Альдис Кушкис: «Каждый человек должен иметь свободу выбора» :: Хартыя'97 :: Навiны

Депутат Альдис Кушкис — отзывчивый европейский политик и просто добрый, душевный человек. Практически ни одно обращение к нему со стороны белорусов, которых судьба занесла в Бельгию, не остается без ответа. Чем может, тем поможет. Если знает, то обязательно подскажет. Он, конечно, не маг-кудесник, но всегда что-то попытается сделать.

Попытался он, к примеру, только-только будучи избранным в Европейский парламент от Латвии, написать свой “экшн-план”, или план действий Европейского Союза, по отношению к Беларуси, который сначала был, чего греха таить, предметом насмешек и неверия со стороны коллег-парламентариев. А сегодня целые главы из этого “экшн-плана” подписаны Европейской комиссией и реально выполняются. Например, по поводу списков невъездных в Европу чиновников во главе с Лукашенко или по поводу замораживания счетов лиц, ответственных за мартовские 2006 года фальсификации в Беларуси.

Латвийский политик, хоть и родился в Советском Союзе, сегодня в полном понимании стал политиком европейским. До мозга костей. Человек, который считает само занятие политикой “люксом”, высшим пилотажем карьеры гражданина любой страны. Кушкис уверен, что в политику должен идти лишь финансово независимый человек, который не ищет в ней источника доходов. А хочет просто помогать людям...

— Еще каких-то 15 лет назад Латвия входила в состав СССР, а НАТО для вашей страны был злейшим врагом. Сегодня Латвия — член НАТО и ЕС, в стране функционируют демократические институты, в том числе независимая пресса. Вы являетесь депутатом главного парламента Европы, участвуете в принятии судьбоносных для континента решений... Скажите честно, отличается ли нынешняя Латвия от Латвии советской?

— Прошедший в ноябре прошлого года в Риге саммит НАТО еще раз подтвердил, что тот путь, который мы выбрали в начале 1990-х, оказался правильным. Латвия сегодня является важным игроком как в балтийском регионе, так и вообще на Европейском континенте. Да и во всем мире. В том числе мы участвуем в обсуждении вопросов общемировой безопасности, что для нас очень важно. Но выбор в сторону Европы для нас, скажу прямо, был непростым. Думаю, что в принятии нацией решения по поводу своего будущего важную роль играет, если можно так выразиться, накопившееся количество исторической памяти. Ее, эту историческую память, стирали и в Беларуси, и в Латвии. Но, наверное, срок, или количество лет, которые просуществовала советская власть в Беларуси, сделали свое черное дело. Латвии в этом смысле повезло больше.

— Вы хотите сказать, что сработал материалистический закон старика Маркса и количество перешло в качество?

— Да, так оно и есть. У каждого народа есть свой объем исторической памяти. Иногда, как, увы, в случае с Беларусью, накопившийся объем этой памяти тянет вниз, ко дну. Иногда, как в случае с нашей страной, ведет к демократическим переменам, к реформам...

— Любой процесс реформ и кардинальных изменений в стране (и Латвия не исключение) — это почти всегда процесс болезненный. И ваши люди носят не только розовые очки. Изменились ли за 15 лет сами латыши?

— Изменились, конечно. Не всегда в лучшую сторону, скажу откровенно. Капитализм, который мы изучали по учебникам политэкономии, как оказалось, несколько отличается от того, который может существовать в реальности, в жизни. Разделение общества в Латвии, к нашему сожалению, произошло. Мы не смогли (и наверное, никто не смог) за 10—15 лет построить общество всеобщего социального благополучия и стабильности. Через одни и те же проблемы проходят все новые страны Евросоюза. Из тех, естественно, кто это не делает каким-то уникальным путем. Но ни одна страна не становится Данией или Швецией в течение 10 или 15 лет. Тем более что Латвия — это маленькая страна, в которой все знают всех. И, скажем так, все основы коррупции, которые были заложены в советские времена, никуда не пропали, а наоборот, получили какое-то продолжение. А коррупция, которую в советские времена так не называли, переросла в не совсем законные связи, которые до сих пор имеют место в политической и экономической жизни Латвии. И такие реалии существуют не только в странах Балтии, но и в Польше, Чехии, Словакии. Нигде реформы не происходят идеально. Но все равно сила либеральной экономики воистину творит чудеса. Законы рынка на практике показывают, что они умеют работать лучше, чем корруптивные. И это заставляет задуматься политиков, которые привыкли во главу угла ставить исключительно свои интересы. И когда в советские времена их интерес нечаянно совпадал с интересами общества, с благом народа и государства, то это было хорошо. Сейчас они ВЫНУЖДЕНЫ считаться с интересами других. И это уже хорошо, это один из положительных результатов и достижений, проведенных в Латвии рыночных реформ.

