Туркменбаши воздерживается от встречи с Лукашенко :: Хартия'97 :: Новости

Визит президента Туркменистана Сапармурата Ниязова в Минск ожидался 27-28 ноября. Об этом сообщил посол Туркменистана в Беларуси Илья Бельджанов. Однако накануне из неофициальных источников просочилась информация о переносе визита “отца всех туркменов” на неопределенный срок. С чем связано такое решение и что на самом деле хотели обсудить между собой два политика?

Относительно причин приезда президента Туркменистана в Минск в СМИ чаще всего преобладало мнение о том, что потребность в личном общении возникла у лидеров двух государств, не очень избалованных знаками внимания со стороны своих коллег-президентов из стран дальнего и ближнего зарубежья, исключительно на основе родства душ и явного сходства жизненных установок.

Вторая популярная версия — А. Лукашенко и Туркменбаши при незримом присутствии Л. Кучмы будут прорабатывать варианты создания на базе проектируемого соглашения о поставках туркменского газа некой оси Ашгабат — Минск — Киев, которая уже по определению должна иметь антироссийскую направленность.

Правда, официальные структуры сразу же отвергли данный сценарий развития событий, заявив, что вопрос о приобретении “голубого” топлива в Туркменистане обсуждается не менее десятка лет. Однако до сих пор все упирается в цену поставщика, формируемую на основе издержек добычи: от 64 до 73 USD/тыс. куб. м.

И хотя стоимость российского газа уже никогда не вернется к прежним отметкам (компания “Итера” поставляла его по 42 USD, а “Газпром” — по 29 USD) и даже может превзойти цену на туркменский товар, обойти Россию здесь все равно не удастся. В ее руках газовая “труба” и, следовательно, размер тарифов на прокачку газа из Туркменистана в Беларусь, а в конечном счете и стоимость газа на выходе. Значит, Минск обречен на договоренность с Москвой, которая вряд ли позволит Лукашенко и Ниязову поступать так, как им заблагорассудится.

Чуть позже появился и модифицированный вариант “газовой” гипотезы, в которой Туркменбаши отводилась роль некоего пугала для российских переговорщиков, а поставкам туркменского газа — страховочного каната на тот невероятный случай, если Минску и Москве так и не удастся найти точки соприкосновения по вопросу снабжения Беларуси энергоносителями.

Гораздо больше здравого смысла в так называемой “автотракторной” версии. Суть ее в том, что Туркменистан ищет поставщика сравнительно недорогой и простой в эксплуатации, но при этом достаточно надежной сельскохозяйственной и автомобильной техники, а Беларусь — платежеспособного покупателя.

Сторонники такой точки зрения ссылаются на государственную стратегию, провозглашенную Сапармуратом Ниязовым 20 мая 2002 г. в речи на официальном ужине, посвященном визиту в его страну А. Лукашенко. В соответствии с ней, будущее Туркменистана состоит в развитии нефте- и газодобывающей, нефте- и газоперерабатывающей, хлопкопроизводящей и хлопкоперерабатывающей отраслей. За счет поступивших отсюда средств в национальную экономику за годы независимого развития уже инвестировано более 30 млрд. USD.

Что же касается бытовой, промышленной и сельскохозяйственной техники, то президент Туркменистана намеревается ее закупать за рубежом. Это гораздо выгоднее, чем организовывать собственное производство. В этом раскладе роль основного поставщика ряда видов машиностроительной продукции отведена Беларуси. Если же говорить предметно, то Туркменбаши пообещал ежегодно (вплоть до 2010 г.) закупать у белорусских производителей 2.000 тракторов МТЗ-80, 1.000 автомобилей МАЗ и 500 — БелАЗ. Итого — до 3.500 единиц техники в год.

Надо сказать, что располагающий третьими в мире запасами газа и весьма значительными месторождениями нефти (во времена СССР ежегодная добыча составляла более 16 млн. т нефти и 90 млрд. куб. м газа) Туркменистан вполне в состоянии оплачивать такого рода покупки. А ведь есть еще и “белое золото” — хлопок. Не случайно положительное сальдо в его внешней торговле за 2002 г. составило 736 млн. USD.

