Ненастоящие выборы… и партии :: Хартыя'97 :: Навiны

Под таким заголовком директор европейских и евразийских программ Национального фонда за демократию (США) Роджер Потоцкий пишет в журнале “Transitions Online” статью о том, «как белорусские политические партии, находясь под давлением правящего режима, бездарно растратили свои минимальные шансы добиться хотя бы символических завоеваний на местных выборах в январе 2007 года». Предлагаем полный текст материала без изменений.

По результатам местных выборов в Беларуси 14 января 2007 года можно сделать два вывода. Первый очевиден: президент Александр Лукашенко организовал очередные ненастоящие, сфальсифицированные выборы. Представителей реальной оппозиции не допустили к участию в избирательных комиссиях, многим демократам незаконно отказывали в печати агитационных материалов, в Закон о выборах в очередной раз внесены поправки. Все перечисленные меры гарантировали, что и местные выборы 2007 года в Беларуси также не будут свободными, справедливыми и прозрачными. Это без промедления подтвердила Германия как страна-председатель Евросоюза и председатель комиссии Евросоюза по международным отношениям Бенита Ферреро-Вальднер.

Однако нарушение властями собственного избирательного законодательства, неприкрытые репрессии и циничные препятствия демократам, как и заранее известный результат выборов, не должны заслонять серьезные неудачи оппозиции. В конце концов, всего чуть больше, чем год назад оппозиция в принципе смогла объединиться вокруг единого кандидата и работала на него во время выборов 2006 года. Результатом стала настоящая кампания, на которую откликнулась значительная часть общества, а оппозиционный кандидат набрал больше голосов, чем на всех прежних выборах. Важно вспомнить, что в те дни, во время акций протеста против фальсификаций результатов выборов, Коалиция объединенных демократических сил обещала и в дальнейшем работать сообща, чтобы закрепить и развить достигнутое, и использовать местные выборы в январе 2007 года как возможность донести до граждан альтернативный взгляд на пути развития Беларуси.

К сожалению, этот грамотный подход остался почти нереализованным. Лидеров объединенных демократических сил более интересовала межличностная борьба за право возглавить коалицию. Председатель ОГП Анатолий Лебедько и лидер ПКБ Сергей Калякин, очевидно, завидовали признанию, которого добился в стране и за границей Александр Милинкевич. Вместе и порознь Лебедько и Калякин делали все, чтобы подорвать позиции Милинкевича. Оппозиция вела внутренние споры вокруг того, проводить ли Конгресс демократических сил и в каком формате, занималась перераспределением сил в коалиции (созданием «Союза левых сил»), внутрипартийной борьбой (прежде всего в БНФ). Как выявилась, все это поглотило и захватило партийных лидеров более, чем реальные общие попытки дойти до избирателей на местах, опираясь на достигнутый в марте успех, и сформулировать общую стратегию, а также воспользоваться событиями последних дней– российско-белорусской «газовой войной» и принятием Евросоюзом новой стратегии относительно Беларуси. В итоге опять не было никакой общей работы. Как отметил на веб-сайте независимого агентства БелаПАН Александр Владимирский, оппозиция не сумела на практике реализовать свои ключевые избирательные принципы: единая команда, единая идея, единая кампания.

На самом деле делалось крайне мало. Сложно было найти активистов, желающих выставить свою кандидатуру на выборах. Да, режим запустил маховик репрессий против возможных кандидатов. Но разочарование вывзывало другое: как мало в оппозиции отважных или преданных идее людей, готовых бросить вызов властям. Разочаровывало даже изначальное заявление оппозиционных сил о намерении выставить на выборах 1000 кандидатов, ведь и эта оптимистическая цифра составляла только малую часть от 24.000 депутатских мест.

Путаница в тактике

Когда завершилась регистрация, во время которой режим также пускал в ход различные махинации, деятели оппозиционных партий (примерно 200) составляли всего около 1% от количества зарегистрированных кандидатов. Ко дню голосования те, кто дошел до финиша, остались в полном одиночестве. Представителей оппозиционных политических партий, внесенных в избирательные бюллетени, едва набралось с сотню (количество независимых кандидатов демократической ориентированности неизвестно). В итоге, властям и не понадобились сколько-нибудь значительные фальсификации: на 1 депутатский мандат в среднем претендовали 1,05 кандидатов, поэтому почти ни в одном округе нельзя было говорить о реальной конкуренции. Это значительный шаг назад в сравнении с предыдущими местными выборами 2003 года, когда одна только ПКБ выставила более 300 кандидатов и завоевала более 130 депутатских мест. Всего четыре года назад в местные советы прошли более 180 депутатов от демократических партий.

