Белорусский вызов: демократический ответ :: Хартыя'97 :: Навiны

В 2006 году были достигнуты наиболее результативные показатели развития последних 20 лет – благодаря уникальному наложению позитивных внешних факторов. Это цены на нефть и газ, отсутствие ограничений по продаже российских ресурсов на мировом и региональном рынках. Конечно, были краткосрочные периоды доминирования внутренних рынков и внутреннего спроса, который вызывал рост инвестиций и секторальную динамику. Более мощными все-таки оказывались факторы внешнего спроса и продаж белорусской продукции на региональных и мировом рынках.

Основные агрегированные показатели 2006 года дают следующую картину. Приоритетной была активность на внешних рынках, что привело к росту доли ЕС в общем экспорте до 50%. Внешний рынок стимулировал активность на внутреннем рынке. За счет 8,3-миллиардной (в USD) дотации со стороны России можно было увеличивать инвестиции на 1/3 и на 17% – реальные доходы домашних хозяйств. Всё это создавало крайне позитивный образ экономической политики правительства.

Начало 2007 года свидетельствует о том, что правительство пребывает в состоянии интеллектуального и системного паралича, что в конечном итоге означает стремление остаться в рамках старых правил. Отличие касается преимущественно способов изыскания ресурсов. В этом отношении очевиден поиск пути защиты и сохранения экономического суверенитета Беларуси. Впрочем, такая формулировка не является достаточно точной, так как защищать правительству приходится главным образом А. Лукашенко и засидевшуюся во власти паразитическую номенклатуру. Что может сделать белорусское руководство? Новое или старое – это вопрос отдельный. Главное, что вообще можно принять в качестве принципиальной основы всей экономической и политической стратегии?

Первый вариант – брать кредиты (Россия, Запад), не меняя затратную и неэффективную политику. Поддерживать тем самым видимость верности выбранного курса. Достаточно USD 1,5 млрд. кредитов России (которая имеет USD 306 млрд. валютных резервов) и USD 650 млн. за счет продажи Белтрансгаза – и тема может быть закрыта. Разновидностью этого варианта является продажа «фамильного серебра» – лучших национальных предприятий (разновидность номенклатурной приватизации). Внешне она может проходить с использованием российского и западного капитала и повторять прецеденты приватизации 90-х гг. в соседних странах. В итоге платить придется дважды: сначала поставщиками энергии проданной собственностью, затем кредиторам – будущими доходами от чего неизвестно. Скорее всего, за счет заработной платы и доходов бизнеса, изымаемых посредством налогов.

Таким образом, в первом варианте происходит финансирование политической элиты либо за счет доходов будущих поколений (кредиты), либо настоящих (собственность). Осуществлять такой вариант спустя 15 лет после обретения независимости и проведения собственной национальной экономической политики – расписаться в собственном бессилии и непрофессионализме.

Второй вариант – экономия и рационализация производства и потребления. Никаких миллиардных кредитов и долгов. Кому бы то ни было – ни Западу, ни Востоку. Нет необходимости продавать и «фамильное серебро». Страна должна сама себя выводить из данной ситуации. Второй вариант и является реальным направлением изменений. Это путь в новую экономику и системное изменение экономической и социальной политики, путь без иллюзий, но и без аскетических ограничений.

Что следует принимать во внимание? Если Россия оказывает кредитную поддержку руководству Беларуси, то оно берет курс на «предпродажную подготовку» страны и затягивает А. Лукашенко и белорусское правительство в кредитный капкан. Последующий сценарий – мягкое, но неуклонное втягивание страны в процесс вхождения в Россию, прежде всего в форме контроля России над экономикой Беларуси. Что в свою очередь приведет к изменению экономической системы.

Необходимо понять, какой тип реакций предприятий и населения мы можем прогнозировать при негативном развитии процессов. Оценка складывается из нескольких «кейсов»: основные макроэкономические агрегаты (динамика, тренды), покупки домашних хозяйств (ситуация потребления), доходы и сбережения, уровень прибыльности и убыточности предприятий страны. Особое место – обменный курс и денежная стабильность, инфляция и разрушение сбережений (возврат к ситуации развала СССР).

Наша гипотеза предполагает, что в 2007 году будут проявляться признаки дисбаланса экономики в связи с изменением цен и тарифов и ухудшением экспортных позиций страны. В совокупности эти факторы могут вызывать краткосрочные финансовые разрывы, давление на валютном рынке и ухудшение бюджетных позиций. Если данные факторы будут накладываться друг на друга, то это приведет к дестабилизации экономической ситуации. Одновременно существует вероятность и социальной дестабилизации, которая будет иметь и общую и собственную логику. В каждом случае фокусировка проблем будет происходить в рамках тех трендов и тенденций, которые проявили себя в 2006 году и представляют результаты официальной экономической политики.

