«Der Standart»: Важнее всего оказать давление на Путина, который защищает последнего диктатора Европы :: Хартыя'97 :: Навiны

Знакомые телевизионные кадры: люди, одетые в черное, в касках и с дубинками в руках, набрасываются на мирных, невооруженных и, как правило, молодых митингующих. Милицейский спецназ избивает демонстрантов, приютившихся в палатках в снегопад и восьмиградусный мороз. Некоторые, окровавленные, падают на землю. Однако из-за боязни теле- и фотокамер по-настоящему жестоко избивают противников режима только в милицейском автомобиле или в тюрьме, пишет австрийская газета "Der Standart".

Задержанных заставляют часами стоять в тюремном дворе на холоде, им не разрешают пользоваться туалетами. Сейчас, через несколько дней после ареста, ничего не известно о судьбе сотен арестованных противников режима, и это так же обыденно, как ускоренное судопроизводство и репрессии на работе и в вузах.

Когда-то нечто подобное творилось в Праге и в Варшаве, совсем недавно – на Украине Леонида Кучмы и в Сербии Слободана Милошевича. Первый был сметен с политической арены "оранжевой революцией". Другой, обвиненный в военных преступлениях, умер в тюрьме в Гааге.

Описанные сцены происходили, конечно, не в Киеве и не в Белграде, а, как уже было сказано, в Минске – столице Беларуси. Демонстранты протестовали против итогов президентских выборов, которые, как утверждают все иностранные наблюдатели, не были ни свободными, ни честными. Согласно сфальсифицированным результатам, почти 83% избирателей отдали голоса бывшему директору совхоза Александру Лукашенко, авторитарному правителю Белоруссии с 1994 года.

Конечно, было бы ошибкой приукрашивать положение на соседней Украине с ее хитросплетением олигархов, политиков и чиновников. Однако, несмотря на поблекший "оранжевый миф", украинцы прошли через самые свободные выборы в своей истории. Положение в Сербии, несмотря на националистические тенденции и экономические проблемы, тоже не позволяет проводить прямые параллели с режимом Лукашенко.

Лукашенко имеет власть над всеми средствами массовой информации, над всемогущими спецслужбами, над армией – и, конечно, над экономикой, которая все еще на 80% государственная. Торговля оружием и дешевый российский газ – вот опора мнимой экономической стабильности низкого уровня.

В течение последних лет в стране пропали без вести несколько активных оппозиционеров и журналист.

Какой европейский государственный деятель отважился бы, преисполненный ярости, сыпать угрозами перед телекамерами, обещая свернуть шею любому, кто представляет собой угрозу режиму? Представители оппозиции с полным основанием боятся, что, если за границей интерес к Беларуси ослабнет и съемочные группы покинут страну, Лукашенко, которого ничто не останавливает, еще более ужесточит репрессии.

Поскольку Путин ежегодно предоставляет этой стране миллиардные дотации, действенность экономических санкций ЕС – под вопросом. Как сказал один социолог в Минске: "Хоть Путин и не любит Лукашенко, но еще меньше он любит революции вроде украинской и грузинской".

Поэтому единственный метод поддержки белорусов Западом – это отказ в выдаче виз Лукашенко и его людям и замораживание их счетов. Однако важнее всего было бы оказать опосредованное политическое и моральное давление на Путина, который защищает последнего диктатора Европы. Тесная связь Путина с правителем из Минска крайне вредна для его имиджа, особенно ввиду предстоящего летом саммита "большой восьмерки" в Санкт-Петербурге.