Памяти адвоката Алексея Филипченко :: Хартыя'97 :: Навiны

8 июля, восемь лет назад, у здания Новополоцкого горсуда средь бела дня, прямо на глазах у слуг Фемиды ярким пламенем вспыхнул Человек. Он горел несколько минут на газоне в пяти метрах от здания суда - прямо перед окнами кабинета председателя суда. Трагедия произошла на глазах у многих, но ей никто не помешал. Ни один судья не выбежал, не вышел поинтересоваться, что же произошло…

Так покончил с собой известный в Новополоцке правозащитник, адвокат Алексей Иванович Филипченко. Довели до самоубийства адвоката местные служители Фемиды. В частности, в судебном процессе по делу о выселении он представлял интересы пенсионерки А.Вороновой. У женщины местные власти отбирали квартиру, находящуюся в ее личной собственности. Как это в Беларуси происходило и происходит повсеместно, Верховный суд и прокуратура поддержали действия власть предержащих. Иные способы, даже голодовка, результатов тоже не дали. А.Филипченко заявил, что "исчерпал профессиональные методы защиты правды", он поджег себя, чтобы обратить внимание общественности на нарушение прав человека в Беларуси.

В этой попытке самосожжения Алексея Филипченко были виноваты не только текущие обстоятельства. После появления в 1997 году известного президентского декрета №12 Алексей Филипченко, как и многие коллеги-правозащитники, был лишен возможности заниматься частной адвокатской практикой. И это отлучение от адвокатской профессии, безусловно, тоже было для него сильным ударом. А.Филипченко протестовал именно против неправомерных, на его взгляд, действий властей, судебной системы. Гибель 49-летнего психически здорового Алексея Филипченко не была неизбежной, он заявил: "Мои действия осознаны, как юрист я действую осмысленно".

Почти пять лет назад я был у этого места возле здания Новополоцкого суда, когда моей, невиновной, на мой взгляд, подзащитной судья, задремавшая (!) во время напряженных прений, вынесла свой приговор в виде 5 лет лишения свободы. И я прошел мимо Голгофы возле суда с комом в горле и пеленой в глазах, но в тот момент еще слабо понимая своего коллегу адвоката. Тогда же я задумался, защита ли — самоубийство? И пробовал убедить себя: да, ведь подобная смерть есть победа над темным злом.

Лишь позже мне стало известно, что даже в те 23 дня, когда А.Филипченко лежал с 70% сгоревшей кожи, в палату не принесли даже вентилятора, чтобы как-то облегчить его страдания. И Алексей, пребывая в сознании, умер в муках... Идет время, адвокаты, правозащитники так публично и не поминают добрым словом Алексея Филипченко. Тогда во имя чего пожертвовал собой белорусский Данко?! Ведь такое забвение есть капитуляция перед злом!

К сожалению, спустя годы, в Беларуси суды не стали более независимы и справедливы, прокуратура осталась на страже интересов не столько граждан, сколько государства, а роль адвокатов нисколько не усилилась. От одного или нескольких человек изменения в судебно-правовой, политической системах, возможно, и не зависят, но они произойдут, когда КАЖДЫЙ отважно сделает свой шаг по пути к свободе, правовому государству и демократии.

Мне посчастливилось встретить такого достойного и мужественного человека, который идет по этому пути и зовет за собой других, это – Александр Владиславович Козулин.

Мне выпала честь защищать профессора А.Козулина. И сегодня, когда я защищаю, по моему убеждению, невиновного человека, против которого ополчена вся обвинительная сила органов государственной власти, меня терзают чувства, которые, наверно, когда-то переполнили адвоката Алексея Филипченко...

Прости, Алексей, за сказанные Тебе только сейчас во весь мой голос, несколько запоздавшие слова сердечной благодарности и преклонения. Выходит, чтоб полностью осознать все величие Твоего ПОСТУПКА, нужно оказаться на той же высоте отчаянной борьбы за справедливость.

Но уверен, Беларусь дождется своего светлого, правдивого часа, и память о таких людях, как Алексей Филипченко, будет чтиться достойно.

Адвокат Игорь Рынкевич, www. kozylin.com