Хотя представителей оппозиции в местных советах было мало, но они смогли поднять важные вопросы, провести различные мероприятия и помочь демократическим силам в своих округах. И, возможно, самое главное: они на местном уровне продемонстрировали человеческое лицо демократической оппозиции, которую редко видно или слышно при диктатуре Лукашенко. Депутаты местных советов были единственными представителями оппозиции в структурах государственной власти. И, как показала практика, их регулярно запугивали, многие из них превратились в настоящий источник постоянного беспокойства для режима.

Что же случилась на этот раз? Многие из представителей оппозиции говорили, что будут участвовать в выборах, но им не хватило мотивации, чтобы организовать инициативные группы для сбора подписей. Как укорял Милинкевич, многие оппозиционные кандидаты с большим опытом или почти не работали, или не смогли выполнить самые простые требования.

Вместо того, чтобы постараться достигнуть максимально возможных результатов в сложной ситуации, оппозиционные партии не могли решить, участвовать в этих выборах или нет. По замечанию одного бывшего наблюдателя от ОБСЕ, «вообще среди оппозиции господствует относительная апатия в отношении выборов, и много кто из лидеров не уделяет кампании должного внимания». Одна фракция социал-демократической партии и партия коммунистов рекомендовали своим кандидатам снять кандидатуры, ибо власти нарушали избирательное законодательство. Словно они ожидали чего-то другого…

Лидер ОГП Анатолий Лебедько заявлял, что оппозиция не должна бойкотировать выборы и обеспечивать режиму легкую победу, но потом сам снял свою кандидатуру. Его попытка объяснить позицию демократических сил еще более все запутала: «Нет жестокого приказа бойкотировать выборы, есть только мягкая рекомендация». Политический совет Коалиции объединенных демократических сил на заседании 4 января, за 10 дней до выборов, не сумел определиться, должны ли кандидаты снять свои кандидатуры. Виктор Корнеенко, правая рука Милинкевича, заявил группе западных спонсоров, что кандидаты, которые сойдут с дистанции, предадут своих сторонников, а за несколько дней до голосования сам снял свою кандидатуру. Оппозиция не сумела скоординировать даже уход с избирательной гонки. Апатия, нерешительность, двойственность оппозиции свидетельствовали о том, что на этих выборах она не создаст проблем власти.

А кандидаты, решившие все-таки баллотироваться, создали оппозиционным лидерам в Минске, считай, столько же неудобства, сколько и режиму. Это особенно касается БНФ: многие из его кандидатов вступили в конфликт с партийным руководством и в результате остались без его поддержки.

Вдобавок к внутренним разборкам появился и конфликт поколений между многими кандидатами на местах, которые политически возмужали со времени выборов 2003 года, и минскими партийными лидерами, большинство из которых принадлежит к поколению Верховного Совета ХІІІ созыва. В результате, партийные лидеры занимались преимущественно собственными избирательными кампаниями в Минске, хотя прекрасно знали, что власть никогда не позволит им победить. В свете упомянутых конфликтов понятно, почему кандидатов на местах почти не поддерживали их столичные лидеры.

На этом мрачном фоне Милинкевич как лидер показал себя лучше остальных. Да, он потратил много времени, энергии и сил на полугодовую борьбу с руководством Коалиции объединенных демократических сил в Минске, вместо того, чтобы бороться с режимом. Но на исходе осени Милинкевич начал делать то, что надо. Несмотря на то, что на парламентских выборах 2004 года он провел одну из лучших агитационных кампаний, в 2007 году он – в отличие от большинства лидеров оппозиции - решил не выдвигать свою кандидатуру. По крайней мере, он пробовал помочь тем, кто стремился исполнить обещания и идеалы марта 2006 года. Милинкевич входил в инициативные группы, собирал подписи, несмотря на постоянное запугивание со стороны властей, посетил более 40 городов во всех шести областях Беларуси. Милинкевич единственный из лидеров оппозиции был доверенным лицом кандидатов от всех партий, а также независимых претендентов на депутатский мандат. Милинкевич действовал как настоящий лидер, доносил до людей идеи оппозиции, работал с кандидатами независимо от их партийной принадлежности. Тем самым он сумел как-то спасти честь объединенных демократических сил.

