Кто подсидел «летчика Федора»? :: Хартыя'97 :: Навiны

Шесть лет лишения свободы, конфискация всего имущества и лишение права занимать государственные руководящие посты сроком на четыре года. Представитель государственного обвинения попросил Верховный суд определить именно такое наказание для бывшего председателя Государственного комитета по авиации Федора Иванова. Высокопоставленному чиновнику инкриминировали совершение ряда преступлений, однако сам Иванов заявил, что его просто подставили — уж очень надо было сделать так, чтобы кресло председателя комитета стало вакантным.

Высоко взлетел

Иванову было предъявлено обвинение в совершении четырех преступлений. Два из них касаются незаконных действий в угоду главе государства, остальные — отчуждения государственного имущества в пользу частных коммерческих организаций. Как заявил в суде представитель государственного обвинения, действия Иванова нанесли не только существенный материальный ущерб государству в сумме 1,3 млрд. рублей, но и серьезно подорвали доверие граждан к представителям белорусской власти. И в этих словах действительно есть доля правды.

Согласно утверждениям обвинения, в феврале 2004 года Александр Лукашенко поручил Иванову переоборудовать в VIP-класс салон самолета ЯК-40, в котором предполагалось перевозить членов белорусского правительства. Работы планировалось проводить на Минском авиаремонтном заводе. Первоначальная смета расходов составила 1,2 миллиона долларов, однако президент велел подсчитать стоимость с учетом нулевой рентабельности (без учета получения заводом какой-либо прибыли) и без уплаты соответствующих налогов. В результате стоимость ремонта самолета составила 898,3 тысячи долларов. Распоряжением главы государства необходимые средства были выделены из республиканского бюджета. Однако Федор Иванов, зная о строжайшем режиме экономии, которого требовал Лукашенко, самовольно превысил утвержденную смету расходов. И, самое странное, что произошло это из желания... угодить тому же Лукашенко. Дело в том, что салон, который делал Минский авиаремонтный завод, не отвечал тем требованиям комфорта, которого, по мнению Иванова, достойны члены белорусского правительства. Поэтому к работам была привлечена российская фирма “Квант”, в результате чего шикарный VIP-салон потребовал дополнительного финансирования в 391 тысячу долларов. Эту сумму Иванов планировал покрыть за счет внебюджетного фонда поддержки гражданской авиации. И обвинение считает, что права на это он не имел.

Еще более безответственно, как считает гособвинение, Федор Иванов поступил при организации ремонта самолета ТУ-134А. На этот раз он выбросил на ветер более 100 тысяч долларов, чтобы создать к приезду президента видимость благополучия на Оршанском авиаремонтном заводе.

Завод, являющийся градообразующим предприятием, в начале 2004 года работал с перебоями и по три дня в неделю простаивал из-за отсутствия заказов. Когда Иванов узнал, что в июне на предприятие собирается приехать президент, он подписал приказ о направлении в ремонт самолета ТУ-134А, принадлежавшего компании “Белавиа”. Однако генеральный директор “Белавиа” категорически отказался тратить деньги на показуху, заявив, что ремонт лайнера нецелесообразен, а его дальнейшая эксплуатация невыгодна. Самолет к тому времени не использовался более трех лет, и компания намеревалась сдать его в металлолом.

Несговорчивость генерального директора “Белавиа” председателя ГКА не остановила. Глава комитета по авиации распорядился передать лайнер на баланс компании “Гомельавиа”, и уж ее директор не смог отказать руководителю отрасли в “невинной просьбе”. Таким образом самолет попал в Оршу, и на заводе закипела работа.

Чтобы произвести на Александра Лукашенко еще более сильное впечатление, Ф.Иванов организовал также получение заводом из инновационного фонда комитета 75 миллионов рублей, якобы необходимых для погашения долгов за энергоносители. Реально же деньги были пущены на наведение лоска на территории предприятия. Иванов лично обходил территорию, оговаривал маршрут движения президента и отдавал распоряжения, где и что подмарафетить. Бессмысленный ремонт самолета был остановлен только после того, как стало известно, что Лукашенко на завод не приедет. Однако к тому времени на ветер были пущены уже 269,2 миллиона рублей.

Впрочем, на все описанные выше события защита Иванова имеет свою точку зрения. По мнению адвокатов, тот факт, что ТУ-134А не нашлось применения в компании “Белавиа”, вовсе не означает, что в “Гомельавиа” самолет тоже был не нужен. Кроме того, как заявил в суде сам Иванов, принятое им решение о направлении самолета в ремонт спасло завод от банкротства и помогло привлечь на предприятие новые заказы. Что же касается права распоряжаться фондом поддержки гражданской авиации при переоборудовании салона ЯК-40, то, как заявили защитники, в фонде была предусмотрена статья расходов “На поддержание летной годности” и, согласно заключению экспертов, обустройство салона как раз к таким мероприятиям и относилось.

