Посол Оке Петерсон: «Надеюсь, власти и оппозиция проведут Европейский Марш вместе» :: Хартыя'97 :: Навiны

Руководитель Офиса ОБСЕ, посол Оке Петерсон после двух лет работы в нашей стране уезжает из Беларуси. Новая должность дипломата -- специальный представитель генерального секретаря Совета Европы в Украине. Перед отъездом из Беларуси господин Петерсон согласился ответить на вопросы пресс-центра Хартии’97.

-- Господин Петерсон, сегодня ОБСЕ сравнивают с ООН времен «холодной войны». Многие решения ОБСЕ, особенно те, что касаются нарушений прав человека и проведения выборов в таких странах, как Беларусь, спаривается Россией и другими странами СНГ. Позиция этих государств также тормозит реализацию решений ОБСЕ. Какой Вы видите выход из сложившейся ситуации?

-- Решение некоторых вопросов сегодня действительного происходит слишком медленно, но я не думаю, что таких вопросов много. Я не буду говорить, что ОБСЕ – это дискуссионный клуб. ОБСЕ научилась признавать тот факт, что не все страны развиваются одинаково. Мы работаем для того, чтобы все выполнили взятые на себя обязательства. Конечно, сегодня этих спорных вопросов среди стран-членов ОБСЕ больше чем, раньше. Но я думаю, что у ОБСЕ есть платформа и механизмы, которым помогут нам придти к консенсусу.

Конечно, Россия и другие страны имеют свое мнение, например, по поводу того, как в Беларуси проводятся выборы. Раньше Россия, кажется, придерживалась той же позиции, что и большинство других стран-участниц ОБСЕ. Потом все изменилось. Тем не менее, Россия все-таки выразила желание поднимать многие вопросы. Например, выработала более четкую позицию по отношению к деятельности БДИПЧ ОБСЕ.

-- Еще несколько лет назад, несмотря на то, что мандат Офиса ОБСЕ в Беларуси по настоянию белорусских властей был значительно ограничен, сотрудники офиса отслеживали ситуацию в белорусских тюрьмах. Сегодня условия в белорусских изоляторах и колониях ужесточились. Например, узникам белорусских спецприемников-распределителей запрещено получать продуктовые передачи, людей неделями не выводят на прогулки. Один из арестованных во время празднования 27 июля Дня Независимости активистов оппозиции из спецприемника был помещен в больницу с диагнозом «отравление». Находится ли эта ситуация под контролем Офиса ОБСЕ в Минске?

-- Я не могу сказать, что это находиться под контролем. За это несут ответственность белорусские власти. Мы здесь для того, чтобы привлечь внимание к недостаткам, которые имеют место в этой стране. Раньше мы довольно интенсивно работали в этом направлении с властями, посещали тюрьмы. В прошлом году мы обсуждали ситуацию в нескольких тюрьмах. Конечно, это не все тюрьмы, это только маленькая часть. Нам казалось, что ситуация начала менять в лучшую сторону. Во всяком случае, там, где мы работали. Потом, конечно, возможно, все возвращалось к прежнему плохому состоянию. Поэтому ситуация в белорусских тюрьмах продолжает нас беспокоить. Там, где мы видим возможным и нужным, мы стараемся работать, обращать на это внимание белорусских властей.

Я не знал о том, что вы мне рассказали. Многое изменилось после того, как вступили в силу новые статьи Кодекса об административных правонарушениях. Сейчас я, конечно, понимаю, что Офису ОБСЕ необходимо уделить этой проблеме внимание.

-- За время работы в Беларуси вы неоднократно присутствовали на процессах над оппозицией. В частности, на таких частых в последнее время судах за «деятельность от имени незарегистрированной организации». Как вы оцениваете белорусскую судебную систему?

-- Это хороший вопрос. В Беларуси очень сложная судебная система. Я видел много недостатков в работе судов, видел поведение белорусских судей, которое мне казалось совершенно неприемлемым и не соответствующим стандартам ОБСЕ. Конечно, есть над чем работать, что улучшать. Мы предлагали белорусским властям работать с нами над улучшением кадров судебной системы. Мы не могли согласиться только с конкретными проектами подобного плана. Хотя я знаю, что ООН все-таки приступает к такому проекту, собирается повышать квалификацию белорусских судей.

