Баррозу: «Необходимо европейское измерение» :: Хартыя'97 :: Навiны

Председатель Европейской комиссии Жозе Мануэль Баррозу принял небольшую группу журналистов накануне празднований 50-летия подписания Римского договора. Повод, чтобы рассказать о нынешней ситуации.

- Господин председатель, в Риме, Брюсселе и Берлине запланировано много праздников: возможно, слишком много для Европы, переживающей кризис?

- О каком кризисе вы говорите? Давайте посмотрим, как обстояли дела на протяжении последнего полувека. 50 лет назад Европа состояла из шести членов. Сегодня нас 27. Тогда у нас была минимальная власть, как внутри наших границ, так и за их пределами. Сегодня Европейский союз обладает сильной властью и пользуется в мире несравнимо большим авторитетом, чем когда имел в своем составе 6 или даже 12 членов.

- Вы хотите сказать, что все идет хорошо?

- Безусловно, у нас есть некоторые проблемы. И мы о них знаем. У нас есть экономическая проблема, потому что в последние годы в Европе показатели роста опустились ниже среднемирового уровня и ниже потенциального уровня роста. Но если эта тенденция исправляется, то существуют и многие другие слабые моменты, которые следует исправлять. Кроме того, существует правовая проблема, связанная с блокированием нового договора (о европейской конституции) на референдумах во Франции и в Нидерландах. И это не только практическая, но и психологическая проблема. Неспособность решить ее бросает негативный свет на реальность, которая, по моему мнению, довольно позитивная.

- И как же выйти из этого правового кризиса?

- Прежде всего, я бы хотел напомнить, что виновен в этой тупиковой ситуации не Европейский союз, а отдельные страны. Я в этом уверен. Но ситуация заставит всех понять, насколько важна дальнейшая интеграция. Это глобализация. Это необходимость решать проблемы, связанные с окружающей средой и изменениями климата. Это потребность в Европе для всего мира. Принимая во внимание то, что мы празднуем 50-летие, я с удовольствием напомню фразу одного из основателей, Поля-Анри Спаака: "Европа состоит из маленьких стран, в том числе и тех, кто этого пока не понял". Думаю, теперь, наконец, всем стало ясно, что необходимо европейское измерение.

- Если послушать то, о чем говорят в некоторых столицах...

- Следует уточнить: если цель – Европа, которая является федеральным супергосударством, то этой цели мы никогда не добьемся. И я не считаю это необходимым. Если же, напротив, мы говорим о гибридной системе, которая не отменяет национальных черт, но через методы, единые для всех членов сообщества, гарантирует определенный уровень политической последовательности, гармоничности и социальной солидарности, то, я полагаю, это возможно. Но для Европы это будет процессом воспитания и формирования, и всегда найдутся недовольные, которые мечтают о европейском супергосударстве.

- Оставим супергосударство и обратимся к конституционному соглашению, которое все воспринимают как амбициозный проект. Что может его спасти?

- Достаточно спасти суть конституции, подобрав самую близкую по смыслу формулировку текста, уже подписанного всеми правительствами.

- Но вы сами были первым, кто сказал, что договор мертв.

- Я ограничивался констатацией того, что текст, заблокированный на референдумах, не может быть вновь представлен без изменений. И последующие события подтвердили правильность моих слов. Теперь компромисс следует искать правительствам, а не Комиссии. Если бы зависело только от меня, я бы написал еще более амбициозный договор, чем тот, что был представлен на референдум. Но следует быть реалистами. Комиссия поддержит решение, которое будет самым спасительным. Но, прежде всего, мы за действенное решение.

- Что вы хотите этим сказать?

- Я хочу сказать, что с этой обстановкой застоя следует заканчивать как можно быстрее. Начинает складываться порочный круг, в котором пессимизм евроэнтузиастов усиливает скептицизм антиевропейцев, и наоборот. Таким образом, мы служим плохую службу Европе. Я политик, и я по опыту знаю, что люди голосуют только за то, во что верят. Если и дальше говорить, что Европа переживает кризис, что она не функционирует, как в таком случае можно просить людей, чтобы они голосовали за Европу?

- Значит, надо скрывать кризис?

- Нет. Я хочу сказать, что даже на этом этапе конституционного застоя нам удалось прийти к единому мнению по директиве об услугах, по директиве Reach, которая касается химической промышленности, мы единогласно проголосовали за очень спорный бюджет, разработали самый амбициозный на планете энергетический план, создали фонд глобализации и Институт европейской технологии, приняли программу, которая на 50% увеличивает ассигнования на научные исследования. По моему мнению, это неплохие результаты. Но в некоторых оценках глав правительств чувствуются упаднические настроения, и это служит плохую службу Европе.

- Через 10 дней эти главы государств примут торжественную декларацию по случаю 50-летия ЕС, в которой вряд ли будет сказано что-то новое. Для чего все это?

- Декларация нужна. Это способ вновь заявить о готовности идти единым путем, и это имеет большую политическую важность. Не будем забывать, что 12 новых стран-членов впервые примут на себя торжественные обязательства. До этого они присоединялись к договорам и соглашениям, подписанным другими странами. Теперь они сделают это лично. И это также по-своему важно.

Андреа Бонанни, La Repubblica