Кейс 1. «Основные агрегаты в динамике конфигурации»

Три года наращивания экспорта и значительного увеличения вывоза нефтепродуктов по-разному сказывались на векторах изменений национальной экономики. Выявим, как экспортные потоки коррелировали с доходами домашних хозяйств, выпуском промышленного сектора и инвестиционными вложениями. Можно считать реальным изменение самой конфигурации потоков товаров и денег.

Что происходит в последние три года? ВВП примерно поддерживается на уровне 9-10%, что является достаточно высоким показателем для транзитивных стран. Это синтез выгодных условий – нефть и газ. Важная тенденция – увеличение инвестиционной динамики. Позитивным является то, что за три года резко стали расти темпы инвестиционных вложений, которые в 2006 году вышли на показатели бума – 31,4% годового прироста. В основном более динамично работают агрегаты экспорта и инвестиций. Выпуск промышленного сектора и доходы более консервативны, хотя и это можно считать условным.

Когда экспорт и инвестиции обладают самой высокой динамикой, такой вариант макроэкономических тенденций является выгодным для долгосрочных изменений. Но в нашем случае экспорт полностью зависит от российского фактора и может резко разрушиться. Восстановить аналогичные показатели можно будет за несколько лет, но в краткосрочной перспективе это сделать невозможно.

Снижение экспортных потоков уменьшает приток валюты и вызывает ослабление национальной денежной единицы. Отрицательные тренды обменного курса могут быть диагностированы уже в первом квартале 2007 года. Для преодоления данной проблемы необходимо либо использование методов девальвации (автоматическое развязывание инфляции), кредиты на поддержку национальной валюты, либо рационализация импорта и сдерживание потребления энергоресурсов (газ, нефть). Лучшим средством является увеличение экспорта, но это требует нескольких лет.

Вариантом может быть и политическое решение возврата отношений с Россией к прежнему состоянию. Скажем, к ситуации до марта 2006 года. Это возможно при правильной постановке задачи и ее решения в пользу национальных экономических интересов.

Оценка вариантов действия должна учитывать ситуацию в сфере доходов и расходов домашних хозяйств, потребительских настроений и потребительского выбора, типа поведения в условиях жестких бюджетных ограничений.

Кейс 2. «Доходы и расходы на национальном уровне»

Одним из серьезных последствий избранного типа развития страны является формирование новой субсидиарности, которая становится препятствием для серьезных изменений экономики и общества. В различных социальных группах нет критического отношения к нарушению равновесия между мерой труда и мерой потребления. Точнее, само нарушение пропорций ВВП и доходов не воспринимается как угроза экономическому и социальному равновесию. Вместе с тем именно такие дисбалансы и создают препятствия нормальному развитию страны, когда собственные ресурсы и потенциал ведут к успехам на внешнем и внутреннем рынках.

В Беларуси в течение последних лет реальные доходы населения оторвались от результатов экономики. В 2006 году, например, ВВП вырос почти на 10%, а доходы – на 17,3%. Страна делит и потребляет незаработанное. Будь то нефть, которую перепродаем в чистом или переработанном виде в ЕС и страны мирового сообщества. Или дешевый газ, который продавался в 3-5 раз ниже, чем в соседние страны.

Экономическая ситуация развивается по следующему алгоритму: экспортные продажи – приток валютной выручки – рост доходов на внутреннем рынке – рост продаж национального производителя – рост заработной платы и доходов – рост ВВП.

При этом сам ВВП не развивается как диверсифицированный результат реструктуризации экономики. Идет линеарное увеличение потоков товаров и денег. Конкурентность производства практически не оказывает влияния на решения хозяйственных субъектов. Достаточно лоббировать закрытие ниш внутреннего рынка, чтобы сохранить свои доходы и монопольное положение на рынке. Это явно видно на потребительском рынке. Продовольствие на 14% представлено импортными продуктами питания, которые уже дешевле белорусских. Так, например, в соседней Польше мясопродукты на 30-40% дешевле белорусских, но допуск их на белорусский рынок пока невозможен. Непродовольственные товары более широко представлены иностранными производителями. 30% этих ниш рынка заняты конкурентными импортными товарами.

Особый аспект – импорт. Он в основном развивался за счет импорта нефти, что давало максимальный эффект при экспорте нефтепродуктов на общую сумму в 6 миллиардов долларов. Неуплачиваемая экспортная пошлина в чистом виде составляла 3600 миллионов долларов ежегодно. При снижении импорта нефти почти автоматически будет расти и отрицательное сальдо торговли с Россией. Даже при сохранении других потоков товаров, вывозимых из Беларуси в Россию.

