свои претензии к работникам милиции. Претензий высказано много (бездушие, волокита и прочее), но, подчеркнул министр, никто не сказал, что почувствовал увеличение уровня преступности.

Совершенно согласны, товарищ генерал! Действительно, как почувствуешь, если уровень этот повысился всего на 15,9%. Вот если бы удвоился, тогда — может быть.

Но, с другой стороны, не совсем корректно, например, спрашивать бабку из полесской деревеньки, чувствует ли она вкусовые различия между самогонкой-"бурякивкой" и текилой-кактусовкой. По той причине, что о возможности возгонки сока стоящих на подоконнике “ежиков” она даже не догадывается. То есть о вкусовых качествах пива надо спрашивать тех, кто его пьет, а насчет преступности — тех, кто преступает или же становится жертвой преступления. Но даже такая выборка не может быть корректной, поскольку в нее нельзя включить тех (около 1.000 человек), кто стал жертвой убийцы.

К слову, о “бурякивке”. Во времена “сухого закона” 1985 года население испробовало на пригодность к изготовлению алкоголя самые разнообразные продукты и даже вещества, продуктами не являющиеся (лосьоны, стиральные порошки, стеклоочистители, сапожные кремы и даже куриный помет). Через полгода из свободной продажи исчез сахар, который до того прилагался в качестве нагрузки к проднабору, предлагаемому работникам на предприятиях, затем ушли конфеты-карамели, за ними — фруктовые соки, томатная паста, потом — все спиртосодержащее по змеиный яд включительно из аптек и парфюмерных отделов. “Фунфырик” приобретал качества свободно конвертируемой внутри страны валюты, деревянный рубль все больше деревенел.

В итоге все смешалось. Общество, которое совершенно определенно делилось прежде на алкашей, пьющих, малопьющих, выпивающих и принципиально не пьющих, объединилось против. Против тотального дефицита, а значит, против партии и правительства и, как впоследствии оказалось, даже против собственной страны, которая так пробросила свое население.

К чему это? Да к тому, что, выступая на коллегии УВД Гродненского облисполкома, Владимир Наумов набросился на самогоноварение, которое “стало одной из главных причин бытовых преступлений”, и предложил изучить опыт 1985 года, который “как бы печален он ни был, но имел впоследствии неплохие результаты”.

Что ж тут изучать? Знаем мы эти результаты. Не знает о них разве тот, кто, как писал Мартти Ларни об одном из своих героев, загнулся за день до отмены сухого закона, опившись какой-то гадостью. Получив свободу, насильно отрезвляемый народ пустился во все тяжкие. Попросту говоря, запил. В авангарде шли члены самораспустившегося добровольно общества “Трезвость”.

Смех, веселье: в борьбе с зеленым змием побеждает змий. Огорчились разве что цыгане, которые (такая шутка была) благодаря Егорше Лигачеву ставили золотые зубы не только своим женам, но даже и лошадям.

Проблема, разумеется, есть. Но решать ее надо по-иному. Нельзя, например, в политических целях пользоваться гражданской недоразвитостью электората, одновременно требуя от него ответственного поведения в быту. Да и опасно: протрезвеет, что сделает-скажет?

И в чисто милицейском смысле не все однозначно. Дело в том, что бытовые пьяные преступления практически всегда раскрываются по горячим следам. Это вам не мобильник найти, вырванный хулиганом-подростком из рук беспечной дамочки. Не будь “бытовухи”, раскрываемость преступлений, вполне вероятно, упала бы до смешного уровня. И тогда уж точно милиционерам пришлось бы переквалифицироваться в социологов.

В общем, смешно. Но высший пилотаж продемонстрировала председатель ЦИКа Лидия Ермошина. В интервью “КП в Беларуси” сия особа заявила буквально следующее: “И я очень довольна, что выборы в марте, у меня будет отпуск летом. Считайте, время выборов — это мое лоббирование”. Разве не смешно?

Все рассуждают о пружинах, интересах, “закулисах”, а дело, оказывается, в том, что г-же Ермошиной захотелось понежиться на солнышке, картошку против жука-вредителя опрыскать, да мало ли что еще?

В этом месте смех переходит в хохот. Гомерический...