— Можете привести коротко какие-то цифры, например, каковы нынешняя средняя зарплата в Латвии, уровень безработицы?

— На 1 января 2007 года минимальная зарплата в Латвии — 120 латов, что в эквиваленте примерно составляет 171 евро. На конец декабря прошлого года безработица составила 6,5% или примерно 69 тысяч человек.

Что касается средней зарплаты, то на сентябрь прошлого года она составила 428 евро в месяц, а в общественном секторе даже выше — 490 евро.

— А чем лично для Вас были годы реформ в Латвии? Вы стали абсолютно новым человеком?

— Надеюсь, что не стал. Ведь политики бывают разные. Есть политики, которые пришли к власти в Латвии в начале 1990-х и они до сих пор в своих кабинетах. Но они развиваются, меняются. И я меняюсь или, если сказать точнее, продвигаюсь по своему пути немного быстрей, чем многие мои коллеги. До прихода в политику я работал частным предпринимателем и пошел на выборы тогда, когда свой начальный капитал уже накопил. Считаю, что политика — это люкс, который должны себе позволять лишь те, кто уверенно встал на ноги, приобрел финансовую независимость. Сначала стань независимым, а потом позволяй себе такой высший пилотаж, как политика, — вот мой принцип. Политика для меня — это творчество и работа одновременно. Ведь, если задуматься, я фактически являюсь исполнителем работ. Мой заказчик — это граждане, которые меня выбрали. В Европарламент я пришел через латвийский сейм, где я полтора года был депутатом. Зачем пришел? Я задумался над тем, куда в своей жизни я могу передвигаться дальше, чтобы делать хорошие дела, но для большего количества людей.

— Латвии удалось избежать столь привычной для стран бывшего социалистического блока, особенно для азиатских государств, болезни — диктатуры. Была ли сделана в Латвии, если можно так выразиться, для этого некая политическая прививка? Или причина кроется в другом: ваши люди просто никогда не воспринимали большевистскую идеологию, а поэтому быстро и легко освободились от утопических идей социализма? Вы уже начали отвечать на этот вопрос, упомянув о “массе” исторической памяти...

— Наверное, одного простого ответа на Ваш вопрос не существует. Историческая память может быть одной из причин. Если рассматривать все постсоветское пространство, то все страны Балтии обошлись без диктаторов, без авторитарного режима. На Балканах и в Средней Азии, к примеру, такого нет. Там очень многие политики почему-то тяготеют к авторитаризму больше, чем в наших странах. События последних десяти лет только подтверждают это. Если говорить не только о Латвии, а и вообще о Восточной Европе, то какие-то подвижки назад, влево были и у чехов. В Латвии, например, всегда помнят авторитарного президента Карлиса Ульманиса, который правил в 1930-е годы, еще до большевистского пришествия. И тогда в Латвии наблюдался экономический подъем! Требования строгой, или, как у вас говорят, железной руки, раздавались и у нас, чего греха таить. Но к авторитаризму мы, к счастью, не пришли. Большинство не захотело авторитаризма. Увы, это произошло в Беларуси.

— Не совсем согласен с Вами насчет того, что Беларусь выбрала авторитарную власть. Наоборот! В 1994 году большинство голосовало за простого крестьянского парня Лукашенко, который открыто декларировал свои демократические предпочтения и обещал разобраться с коррупцией. Это уже потом он стал диктатором, несколько позже. Но к тому времени у Беларуси уже отобрали право демократически переизбрать свое руководство. По-моему, Беларуси просто фатально не везет...

— Я мог бы разделить это Ваше мнение, но все же я уверен в том, что белорусы как нация не есть “лузеры”, как говорят американцы, то есть “фатально проигрывающие”. Просто путь к свободе у белорусов сложнее, чем у других народов. Но он, этот путь, есть. Через тернии к звездам!

— Кроме того, что Вы занимаетесь в Европейском парламенте проблемами окружающей среды, региональной политики, Вы также являетесь вице-председателем специальной комиссии по связям с Беларусью. Это было Ваше добровольное решение, или Вам предложили поработать в этой комиссии, поскольку Вы гражданин бывшей соседки нашей страны по СССР и, значит, хорошо понимаете наши проблемы?