Кейс 3. «Покупки домашних хозяйств на национальном уровне»

Экономическое развитие последних лет существенно сказалось на потреблении домашних хозяйств. На фоне растущих потребительских доходов стали быстро развиваться стандартные потребительские волны, в результате чего домашние хозяйства страны в течение 15 лет переходили от волны продовольственной (первая волна) до четвертой (недвижимость, квартиры, автомобили). В 2006 году мы уже имели конкретные результаты потребительских ориентаций белорусского населения.

Главный момент: в последние годы создался потребительский стереотип высокого уровня массового потребления. Как это было в 60-х годах в США и чуть позже в Европе. При росте средней заработной платы до 611 тысяч население перешло к новой типологии потребления – уменьшение прироста покупок «простых» продуктов питания в пользу непродовольственных товаров и товаров типа премиум. В основной части расходов это аналогично переходу к четвертой потребительской волне – увеличение доли расходов на покупку квартир и автомобилей.

Это означает, что рост расходов на непосредственные нужды – квартплата, хлеб, молоко и предметы первой необходимости – составят в психологическом плане негативный тип отношения к ситуации. Правительство будет «переводить стрелки» на энергофакторы. Вместе с тем требуется доказать, что особенности ситуации связаны с бездеятельностью высшего руководства в политике национальной экономической эффективности, включая энергопотребление.

Альтернативой ситуации «кризисного давления» на население будет политика стимулирования деловой активности и самостоятельности выбора политики доходов предприятиями, фирмами и населением. Частичное использование административных мер может и должно сопровождаться новой политикой доходов и потребления. Ограничения – только в отношении тех расходов правительства, которые не скажутся на функционировании эффективного и недорогого аппарата чиновников и институтов государства.

Белорусский вызов: демократический ответ (Часть 2)

В Беларуси с советских времен существует недетская любовь к промышленности. Этакий вариант любви крестьянина к трактору. Это, как бы, естественно. Не любить же ему газонокосилку?

Наша героическая любовь к промышленности дает ответы на многие вопросы психологических установок нынешней политической и экономической элиты. В русле мировых тенденций мы должны бы всеми силами развивать сферу услуг. Промышленности – содействовать и поддерживать. Проводить ориентированную в будущее промышленную политику и реструктурировать сектора промышленности. Менять товарные позиции.

Это не делалось. Причем скатывались на ровном месте. «Промышленном» месте. К примеру: во всем мире резкий рост производства скутеров и малых мотоциклов, а у нас проваливается со сбытом за пределы собственной страны столичный мотовелозавод.

Кейс 4 «Экономическая динамика секторов и сегментов промышленности»

Успехи нефтепереработки оказали наркотическое воздействие на руководство страны, что нашло отражение и в формулировке мифа о «белорусском экономическом чуде». Крайне негативное воздействие идеологии «экономического чудотворения» оказало и оказывает на само население страны. Снижение дотационного субсидирования со стороны России с 8300 миллионов долларов до 5700 миллионов долларов в год становится поводом ожидаемой истерии со стороны действующих полисимейкеров. Однако действия России были ограниченными и не наносили Беларуси неприемлемого экономического ущерба.

Ситуация 2007 года будет связана с реальным изменением товарных потоков отраслей и сегментов экономики страны. На представленной графической диаграмме 5 можно увидеть дифференциацию в выпуске товарной продукции ведущими отраслями промышленного сектора страны. Ряд отраслей – от топливной до пищевой – имеют приличную динамику агрегатов совокупного выпуска (не учитывая изменения товарных запасов). Действительно, темпы прироста от 23% до 6.7% являются высокими или достаточно приемлемыми для развивающейся рыночной среды. Это – «правое полушарие». Но есть и нечто иное в национальной экономике.

Иное представлено «левым полушарием». Это – отрасли от электроэнергетики до легкой промышленности. Именно данные отрасли странным образом оказались аутсайдерами государственной политики. Вольно или нет? Скорее всего, они были неинтересны для правительства и загонялись на «второй план» в блестящей картинке успехов Беларуси на нефтяной волне.

Диаграмма 5. «Динамика отраслей экономики Беларуси в 2006 году, в % по сравнению с 2005 годом »

Итоги отраслевого развития дают основания считать, что жертвами официальной моделистали: легкая промышленность, деревообработка и лесная промышленность, электроэнергетика. Отрасли, которые были очень успешными десятилетия и приносили высокие экспортные доходы. В середине 90-х годов белорусская мебель на 90% экспортировалась, хорошо продавались на внешних рынках одежда и обувь. Эти товарные группы были сферой региональной специализации, и внешние рынки хорошо реагировали на национальные бренды. Качество экспортной продукции легкой или лесной промышленности было более высоким по сравнению с другими производителями. Данное преимущество в последние годы было утеряно очень быстро и очень некстати.

