Николай Сванидзе: «Речь шла о личном финансовом фонде Лукашенко»
1
15:04, — Политика
Анатолия Лебедько не выпускают из Беларуси из-за уголовного дела, которое возбудили в 2004 году после интервью с российским журналистом Николаем Сванидзе. Радио “Рацыя” связалось с бывшим ведущим программы «Зеркало» на канале РТР и расспросило его, что тот думает по поводу сложившейся ситуации.
– Я хочу, чтобы дело с Лебедько успешно завершилось. Конечно, моей вины в том, что с ним случилась, объективно и субъективно нет. Но в какой-то степени я ощущаю себя виновным в его серьезных трудностях. В любом случае я желаю этому смелому, решительному человеку, чтобы все у него разрешилось успешно.
– В 2004 году вы говорили, что готовы приехать в Беларусь и выступить на судебном процессе по этому делу. Сделаете ли это теперь, если возникнет необходимость?
– Я не готов дать вам определенный ответ. У меня очень сложные отношения с Лукашенко. Точнее, у него сложные отношения со мной. И я не уверен, что этот визит физически может состояться.
– Вы боитесь, что вас не пустят в Беларусь?
– Думаю, может возникнуть целый ряд трудностей. Я не уверен, что меня пустят в Беларусь. Так же не уверен, что меня выпустят. Это сложная проблема, и я не готов сейчас дать точный ответ.
– Помните ли вы, о чем беседовали с Анатолием Лебедько в 2004 году и за что против него было возбуждено уголовное дело?
– Прошу меня понять, что это было три с половиной года назад. Поэтому деталей я не помню. Но речь шла о личном финансовом фонде Лукашенко, в котором аккумулируются средства. Лебедько говорил, что эти деньги получены от продажи оружия.
– Были ли в вашей журналистской деятельности случаи, когда люди страдали из-за интервью, которые вы у них брали?
– Вспомнить не могу, может, они просто мне не известны. Но публичная информация о том, что человек дал мне интервью и пострадал от этого – прецедент в моей карьере. Думаю, это связано с тем, что в основном люди, которых я интервьюировал, были гражданами России. Все-таки в России в течение долгих лет моей журналистской деятельности режим был более либерален, чем белорусский.
Закладки