Нетрудно догадаться, что слова вождя туркменского народа сразу же обрели силу официальных документов, на основании которых были заключены конкретные сделки. Уже по результатам 2002 г. Туркменистан занял 3-е место среди торговых партнеров Беларуси в странах Центральной Азии после Казахстана и Узбекистана. Размер товарооборота составил 21 млн. USD и вырос по сравнению с 2001 г. в 5,8 раза. Причем сальдо в сумме 20,2 млн. USD сложилось в пользу Беларуси.

До конца текущего года, по мнению экспертов, общая сумма контрактов на закупку Туркменистаном белорусской техники может достичь 50 млн. USD. А в 2004 г. — даже 100 млн. USD. Согласно данным Чрезвычайного и Полномочного Посла Туркменистана в РБ Ильи Вельджанова, только за 8 месяцев 2003 г. Беларусь поставила в Туркменистан 1.050 тракторов и запасных частей к ним на сумму 17,2 млн. USD. Помимо этого, закуплено 400 автомобилей и автобусов МАЗ на сумму свыше 14 млн. USD, а также более 20 автомобилей БелАЗ.

“Автотракторная” версия причин предстоящей встречи президентов имеет и “военное приложение”.

Дело в том, что на официальном ужине в Ашгабате, данном в честь А. Лукашенко, речь шла не только о самосвалах и тракторах. По словам С. Ниязова, стороны обговорили возможность закупок военной техники (надо полагать, Туркменистаном в Беларуси) и ее ремонта (очевидно, на белорусских заводах). В свою очередь, белорусский президент пообещал предоставить партнеру самые современные технологии в этой области.

Напомним, что Туркменистан располагает самым мощным в Центральноазиатском регионе военным потенциалом. Согласно официальным данным, после распада СССР на территории Туркменистана осталось более 300 боевых самолетов (в их числе 24 МиГ-29, 46 Су-25, 172 МиГ-23), около 600 танков Т-72, 1.500 БТР и БМП (из которых более половины достаточно современны).

И руководство страны, похоже, не собирается этим ограничиваться. Тем более что вооружения достаточно быстро стареют морально и физически. Это в полной мере относится к войскам ПВО страны, четыре полка из состава которых оснащены устаревшими системами С-60, С-75 и С-200. Вначале их боеготовность поддерживала Украина, но на данном этапе необходима более глубокая доработка.

Вообще же до недавних пор именно Киев был основным поставщиком оружия и оборонных технологий Ашгабату. Только в 2002 г. за это Украина получила не менее 50 млн. USD. Помимо модернизации систем ПВО, Украина поставила ВМС Туркменистана 10 патрульных катеров типа “Калкан”, вскоре ожидается поступление более мощных военных катеров “Гриф”. Нельзя не сказать и о подготовке туркменских военнослужащих в украинских учебных заведениях.

Теперь, похоже, подошел черед Беларуси, которая может продать туркменским военным танки Т-80 из своей экспортной квоты и отремонтировать их Т-72. Также могут быть востребованы в Туркменистане и белорусские программы модернизации зенитных комплексов, самолетов МиГ-29, МиГ-23 и Су-25, боевых машин БМП-1 и БТР-60/70, систем залпового огня “Град”. И многое, многое другое.

Так как Туркменбаши слывет наиболее платежеспособным покупателем на постсоветском пространстве, то продать ему что-нибудь из оружия сегодня мечтают многие страны. В том числе и Москва, и члены НАТО. Поэтому вполне резонно ожидать, что визит туркменского президента в Минск (когда он все-таки состоится), помимо всего прочего, ознаменуется и весомыми военными сделками. Несмотря на многочисленные возражения правозащитников.

Однако, как показывают события с переносом даты его приезда в Беларусь, туркменский президент при всей своей независимости, похоже, весьма чутко относится к тому, что о нем думают в Кремле. Поэтому стоило только политологам в Москве и Киеве порассуждать на тему перспектив создания тройственного белорусско-украинско-туркменского газового союза, явно не отвечающего интересам России, как Туркменбаши предпочел “не дразнить гусей”, а остаться до лучших времен дома. Надо предполагать, это будет март, аккурат после президентских выборов в РФ. Белоруссия