— В Европейском парламенте для каждого депутата существует относительно свободный выбор, чем заниматься. Я поставил для себя приоритетом проблемы Беларуси и Украины, и получил в конечном счете этот приоритет. Почему? Ну, во-первых, я внутренне чувствую себя очень свободолюбивым человеком. Право выбора и права человека я ставлю для себя на первое место в иерархии человеческих ценностей. Каждый человек должен иметь свободу выбора, только в этом случае он может развиваться как личность. Во-вторых, кому, как не нам, прибалтам и полякам, заниматься проблемами Беларуси? У нас ведь похожая историческая память. И, в-третьих, я уверен, что с подключением к этой проблематике прибалтов и поляков прирост скорости, или ускорение, привлечения внимания Западной Европы к проблемам Беларуси за последние два с половиной года значительно возросло. О Беларуси в Европе сейчас говорят очень часто. Полтора года назад над моим “экшн-планом” по отношению к Беларуси слегка посмеивались. А этой весной, посмотрите, ЕС все это реализовал — и замораживание счетов, и списки невъездных чиновников. Конечно, два миллиона евро, которые выделила Европейская комиссия на развитие информационного пространства Беларуси, это мало. Но это хоть что-то! И это еще не все... Премия Сахарова Милинкевичу, европейская премия Белорусской ассоциации журналистов... Все это не достигается одним словом, а достигается упорной работой. И нажимом. Только тогда есть надежды на положительные подвижки.

— Генеральный секретарь Совета министров ЕС Хавьер Солана и еврокомиссар по внешним связям Бенита Ферреро-Вальднер в интервью “Народной воле” все время подчеркивали одну мысль: судьба Беларуси находится в руках самой Беларуси. Так-то оно так. Никто с этим не спорит. Но, по-моему, все же ЕС излишне мягок по отношению к белорусским властям. Сначала глава Белтелерадиокомпании Александр Зимовский, потом высшие должностные лица лукашенковской вертикали Виктор Голованов и Наталья Петкевич активно путешествуют по Европе. И это в обход санкций Евросоюза! В Беларуси скандал был по этому поводу. Получается, санкции ЕС буксуют?

— Увы, скандал, который Вы упомянули, не дошел до нас. Наша позиция такова: и Совет европейских министров, и Комиссия не делают всего того, чего бы мы, депутаты, хотели. И в количественном, и в качественном смысле. Но все равно мы считаем, что эти предупредительные меры выполняют свою миссию — свое сообщение белорусским властям. Наша идея вообще была такова — за каждый арест в Беларуси один белорусский чиновник попадает в списки невъездных. Однако я согласен, что это технически невозможно. Совет министров и Комиссия всегда стояли на сдержанных позициях, в черный список они включали исключительно чиновников, вина которых была доказана. Главная проблема, однако, на мой взгляд, не в этом. Мимо Беларуси сейчас проходят огромные деньги. Они могли бы попасть в Беларусь, но они проходят мимо. Увы! Частично они, конечно, попали бы в руки чиновников, но все равно благо для социальных, медицинских, образовательных, чернобыльских программ было бы огромным. Но Лукашенко, видимо, не хочет, чтобы ваше образование получало какие-то деньги. Поскольку чем образованнее люди в Беларуси, особенно молодежь, тем хуже для него.

— Ему не нужна ни образованная молодежь, ни связи с Западом. Приведу в этой связи и цитату вашего соотечественника, сотрудника Института внешней политики Латвии Атиса Лейинса, который, реагируя на летний белорусско-латвийский дипломатический скандал, когда вашего дипломата обвинили в распространении порнографии, в результате чего он был вынужден уехать из Беларуси, сказал следующее: “Беларуси не нужны связи с Западом: Лукашенко нечего терять”. Вы согласны с г-ном Лейинсом? На Ваш взгляд, возможен ли в будущем разрыв наших дипломатических отношений?

— Надеюсь, что до этого дело не дойдет.

— Вы упомянули, что в нынешней Латвии наблюдается разделение общества. Имеет ли оно влияние на живущих в Латвии белорусов?

— Ключевую роль в этом разделении сыграла, увы, пресса. Если абсолютное большинство СМИ на латышском языке в Латвии выступают за европейские, демократические ценности, то абсолютно все русскоязычные издания стоят как минимум на кремлевских позициях, а как максимум — поют оды режиму Лукашенко в Беларуси. Европейские и латвийские политики, стоящие на европейских позициях, не смогли договориться, не смогли убедить русскоязычных редакторов в Латвии оценивать ситуацию сбалансированно. В этом наша проблема. В Латвии сейчас работает довольно много белорусов. Легально, нелегально, это не столь уж важно. Главное в том, что, заработав деньги в Латвии, они должны вернуться в Беларусь уже посланцами Европейского Союза и демократии. Но на самом деле этого не происходит, поскольку они читают только русскоязычную прессу. И они практически не получают информацию о том, где они живут и как они живут. Латышские газеты они игнорируют не потому, что не хотят знать альтернативную точку зрения, а просто потому, что не могут читать по-латышски. Не всякой лжи про Беларусь они, конечно, верят, например, про то, что зарплата в Польше ниже, чем в Беларуси, но практически любая другая ложь из уст белорусского диктатора находит благодатную почву в их душах.