Несмотря на то, что Коалиция оппозиционных сил согласилась действовать сообща, большинство остальных лидеров провели почти все время в Минске и выезжали только чтобы работать на свою партию. К сожалению, мы опять видим возвращение к практике провальных парламентских выборов 2004 г., когда партийные лидеры ставили личные интересы превыше общественного блага: они не разделили избирательные округи, не сотрудничали между собой, а кандидаты от демократических сил конкурировали друг с другом.

Опасности снаружи и изнутри

Выборы 2007 г. снова показали, что политические партии недостаточно сделали для создания и закрепления своих местных структур по всей стране. Конечно, власти также приложили руку к сворачиванию партийного строительства. В течение трех лет после объявления независимости и прихода Лукашенко к власти партии играли на политической сцене весьма существенную роль. Они доминировали в первых двух парламентах. Но с тех пор Лукашенко сделал все, чтобы дискредитировать идею и практику партийной политики. Начиная с президентской кампании 1994 г. Лукашенко всегда порочил все партии без исключения. Перед этими выборами «последний диктатор Европы» заявил, что хочет видеть беспартийных, неполитизированных, некрикливых депутатов и выборы, которые принесут стабильность и спокойствие. Власть много чего добилась в уменьшении «фракционности». В начале 2005 г. она ликвидировала Белорусскую партию труда, помогла конкурентам социал-демократам обессилить друг друга и, кажется, планирует то же самое сделать с Партией коммунистов Белорусской (вторая, более традиционная коммунистическая партия находиться в президентском лагере).

Стратегия режима основывалась на том, чтобы выгнать местные партийные организации из их офисов, отказать им в предоставлении юридических адресов, а потом проверить, соответствует ли национальная партийная организация определенным государством требованиям к партиям. На офисы оппозиционных партий делались налеты, у них конфисковали печатную продукцию, против них устраивались кампании в государственной прессе, их лидеров бросали в тюрьмы, им мешали заниматься партийной деятельностью, например, встречаться с населением. Политические партии такие слабые, что с 23.791 кандидата на местных выборах 2007 г. только 535 принадлежали к партиям (в т. ч. лояльным режиму). И стоит отметить, что положение ухудшается: в 2003 г. были зарегистрированы 693 партийных кандидата, их них 257 выбрали в местные органы власти.

Но и сами оппозиционные лидеры сыграли свою роль в медленной смерти партийных структур в Беларуси. Возможно, мартовские события 2006 года еще больше их убедили, что главное – это Минск. Кроме раскола в БНФ беспредел господствует и в рядах социал-демократов. С 2003 г. в партии продолжаются расколы, и ее фракции теряют вес в обществе. Лидер социал-демократов Александр Козулин существенно повлиял на ход прошлогодних президентских выборов. Однако решение одной фракции – Белорусской социал-демократической партии (Грамада) – не присоединятся к объединенным демократическим силам и выступить в качестве «третьей силы», даже при том, что ее лидер – в тюрьме, сильно повредила партии. Меньше чем через год после драматических для Козулина мартовских событий партия сумела выставить менее 20 кандидатов на местных выборах. Хоть несколько кандидатов от «Грамады» и ПКБ прошли в советы, но в общем «левые» показали плохие результаты. Поэтому они теперь и надеются на создание «Союза левых сил».

Как отметил Милинкевич, выборы 2007 года показали, что оппозиции не хватает готовности к самоотверженной работе. На этот раз правоцентристские партии могли достигнуть лучших результатов. По официальным данным, в 2007 году было зарегистрировано больше кандидатов от БНФ и ОГП, чем в 2003 году. Обе партии могли бы воспользоваться тесным сотрудничеством с Милинкевичем – идеологически он ближе к ним, чем к «левым». Однако, в отличии от того, что происходило в 2003 году, многие кандидаты от БНФ и ОГП ушли с дистанции накануне выборов и без вразумительной причины: из ста кандидатов от БНФ прошли регистрацию 60. Оглядываясь назад, нельзя не придти к выводу, что многие из активистов оппозиции не участвовали в выборах или сняли свою кандидатуру из-за слабости партийных структур и отсутствия воли к борьбе.

