Борис Немцов: «Я никак не ожидал, что Россия так быстро станет Беларусью»
7
12:07, — Политика
Я за последние недели исколесил всю Россию вдоль и поперек и встретился уже с десятками тысяч сограждан. То, что пахнет «совком», — это мягко сказано. Они сегодня насильно загоняют людей на митинги под кодовым названием «Путин, останься, куда ты, отец родной, -- пишет один из лидеров Союза правых сил России Борис Немцов на страницах журнала «Эксперт».
Я такой митинг видел в Волгограде. Организован он следующим образом: идет разнарядка в университеты с требованием студентам ставить зачеты и снимать их с занятий, а также сгонять туда учителей, врачей и прочих работников бюджетной сферы. Там записные ораторы типа ивановской ткачихи что-то неистово вопят, все это снимается на телекамеры, чтобы потом еще показывать по телевидению с утра до вечера. А в авангарде, как всегда, творческая интеллигенция: все, пожалуй, читали письмо Церетели и Михалкова и видели михалковский фильм, где он пускает скупую мужскую слезу: «На кого ж ты нас, Владимир Владимирович, бросаешь?»
Павел Астахов, известный российский юрист, недавно выступал с истерикой, тоже предложил господину Путину навеки остаться. А съезд муниципалов? Путин ведь вначале уничтожил местное самоуправление, разогнав соответствующий совет, теперь перед выборами вернул, а они только этого и ждали, и бурные продолжительные аплодисменты душителю местного самоуправления раздались от глав местного самоуправления.
Очень много холуйства, лицемерия, вранья, искренности ничтожное количество, правды вообще никакой. Все показывают свою любовь к власти. Но ведь любовь к власти — это извращение. Любить надо маму, папу, детей, близких, женщин и коллег, а к власти можно относиться с доверием или недоверием, с уважением или без оного. Этой болезни подвержены прежде всего генетические холуи и подхалимы, которые в своем экстазе могут привлечь и вполне порядочных и приличных людей.
Есть, правда, свободные люди с чувством собственного достоинства, и именно для них мы идем на выборы.
Конечно, при советской власти мне было лучше. Хотя бы потому, что я был моложе и сильнее. И мы ведь ностальгируем по своей молодости, а не по режиму. Режим тогда был очень похож на путинский: нас заставляли писать про Брежнева сочинения, вначале в школе, а потом в университете; учить «Малую землю», эту унылую книжку. Но на кухне тогда была свобода. И тогда и сейчас на публике было одно, а на кухне — другое. И тогда и сейчас было полное хамство и равнодушие власти. В общем, «гуманная» такая власть, она и тогда была гуманной, и сейчас.
Что еще хорошее было? Было некое такое братство свободных людей, которые выступали против этой одряхлевшей, обнаглевшей власти. Народ ее глубоко презирал, она ему отвечала взаимностью. И сейчас, мне кажется, мы движемся к тому же самому. Еще чуть-чуть, и все эти митинги перерастут в глухой ропот, а потом в раздражение. К сожалению, я никак не ожидал, что Россия так быстро станет Беларусью, а она ею становится. Чиновники часто говорят: «Ну, мы бы за тебя проголосовали, но ты же понимаешь, мы должны быть за Путина, да, он деньги у нас отнял, полномочия, но мы же не можем быть против — нас с работы выгонят».