— “Общими усилиями мы придем к концу диктатуры Лукашенко”, — сказали Вы в интервью одной из белорусских газет. Под общими усилиями чьи усилия Вы имеете в виду?

— Усилия белорусов, латышей, Европейского парламента, Европейской комиссии, всех тех, кому не безразлично будущее Беларуси. Это так же, как нет одной-единственной правды в одном предложении. Нет и одного-единственного победителя, который приедет в Беларусь на белом коне и побьет врага. Так не получится. В конечном итоге главный решающий момент в борьбе за демократию в вашей стране — это воля большинства белорусов. Против большинства очень трудно что-то сказать. Даже самому могущественному диктатору. Уже сейчас из Беларуси раздаются голоса: когда вы нас примете в Европейский Союз? Я отвечаю, что тогда, когда большинство белорусов будет этого хотеть и, желательно, знать — почему. И задача европейских депутатов — помогать вашей независимой прессе пробуждать в народе желание иметь право выбора, жажду свободы.

— А как Вы относитесь к нынешнему, фактически официальному визиту в Беларусь председателя Парламентской Ассамблеи Совета Европы Рене Ван дер Линдена? Иначе как официальным визитом этот приезд высокого европейского чиновника назвать нельзя. Господин Ван дер Линден встретился со спикером, образно говоря, карманной, непризнанной в демократическом мире Палаты Представителей Владимиром Коноплевым, председателем Совета Республики Геннадием Новицким, посетил Национальную библиотеку, встретился с чиновниками лукашенковской вертикали. Из Минска уже раздаются возгласы, что Европа идет на попятную, признавая нелегитимный режим...

— Я встречался с Рене Ван дер Линденом раньше, и, честно говоря, не был впечатлен этим человеком. И я не разделяю его взгляды в том, что касается Беларуси. Я уверен, что каждый человек может высказывать свое личное мнение в этом, как и в любом другом вопросе. Но как частное лицо! Как лицо официальное он не должен действовать в разрез с общеевропейской позицией.

— К слову, минувшей весной в Европейском парламенте под руководством неутомимой Уты Цапф была сделана очередная попытка добиться диалога между белорусской оппозицией и членами подконтрольной Лукашенко Палаты представителей. Вас, по-моему, на этой дискуссии не было. Это потому, что Вы изначально не верите в возможность диалога между белорусскими властями и оппозицией?

— Этого момента я, честно говоря, не помню, как и не помню подобной попытки диалога. Но зато я помню, как в гостях у нашей делегации сидел посол Беларуси в Бельгии господин Сенько. При нем была высказана идея посещения делегацией ЕП ежегодного семинара в Минске. Идею эту посол воспринял позитивно. Причем высказывали желание поехать в Минск не мы с Богданом Клихом (председатель специальной комиссии по связям с Беларусью — А.С.), все знают, что мы отличаемся крутым нравом. На семинар в Минске хотели ехать относительно нейтральные депутаты-социалисты. И что получилось? Даже им отказали в визах! О каком же еще диалоге можно говорить? Я весьма скептичен насчет этого.

— Европейский парламент и лично Вы как его депутат всегда оперативно реагируете на нарушения прав человека в Беларуси. В прессе мелькают как заявления Европарламента, так и Ваши острые комментарии. “Красный дом” в Минске, однако, не реагирует никак на все это. Так стоит ли, как Вы думаете, вообще ломиться в дверь, которая закрыта на двести замков, да еще и цепочка накинута?

— Стоит, уверяю Вас. Потому что рядом с этими большими дверями сотни других дверей, поменьше. И за некоторыми из этих дверей сидят мыслящие люди. Нет огромной бетонной стены, которая стоит в Минске. Есть много дверей и, как Вы сказали, за многими замками. Некоторые двери наглухо заколочены, некоторые всего лишь прикрыты. И не все ключики от этих дверей находятся в кармане Лукашенко.

Беседовал Александр СИЛИЧ, специальнодля “Народной воли”

Брюссель, Бельгия.