Недоумение обвиняемого вызвала оценка следствием его действий, совершенных в угоду Лукашенко. “Я всю жизнь работал в угоду президенту, — заявил Иванов. — По крайней мере, с того момента, как его узнал. Задачи, которые ставил мне президент, я всегда считал священной обязанностью выполнять так, как он меня учил. И то, что мне говорят, что я работал в угоду, — это не позор, это честь большая”. По словам Иванова, будучи председателем Госкомавиа, он трижды принимал главу государства на своих предприятиях и лучше других знает, что и как для этого следует делать. “Вы думаете, это так просто — принять президента?” — возмущался Иванов в ходе судебных слушаний.

Подарки по приказу?

Пожалуй, наиболее сильный в обвинении эпизод касается обстоятельств продажи склада горюче-смазочных материалов, принадлежащего брестскому УП “Белаэронавигация”. В сентябре 2003 года Федор Иванов дал письменные указания директору предприятия заключить с ООО “Константа” договор аренды склада ГСМ с правом последующего выкупа. В итоге частное предприятие получило объект за 70,145 миллиона рублей. В то же время интерес к складу проявляла компания “Славнефть”, намеревавшаяся купить его за 323 миллиона. По мнению обвинения, решение Иванова было принято в ущерб интересам государственного предприятия, поскольку рыночная цена объекта оказалась существенно занижена. Интересно, что через год ООО “Константа” продала этот самый склад компании “Славнефть” все за те же 323 миллиона. Тем не менее Иванов заявляет о своей невиновности. И ссылается на то, что не называл конкретной цены продажи, склада ООО “Константа”. Адвокаты также обратили внимание на то, что обвинение сослалось на оценку объекта, сделанную спустя год после его продажи и утверждает, что в переоборудование склада фирмой были вложены существенные средства. И, в общем, правильное замечание.

Серьезные сомнения в “преступной деятельности” Федора Иванова вызывает и эпизод уголовного дела, который касается отчуждения в пользу СЗАО “Евроэкосервис” части здания поликлиники, расположенной в Минске по ул.Короткевича, 9А. Как было выяснено в суде, между “Евроэкосервис” и предприятием “Аэропорт ”Минск-1" был подписан договор купли-продажи. Согласно договору, частное предприятие обязалось профинансировать ремонт первого этажа здания поликлиники на сумму 281 миллион рублей и получить взамен право собственности на часть этого здания. Иными словами, аэропорт находил генерального подрядчика, заключал с ним договоры на выполнение ремонтных работ и все счета выставлял фирме “Евроэкосервис”. Согласно утвержденной смете расходов, за 281 миллион аэропорт должен был рассчитаться с генподрядчиком не только за ремонт, но и за установку технологического оборудования и поставку мебели в кабинеты. Реально же получилось так, что частное предприятие заплатило РУП “Аэропорт ”Минск-1" 401 миллион рублей, но этих денег все равно не хватило, чтобы оплатить все работы. Тем не менее государственное предприятие решило, что СЗАО “Евроэкосервис” обязано финансировать ремонт до его полного окончания и в связи с этим отказалось передавать в собственность фирмы часть здания. Частное же предприятие хотело получить ответ на вопрос, куда были потрачены выделенные деньги и почему их не хватило для выполнения всех предусмотренных сметой работ. В этот конфликт двух субъектов хозяйствования и вмешался Федор Иванов. Как считает обвинение, он незаконно требовал от директора РУП “Аэропорт ”Минск-1" подписания акта выполненных работ, а когда тот отказался, освободил его от занимаемой должности и заменил более сговорчивым человеком — Василием Лазарем, который и выполнил требуемое. В этих действиях бывшего председателя Госкомавиа, совершенных в интересах своего друга, депутата Палаты представителей Николая Скутова (фирмой “Евроэкосервис” руководил сын Скутова), следствие и усмотрело состав преступления. Сам Скутов по тем же обстоятельствам в августе 2005 года был приговорен Верховным судом к семи годам лишения свободы. Теперь вот дошла очередь и до Иванова, со стороны которого обнаружили лоббирование интересов друга. Однако очевидно и другое: СЗАО “Евроэкосервис” совершенно законно получило в собственность часть здания поликлиники, поскольку на 120 млн. рублей перевыполнило предусмотренные договором обязательства. Кроме того, во взаимоотношениях двух субъектов хозяйствования должен был разбираться Хозяйственный суд, а вовсе не уголовный. И уж совершенно не понятно, почему вместе с Федором Ивановым на скамью подсудимых сел Василий Лазарь, который успел проработать на своей должности только девять дней и просто выполнил указание босса.

Подобные обстоятельства дела дают основания хотя бы отчасти согласиться с утверждением Федора Иванова, что предъявленное ему обвинение носит заказной характер. По его словам, кое-кто метил “сесть на трон председателя Государственного комитета по авиации”, поэтому и затеял все это дело. С другой стороны, понятно, что чиновника министерского ранга никто без разрешения президента трогать не будет. Поэтому, если кто и метил на “трон председателя”, то он лишь воспользовался благоприятным моментом. И от него вновь будет требоваться “четкое выполнение требований главы государства”.

В общем, дело Иванова действительно беспрецедентное. Вероятно, по этой причине суд взял очень много времени для размышлений над приговором. Его оглашение назначено на 22 февраля.