Нервные, деморализованные, маргинализированные

Обвинять в поражении надо не только белорусов. Европейские и американские организации, которые работают над избирательными проектами, чересчур часто повторяли, что в Беларуси «нет настоящих выборов». Такое отношение снимает с белорусских политиков всякую ответственность. Как и после поражения на парламентских выборах 2004 г., когда демократические партии также обещали работать вместе и не конкурировать между собой, западные организации опять не могут спросить со своих белорусских партнеров за нарушенные ими обещания.

Светлым пятном на этих выборах смотрелись некоторые местные и региональные коалиции, организованные белорусами. В их состав входили партии, независимые организации гражданского общества, профсоюзы. Эти коалиции опирались на широкую базу и включали активистов, годами работавших вместе. Согласие между участниками, их общая работа наилучшим образом отличали местные коалиции от партийного руководства в Минске. Например, представители НГО собрали много, если не большинство, подписей за партийных кандидатов и активно участвовали в агитационной кампании. В Марьиной Горке, Городке, Белозерске, Вилейке уполномоченные представители гражданского общества, политических партий, независимых профсоюзов и независимая пресса годами вместе работали с населением. Но, в отличии от 2003 г., власти гораздо оперативней направляли удар на эти «горячие точки» гражданского общества. К тому же, по данным медиа-мониторинга, местные независимые СМИ в сравнении с 2003 г. обнаружили гораздо меньше готовности освещать какие бы то ни было аспекты этих выборов. И все же самые лучшие кампании 2007 г. провели именно такие коалиции. Например, в Мостах коалиция независимых организаций во главе с партийными и общественными активистами сыграла ключевую роль в том, что оппозиционные кандидаты прошли в местные советы. Похожая стратегия помогла и многим из оставшихся 20 кандидатов от оппозиции, выбранных депутатами.

После 14 января полезно перечитать статью Александра Класковского, посвященную проблемам оппозиции, которые обнаружились во время местных выборов 2003 года. Тогда, четыре года назад, белорусский журналист предположил, что оппозиция не была подготовлена к выборам ни психологически, ни организационно. Класковский отметил, что избирательная кампания обнаружила давно известные проблемы: слабость политической оппозиции, недостаточное развитие региональных сетей, оторванность от народа и пресловутое отсутствие единства. Оппозиция не смогла даже разделить округи в Минске, чтобы демократические кандидаты не конкурировали между собой.

Если судить по опыту прошлого, ждать лучшего будущего не приходится. Про неверие, деморализацию и маргинализованность политических партий говорит поспешное решение политического совета объединенных демократических сил провести в середине марта конгресс. Он мог бы посодействовать признанию допущенных ошибок и объединению оппозиции, как это было в октябре 2005 г. Но, скорее всего, конгресс станет ареной острой борьбы за лидерство, которая еще более подорвет доверие к партиям и всей оппозиции в целом.

Одним из результатов того, что оппозиция потеряла даже те ограниченные возможности, которые ей давали местные выборы, будет, скорее всего, ее дальнейшая изоляция от общественности. Лидер БНФ Винцук Вечерка признал, что после избирательной кампании прийти к людям будет гораздо сложнее. Но он не сумел объяснить, отчего почти половина кандидатов от его партии, сняв свои кандидатуры, отказалась от всякого шанса установить связь с избирателями. Как говорил Вечерка, выборы превратились в пустую формальность - и для режима, и для оппозиции, хотя оппозиция и надеялась на другое. В ближайшем будущем выборов в Беларуси не планируется, поэтому у оппозиции почти не остается других способов донести свою мысль до общественности, кроме уличных протестов. Когда масштаб избирательных махинаций со стороны режима увеличился, Вечерка и другие политические лидеры начали заявлять, что главная цель участия оппозиции в местных выборах – «вызвать в людях интерес к весенним акциям протеста». При такой деятельности оппозиции, как в последние несколько месяцев, возникает логический вопрос: хоть кто-то делает выводы?

ОРГИНАЛ ПУБЛИКАЦИИ НА АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