Анекдоты, заставлявшие советских лидеров краснеть от злости :: Хартыя'97 :: Навiны

Прочитав анонс передачи «Серп и хохот» на BBC4, я подумал: это будет что-то вроде тех программ с одинаковыми названиями «100 лучших . . . (дальше можно добавить что угодно)», которые показывают в воскресенье вечером. Авторы обещали порыться в сборнике анекдотов коммунистической эпохи, и извлечь из этого тома - наверняка весьма объемистого - лучшие шутки, ходившие в странах за «железным занавесом».

Вот, решил я, и возможность пополнить свою «копилку» анекдотов, куда ты залезаешь, чтобы сразить наповал соседей на званом обеде, или вызвать неудержимый хохот у заскучавших было приятелей в пивной. Должен сказать, дорогие товарищи, мои надежды не совсем оправдались. Может быть, все дело в том, что передача шла во вторник вечером, когда лицевые мускулы, отвечающие за смех, еще не отошли после тяжелой работы в выходные. Но скорее всего причина в том, что жизнь в странах Восточного блока была на самом деле не такой уж веселой.

Нашем «гидом» был журналист Бен Льюис (Ben Lewis): он стремился представить послевоенную историю СССР и его стран-сателлитов в новом ракурсе. «Чем труднее времена, тем лучше анекдоты»: эти слова можно считать лейтмотивом передачи. А какое время может быть тяжелее, чем те годы, когда Сталин пытался переделать мир по собственному вкусу?

Чем больше мы знакомились с самими анекдотами - они подавались в виде инсценировок или простеньких мультиков - становилось все яснее, что их темы связаны с двумя противоположностями: избытком или нехваткой. Первое относилось главным образом к вмешательству государства в жизнь людей, засилью «стукачей» и тайной полиции, которая заботилась о том, чтобы быть в курсе всех ваших дел, а второе - к постоянному дефициту самого необходимого. Результатом сталинских затей - коллективизации в деревне, пятилеток - был страшный голод. В ответ люди выдумали «юмор нового типа» - достаточно мрачный, чтобы отразить реалии их жизни.

Государство, естественно, опасалось подрывного влияния анекдотов: эти короткие шутки представляли собой настоящие бомбы с часовым механизмом, при взрыве создающие мощную «ударную волну» социальной критики. Так что за хороший анекдот вы могли на пару лет загреметь в тюрьму.

Если судить по хронике второй половины 20 века из великой красной империи, пейзажи Москвы, Праги или Будапешта несомненно должны были вызывать у людей потребность «выпустить пар» хорошенько посмеявшись. Ведь их окружали бесконечные ряды одинаковых многоквартирных домов, мрачные памятники, бесконечные очереди, ревущие танки и печатающие шаг солдаты на парадах. Взять, к примеру, такой популярный анекдот - «Загадка: "Hе стучит, не pычит, не цаpапает пол?" Ответ: "Советская машина для стука, pычания и цаpапанья пола"». Несмотря на постоянную ложь, которой их пичкали правители, газеты и телевидение, люди отлично понимали: при социализме ничего не работает как надо.

В конце концов, на гданьских верфях родилась «Солидарность»: стало ясно, что закат грозной сверхдержавы - лишь дело времени. Народ, как водится, продолжал сочинять новые анекдоты. Вот один отличный образчик, явно свидетельствующий о хорошем знании географии: «Что будет, если советская власть победит в Сахаре? Дефицит песка». В конце концов я понял: цель этих анекдотов была не столько рассмешить, сколько сохранить разум в условиях гротескной действительности.

Последним, как это ни парадоксально, смеялся Рональд Рейган: он с большим успехом использовал в своих выступлениях шутки из страны, которую некогда назвал «империей зла». Когда же Берлинская стена наконец рухнула, ее паденье вызвал не глас иерихонской трубы, а слившийся в многомиллионный хор презрительный смех. Отсюда мораль: анекдот, рассказанный в нужный момент, может изменить ход мировой истории.

Пит Кларк (Pete Clark), "Evening Standard", (Великобритания)