Кредиты вместо реформ? :: Хартыя'97 :: Навiны

В начале года, после того как Россия сделала первый шаг по переходу с Беларусью на рыночные отношения, руководители нашей станы и официальные СМИ успокаивали население, говорили, что ничего страшного не произойдет, белорусская экономика жизнеспособна и устойчива, люди не почувствуют трудностей. По итогам января премьер С. Сидорский даже назвал какую-то непонятную цифру экономического роста в 13%. И независимые эксперты также утверждали, что в этом году экономика Беларуси не должна ощутить серьезных проблем. Цена на газ, даже после повышения, не менее чем в 2,5 раза ниже мировой. Тем более, что были определенные запасы: профицит бюджета за прошлый год, 600 млн USD в Фонде национального развития. Тем не менее, уже в первые два месяца появились явственные симптомы надвигающихся экономических трудностей.

Прежде всего, начали быстро расти цены. Коммунальные тарифы уже в январе подорожали, исчерпав годовую норму повышения, определенную президентом. В Минске на 10 — 15% выросли цены на товары в магазинах вследствие роста налога с продаж. Особенно резко подорожали квартиры на вторичном рынке жилья. В первый же месяц года индекс цен производителей увеличился на 12,6%. Растут складские запасы продукции при сокращении запасов валюты. Завершающим аккордом можно считать письмо вице-премьера А. Кобякова, которое требует ужесточения контроля за экономической информацией, выходящей из государственных органов. То есть если нельзя изменить ситуацию, то нужно хотя бы управлять информацией о ней.

Но самым главным признаком нарастания экономических проблем стали лихорадочные поиски белорусским правительством иностранных кредитов. У австрийского Raiffeisen Zentralbank просят 1 млрд EUR, у Китая — 1,2 млрд USD. Наконец, у России Минск попросил кредит в размере 1,5 млрд USD.

Ситуация беспрецедентная. Ведь до сих пор невысокая внешняя задолженность (838 млн USD на начало нынешнего года) была предметом гордости, одним из основных пропагандистских козырей белорусского руководства. А. Лукашенко неоднократно хвастал, что вот, дескать, нам предлагали деньги и Сорос, и Международный валютный фонд, но мы из принципа не брали, чтобы не оказаться в зависимости от внешних сил, как некоторые наши соседи. И вот теперь власти готовы пожертвовать принципами и политическим реноме ради сохранения социальной модели и системы власти.

А ведь прошло всего только два месяца жизни при новых ценах. А что будет к концу года? А что будет в следующем году, когда цена на газ вырастет еще больше, чем в этом? Если такими темпами будем брать кредиты, то через пару лет что останется от нашей независимости?

Размеры кредитов, которые собирается получить правительство, вызвали удивление у независимых экономистов. Ибо они явно превышают пределы разумной необходимости. Что свидетельствует о панике, охватившей руководство страны. И это больше, чем что-либо другое развеивает миф о «сильной и процветающей Беларуси», о стабильности, о правильности антирыночного экономического курса, об особом пути развития страны, об «экономическом чуде» и «экономическом тигре» в центре Европы. Достаточно было только чуть повысить цены на энергоресурсы, как пропагандистские мыльные пузыри стали лопаться прямо на глазах.

Судя по всему, самое слабое звено, главную опасность власти видят в угрозе девальвации белорусского рубля. Ибо это может вызвать сокращение банковских вкладов физических лиц, банковский кризис со всеми вытекающими отсюда социально-политическими последствиями. Руководство страны напугано событиями конца прошлого — начала нынешнего года, когда население активно снимало рублевые вклады и покупало доллары, и Нацбанку для удержания ситуации под контролем пришлось жертвовать частью валютных запасов.

Теперь власти стремятся нейтрализовать потенциальную опасность. Для этого президент поручил правительству и Национальному банку обеспечить в этом году положительное сальдо внешнеэкономической деятельности не менее 500 млн USD. Ради этого принята программа замещения импорта, до предприятий доводятся соответствующие задания. Именно для страховки от возможных финансовых рисков власти и пытаются взять кредит.
Если кредит берет экономический субъект, то в большинстве случаев он окупается, приносит прибыль. Правительство же, как правило, берет кредитные ресурсы для затыкания бюджетных дыр. Иначе говоря, деньги берутся для того, чтобы проесть и сохранить у электората иллюзию благополучия. А отдавать долги будет следующее правительство или будущее поколение. Если бы власти занимали внешние ресурсы для страховки в ходе проведения реформ, тогда они были бы политически и исторически оправданы. В нашем же случае, кредиты берутся вместо реформ и для предохранения от реформ. Ради сохранения социального и политического статус-кво белорусское руководство готово жертвовать экономической независимостью страны.

Особая пикантность нынешней ситуации состоит в том, что с просьбой о кредите официальный Минск обратился к России. Только что отгремели последние залпы нефтегазовой войны. А торговая и информационная войны продолжаются, перейдя в холодную стадию. Руководители и официальные лица двух стран обменялись весьма нелестными характеристиками и оценками. Особенно преуспел в этом А. Лукашенко. Из его высказываний мы узнали много интересного и поучительного о гнилой сущности кремлевского руководства. Короче говоря, в Кремле окопались враги Беларуси и белорусско-российской дружбы.

И вот теперь к этим самым врагам официальный Минск обращается с нижайшей просьбой пожалеть, помочь, подать на бедность. А ведь по словам президента, «мы — гордый народ». Обращение к противнику в ходе войны с просьбой о финансовой помощи — это завуалированная капитуляция. Или современная вариация вечного сюжета о возвращении блудного сына. И опять же запах от кредита совсем не ароматный. Или деньги не пахнут?
Просто страсти от боевых действий улеглись, эмоции схлынули, пора возвращаться к грубой реальности. А она оказалась очень даже неприятной. Получить кредиты на Западе, во-первых, очень сложно, ибо репутация страны плохая. Во-вторых, если и дадут, то под большие проценты. А с Россией обсуждается вопрос даже о беспроцентном кредите. Поэтому, когда дело касается выживания, тут не до обид и сантиментов.

Но здесь любопытно другое. Сейчас Лукашенко поставил перед государственными органами задачу диверсифицировать источники энергоресурсов, найти новые возможности поставок нефти из каспийского региона, балтийских портов, по этому вопросу ведутся переговоры с Ираном и Венесуэлой. Эта же проблема будет главной во время предстоящего визита А. Лукашенко в Украину. И все это для того, чтобы избавиться от чрезмерной энергетической зависимости от России. Что из этих прожектов выгорит, пока сказать трудно. Но, получив российский кредит в размере 1,5 млрд USD, мы в дополнение к нефтегазовой зависимости попадаем еще и в финансовую зависимость от Москвы. Вместо осмысленной государственной политики работают первичные инстинкты реагирования на опасность. А это самый низкий уровень организации государственного организма.