25 марта в больнице умер один из демонстрантов? :: Хартыя'97 :: Навiны

В адрес белорусских СМИ, в том числе пресс-центра Хартии’97, было отправлено письмо, в котором женщина, представившаяся сотрудницей Республиканской больницы Управления делами президента, но не назвавшая своего имени, сообщает, что 25 марта поздно вечером сотрудники неизвестных ей силовых структур в черной одежде привезли в больницу человека с демонстрации. По словам сотрудницы больницы, этот человек скончался, не приходя в сознание. Поскольку до сих пор неизвестна судьба некоторых демонстрантов, которые по свидетельству очевидцев, были жестоко избиты во время силового разгона мирной акции в День воли, то, возможно, это письмо поможет пролить свет на события того дня.

«Я, сотрудница Республиканской больницы Управления делами президента, являюсь свидетельством событий, происходивших 25 марта 2006 года. Тот день у многих наших сотрудниц останется в памяти. Раньше мы на оппозицию смотрели как бы со стороны, поскольку лично нас политика не затрагивала. Но 25 марта 2006 года мы стали свидетелями страшной трагедии.

Мне очень страшно, но больше молчать я не могу. Мне снится тот молодой человек, которого поздно вечером привезли люди в черной одежде. Как позже выяснилось, это были сотрудники какой-то спецслужбы. Они нас сразу же предупредили, чтобы мы никому ничего не говорили, что сюда доставили пострадавшего с улицы, где произошло столкновение между силами правопорядка и демонстрантами. Они хотели, чтобы врачи провели срочно операцию по спасению этого парня. Я не знаю его фамилии, но могу указать его приметы. Вот как он выглядел: на вид ему 22-25 лет, высокого роста -около двух метров (185-190 см), он был одет в черную куртку, черные брюки. В нашу больницу он был доставлен из 3-й городской больницы без сознания, с телесными повреждениями в области головы и грудной клетки. Однако было поздно. Парень скончался, не приходя в сознание. Люди в черном с кем-то долго по телефону общались, советовались, спрашивали: «Что делать с трупом и куда его вести?». Не ставя нас в известность, положили парня на те носилки, на которых его привезли, и унесли тело с собою. Чисто случайно один наш сотрудник подслушал разговор, как один из них сообщил по рации, что труп надо везти в крематорий в Новинки.

Мы были в шоке. Но все боялись сообщить в правоохранительные органы. У нас не было доказательств, как и сейчас. Но я где-то слышала, что пропало три человека в тот день, которые принимали участие в демонстрации. Может, это один из них был в нашем учреждении? Я не знаю, установлена ли судьба тех людей, но своим долгом считаю сообщить эту информацию людям через средства массовой информации. Может, каким-то образом кто-нибудь заставит моих коллег больше сказать, кто был тем парнем, и из каких правоохранительных органов были те люди, которые увезли мертвого парня, а также ответить на главные вопросы: где тело того парня находится? Как захоронен он? Знают ли его родственники? Разве можно молчать, ведь это происходит в мирное время, почему мы такие трусливые.

Я не могу выступить свидетелем по делу, поскольку боюсь расправы от тех людей в черном, и не уверена в том, что государство меня сможет защитить от тех людей. Может, мое письмо немного и сумбурно написано, но больше носить в себе эту информацию не могу, поскольку перед моими глазами постоянно присутствует лицо умирающего парня.

Сотрудница Республиканской больницы Управления делами президента Республики Беларусь».