Конечно, прежде всего, должна присутствовать политическая воля белорусских властей. Наша задача -- обращать внимание на недостатки и стараться убедить власти в необходимости проводить реформы. На мой личный взгляд, чем раньше это произойдет – тем лучше. Пока мы не смогли убедить белорусские власти в этом. Конечно, мы будем продолжать работу. Цель ОБСЕ – вовлечь Беларусь в потоки развития различных судебных систем стран-членов ОБСЕ. Мы бы хотели, чтобы Беларусь использовала опыт этих стран. Я думаю, что, в конце концов, белорусские власти поймут, что они не могут приобрести этот опыт самостоятельно и должны воспользоваться нашей помощью.

-- Что, на Ваш взгляд, Офис ОБСЕ сегодня может сделать для освобождения белорусских политзаключенных?

-- ОБСЕ не раз выражала свою озабоченность теми немотивированными судебными процессами и арестами, которые проходили в Беларуси. Мы продолжает предпринимать все возможные усилия для того, чтобы белорусские политзаключенные вышли на свободу. Я вижу, что такие политические организации, как ОБСЕ, и такие международные организации, как Евросоюз, считают этот вопрос одним из самых главных. Это основное условие, при выполнении которого возможно улучшение отношений Европы с Беларусью.

-- ОБСЕ не раз критиковала белорусские власти за нарушение принципов свободы слова. Сегодня Александр Лукашенко объявил о необходимости «наведения порядка» в Интернете. Это случилось вскоре после приезда в Минск представителя ОБСЕ по свободе СМИ, которого долго добивались белорусские власти. Как Вы можете прокомментировать эти заявления?

-- Мы очень часто общались с представителями властей на эту тему. Мы обсуждаем эти вопросы, чтобы владеть большей информацией и понимать, как лучше помочь. Предлагаем учесть опыт других стран, прежде чем принимать какие-то решения. Эту информацию мы также собираемся обсудить вместе с представителем ОБСЕ по свободе слова Миклошем Харашти. Мы рассказали ему о ситуации с белорусским Интернетом. Но еще рано делать какие-то оценки, поскольку пока это только заявления. Тем не менее, ситуация под нашим контролем.

-- Есть ли сегодня у ОБСЕ реальные механизмы влияния на ситуацию в Беларуси?

-- Это трудный вопрос. Я считаю, что само присутствие нашего Офиса в Беларуси, наша работа имеет какое-то значение. Возможно, оно небольшое, но никто не говорит, что мы должны уехать. О нашей деятельности судить вам. Мы имеем опыт влияния на ситуацию, не только в Беларуси, но и в других странах. Возможно, нам нужно стараться убедить всех в том, что мы работаем здесь, чтобы оказать помощь вашей стране. Конечно, мы критично относимся к собственной деятельности. Но стараемся сделать все возможное.

-- Известно, что ни один из проектов прошлого года, о совместной реализации которых договаривались Офис ОБСЕ и белорусские власти, не выполнен. Вы заявляли, что связано это с тем, что любой проект, который осуществляется под эгидой ОБСЕ, должен быть согласован с властями Беларуси. Почему так трудно договориться с официальным Минском? Какие могут решения данной проблемы?

-- На самом деле в экологическом и экономическом измерении некоторые проекты были реализованы.

О проблемах реализации проектов мы говорим постоянно с тех пор, как власти ввели процедуру регистрации международной технической помощи и согласования проектных предложений, поддерживаемых Офисом ОБСЕ. Существующие процедуры усложняют нашу работу. Проблема в том, что мы работаем здесь 12 месяцев, наш мандат должен продлеваться каждый год. И мы не можем согласовывать проекты до начала года. Только с нового года мы начинаем согласовывать проекты, потом каждый исполнитель должен подавать эти проекты на регистрацию, и только потом, если проекты одобрены, мы должны успеть их реализовать до конца того же самого года. Понятно, что очень трудно успеть сделать все. Мы используем всю нашу креативность, но все равно остается многое невыполненным. Я думаю, что мы заслуживаем большего уважения наших взглядов и нашей деятельности.