Почему морально и материально разорилась легкая промышленность и стала грузом для страны? Причина – неэффективное государственное управление и руководство. Противоположностью такому положению дел являются примеры удачного национального бизнеса в швейном производстве, развитие малых частных предприятий, особенно в западных областях страны. Брест стал по существу швейной столицей СНГ, где создаются новые модели и новые коллекции одежды, которая легко продается на внешних рынках. Особенно по восточному вектору. Вместе с тем, именно эта часть делового активного сообщества и боится давления власти. Они победили государственную собственность объективно, стали лидерами своего рыночного сегмента, но вынуждены опасаться прессинга со стороны различных органов власти.

Аналогичная ситуация имеет место и в производстве мебели, деревообработке. Там плохо работают государственные предприятия, но выживают и прибыльно работают небольшие и рационально организованные бизнес структуры. Часто очень небольшие и легко диверсифицируемые. Проблемы – с государственными и иными нечастными предприятиями и производствами.

В краткосрочном периоде можно прогнозировать ухудшение ситуации в этих неударных отраслях, что может привести их вообще в кризисное состояние. Для предприятий будет необходима санация, мерджер и кризисное управление по самому жесткому типу. Без вливаний со стороны правительства и без бюджетных субсидий регионов и иных органов власти.

Ситуация в отраслях промышленности связана и с финансовым положением белорусских предприятий. Эти вопросы станут самыми сложными в ближайшие месяцы и годы.

Кейс 5 «Финансовое положение секторов и сегментов экономики страны»

Специфика экспортных позиций и доходов по-разному отразились на положении основных отраслей национальной экономики. Внешние цены были самым главным фактором положительных результатов – при наличии гарантированных и недорогих поставок углеводородного сырья.

Геополитика и геоэкономика в прошедшие годы работали на Беларусь. Российские нефтедобытчики сделали из страны специальную экономическую зону высокой прибыли и ухода от налогов. По существу, все, что связано с нефтью и ее переработкой были высоко прибыльным для предприятий и национальной экономики.

Химическая и нефтехимическая промышленность с прибыльностью под 25-30% были лидерами. Это имеет и специфический оттенок. Сырье для данных предприятий – российское, цены низкие и отсутствовали экспортные пошлины, которые не выплачивались российскому министерству финансов.

У других предприятий норма прибыли была ниже, но их финансовое положение с 20-17% прибыльностью следует считать хорошим. В целом, так как имеются и свои собственные проблемы, которые являются следствием старых и нерешенных системных задач.

Тракторостроение – монополист. Медицинская промышленность – имеет все проявления монополизма, особенно с учетом государственной системы здравоохранения, которое и покупает продукцию данной подотрасли. Всегда и по ценам выгодным для производителя. Оплачивают в конечном итоге – больные и их родственники.

А что у аутсайдеров? Тех отраслей, которые зарабатывают меньше, не имеют возможностей получать высокие финансовые результаты. Вопрос интересный по причине последствий проводимой экономической политики.

Отрасли прибыльны, вопрос в средней норме. Среди специалистов существует мнение, что средняя норма прибыли соответствует 14-15%. Это не догма, а руководство к действию. Или мерам по поощрению активности тех или иных секторов экономики. В разных странах получается по-разному. Иногда крупные автомобильные гиганты балансируют на 3-4% норме прибыли. Срабатывает закон больших чисел, и сама масса прибыли дает возможность маневрировать большими, миллиардными величинами. Включая и необходимые инвестиционные решения. При, казалось бы, невысокой норме прибыли. Такова специфика ТНК и крупных компаний, работающих на глобальном рынке.

Прибыльные, но мало прибыльные предприятия страны представляют такие отрасли, как станкостроение, мясную, молочную, текстильную промышленность. Что можно прогнозировать для этих предприятий? При новых тарифах на газ и росте энергозатрат, включая и электроэнергию, именно эти отрасли станут рискованными. В ближайшее время они автоматически могут превратятся в убыточные.

Самое опасное – молочная и мясная промышленность являются в последние годы экспортными ударными группами. Они субсидируются косвенно через аграрный сектор и без этого вообще могли бы стать убыточными. Если бы работали на местном сырье. Если же они переключаются на внешние поставки (мясо по 1 доллару за 1 кг, молоко по 200 долларов за 1 тонну), то рост прибыльности вполне предсказуем. При известной реструктуризации и новой сырьевой базе стоимость продукции снизится и сравняется, например, с Польшей.

Стоимость конечной продукции аграрного сектора, легкой промышленности сказывается и на уровне жизни белорусских семей. При оценке ситуации в этой сфере следует разделить всех получателей доходов на бенефициаров системы и лузеров. К последним относятся самые низкооплачиваемые отрасли экономики. Эффект роста трудностей скажется самым сильным образом именно на этих категориях населения и профессиональных групп занятых. Данные вопросы будут представлены в следующем кейсе.

(продолжение следует)