-- С чем связан ваш досрочный отъезд из нашей страны?

-- Досрочный? Я не знаю, мой предшественник был здесь немного дольше меня – 2,5 года. Я работаю в Беларуси два года. Мы работаем здесь на краткосрочные контракты. У меня есть возможность применить свой опыт и энергию в других областях и в других странах.

-- Что на Ваш взгляд, стало самым большим достижением во время работы в Беларуси?

-- Каждое утро просыпаюсь и задаю себе вопрос: «Где я могу принести большую пользу?». Я знаю, что к нашей деятельности много претензий у белорусского гражданского общества. Поэтому очень трудно назвать одно достижение. Но иногда я думаю, что все это имеет какое-то глобальное значение. Я рад тому, как мы работали в областях экономики и экологии, где мы быстро, конструктивно, без проблем реализовали несколько хороших проектов. Я думаю, что здесь мы имеем хорошую базу для работы в будущем. Но я не доволен реализацией проектов по человеческому измерению.

-- Самое большое потрясение, которое Вы испытали в нашей стране?

-- Меня поразил уровень культуры и образованности белорусов. Ваши власти должны гордиться тем, что имеют такую конструктивную оппозицию.

Меня также потрясла природа Беларуси, особенно ваши болота. Поверьте, это источник больших возможностей. Их необходимо сохранить и развивать, поскольку на белорусских болотах живут редкие виды животных и птиц, растут удивительные растения. Власти должны понимать, какую несут ответственность за эти природные богатства.

-- Какой опыт Вы извлекли из работы в Беларуси?

-- Я научился работать на 56 работодателей, ведь столько стран-участниц ОБСЕ. Каждая из этих стран имеет собственное мнение, и я должен учитывать это. Это очень большой опыт. За время своей работы в Беларуси мою деятельность поддерживали большинство стран-участниц ОБСЕ и это очень важно. Вообще, работать в международной организации очень интересно. Только в одном нашем офисе было столько людей разных национальностей! У нас работали и работают люди не только из Беларуси, но и из Армении, Германии, Болгарии, Франции. Я могу только пожелать своим коллегам приобрести такой колоссальный опыт.

-- Ваша новая должность -- специальный представитель генерального секретаря Совета Европы в Украине. Вы рады вернуться в Киев, где раньше работали послом Швеции?

-- Да, я хочу вернуться в Киев. Об этом городе у меня много воспоминаний, и там осталось много дел, которые бы хотелось завершить. Думаю, что мой опыт и энергию там можно применить. Я рад, что приеду в Украину в новой должности. Это новые возможности для реализации поставленных задач.

-- Белорусские демократические силы объявили о намерении провести 14 октября Европейский Марш «За Свободу!». Как вы относитесь к этой инициативе?

-- Я приветствую эту инициативу. Мне импонирует, что оппозиция в соответствии с законом направила минским властям заявку и более того – предложила властям поддержать эту акцию. Я считаю, что это действительно пойдет на пользу Беларуси. Я знаю, что оппозиция уже призывала власти вместе отметить 25 марта День Воли. Однозначного ответа она тогда не получила, но все-таки, мне кажется, были какие-то знаки взаимопонимания. Надеюсь, что в этот раз власти и оппозиция действительно проведут Европейский Марш вместе.

-- Какие у вас увлечения, помимо работы?

-- Вначале я очень часто посещал театры. Мне нравится ваша опера – уровень музыки очень высокий.

Помимо этого я занимаюсь бегом, немного играю в теннис. Но самое главное мое «увлечение» -- моя семья. Я стараюсь, как можно чаще приезжать в Швецию, чтобы увидеться со своими родными.

-- Что Вас больше всего поразило в белорусской истории?

-- Меня поразила ваша трагическая история. Слишком много войн прошло через вашу землю. Поразило, как много травм это нанесло белорусскому народу, как это отразилось на характере белорусов. Мне кажется, это чувствуется до сих пор…

-- Каким Вы видите будущее нашей страны?

-- Уверен, что Беларусь рано или поздно выполнить требования ОБСЕ и будет включена в процессы европейской интеграции. Поверьте, это перспективный путь.