Сергей Приходько: «Мы никому ничего не навязываем» :: Хартия'97 :: Новости

Помощник президента Российской Федерации Сергей Приходько встретился в Кремле с белорусскими журналистами. Он заявил, что Россия хочет видеть Беларусь сильной, процветающей, независимой страной с активной позицией на международной арене, и подчеркнул, что участие Беларуси в общеевропейских делах необходимо. Кремль, по словам Приходько, не склонен драматизировать сложности, которые возникают на пути российско-белорусской интеграции, и считает их болезнями роста. «Нам надо создать такую модель интеграции, которая была бы не только жизнеспособна, но и понятна. Нужно четко разграничить функции государств и союзных органов. Мы передали свои предложения белорусским коллегам еще в декабре 2003 года», — сказал помощник российского президента. А еще выразил озабоченность российского руководства тенденциозным освещением белорусско-российских отношений в газете «Советская Белоруссия» — официальном органе президентской администрации. Только 30 процентов публикаций носят нейтральный характер, 70 — близки к антироссийской пропаганде. Впрочем, сказал Приходько, мы уважаем выбор руководства газеты. Затем Сергей ПРИХОДЬКО ответил на вопросы «БДГ».

— Сергей Эдуардович, в декабре прошлого года президент Беларуси Александр Лукашенко обвинил тогдашнего главу президентской администрации Александра Волошина и вас в крахе «союзного государства». Почему именно вас?

— Это надо у Александра Григорьевича спросить. Как я могу комментировать главу государства? Это некорректно. Возможно, я просто мало работаю над вкладом в российско-белорусское сотрудничество и именно это имелось в виду? В любом случае, лучше спросить у Александра Григорьевича или у его помощников — они наверняка лучше знают. Во всяком случае, я себя виновным не считаю.

— Полагаю, вы в курсе, что месяц назад был арестован известный белорусский политик Михаил Маринич. Многие считают, что он «пострадал за Россию» — известны его связи с российскими политическими кругами и участившиеся поездки в Москву. Однако Россия не пытается его защитить. Вообще, удивительная ситуация — когда, к примеру, в Беларуси преследуют журналистов, за них вступается весь мир. Госдепартамент США, Совет Европы, Евросоюз, ОБСЕ немедленно делают заявления, и только Кремль всегда молчит. Как полтора века назад — «не дает ответа». С чем это связано?

— Защита свободы слова, свободного доступа журналистов к информации, обеспечение права журналистов освещать события так, как они их видят, — именно с этой меркой мы подходим не только к белорусским, но и к российским журналистам. Поэтому я бы не совмещал защиту журналистов с оценкой действий власти суверенной Беларуси по конкретному уголовному делу. Нравится нам это или не нравится — мы должны все-таки придерживаться правовых критериев. И давать оценку действиям белорусских правоохранительных органов — это задача журналистов. Вот мое мнение.

— Вы не ответили на вопрос. Так почему Кремль молчит?

— Кремль не молчит, уверяю вас…

— Во время наших встреч едва ли не каждый чиновник бодро рапортует, что интеграция необратима, процессы идут своим чередом, проблем нет, а российский рубль все-таки будет введен если не в 2005-м, то по крайней мере в 2006 году. Между тем в Беларуси все совсем по-другому, и глава государства декларирует народу: держитесь за наши родные «зайчики», они не обманут, а российский рубль — темная история, и не нужен он нам вовсе… Вы об этом знаете?

— Я вас не пытаюсь убедить в том, что интеграция идет так, как ей следовало бы идти. Но я утверждаю, что она приносит реальные плоды. Рост товарооборота, увеличение количества рабочих мест, расширение кооперационных связей — это реальность. Но интеграция могла бы идти более быстрыми темпами. Связано это с взглядами макроэкономического характера — у нас все-таки несколько разные модели экономического развития, и есть ряд несовместимостей в некоторых секторах. А что касается заявлений главы белорусского государства, то вы вообще какую цель ставите — драматизировать?

— Понять.

— Если понять, тогда объясняю: два года назад мы предлагали ускорить введение российского рубля. В силу ряда причин — объективных или не очень — Беларусь оказалась к этому не готова. А нам что, руки опускать? Мы все-таки продекларировали цель — создание единой валюты. И мы не должны от нее отказываться. Александр Лукашенко имеет полное право давать собственные оценки. Президент Путин крайне редко высказывает оценки по вопросам, которые нам близки. А если президент Лукашенко считает своим долгом довести свою точку зрения до белорусов — наверное, это правильно. Белорусы должны знать, что думает президент Лукашенко. А свою цель мы не меняем. Мы ее придерживаемся на уровне правительств и центральных банков. Все технические и технологические механизмы согласованы. Мы это решение приняли и вместе с белорусскими коллегами готовы бороться за него или работать на его осуществление.

— Вы сказали, что не хотите комментировать высказывания белорусского президента, поскольку это некорректно. В таком случае прокомментируйте, пожалуйста, ставшую уже хрестоматийной фразу Владимира Путина про необходимость «отделять мух и котлет», сказанную им однажды по поводу российско-белорусских отношений.

— Каждый президент — и Владимир Владимирович, и Александр Григорьевич — имеет право на аллегорию. Они же не только политики, но еще и люди. Конечно, они могут что-то приукрасить или, наоборот, сделать более рельефным. Фраза, конечно, хрестоматийная… Но вы же не призываете меня комментировать русские народные пословицы. Если помните, Ястржембский однажды сказал: «Сильное рукопожатие у Ельцина». Фраза эта тоже вошла в историю, вобрав в себя большой массив информации как позитивного, так и иного свойства. По крайней мере, все знали, что у Ельцина тяжелая, крепкая рука. Так и фраза о мухах и котлетах вошла в историю. Кое-что Путин имел в виду. Вот только разгадывайте сами. Я с президентом на эту тему не разговаривал. Хотя вы меня поймали на слове правильно.

— Какие российские средства массовой информации, на ваш взгляд, наиболее объективно освещают ситуацию в Беларуси?

— ИТАР-ТАСС, Интерфакс — словом, агентства. Объективно пишет по экономике «Коммерсант».

— А по политике?

— Не скажу!

— В российской прессе белорусскую ситуацию, как правило, комментируют представители разных политических кругов, и спектр получается достаточно широким. А из Беларуси, похоже, до России доносятся комментарии лишь одного человека — Александра Лукашенко. Может быть, и с этим связаны многие моменты взаимного непонимания?

— Не совсем так — все-таки в Москву часто приезжают белорусские политики, депутаты, представители общественных движений. Они появляются на наших телеканалах. Но мы не можем ориентировать наши средства массовой информации исключительно на освещение белорусской темы. Должен быть баланс: что и сколько говорить о Беларуси. Мне кажется, что иногда баланс нарушается — о Беларуси все-таки нужно говорить побольше, если мы ставим перед собой такие высокие цели. Но политические деятели разных направлений появляются в нашей прессе. И о Беларуси мы знаем достаточно. В том числе, кстати, и благодаря белорусской прессе.

— Сергей Караганов утверждает, что интеграция становится все сложнее из-за того, что Россия и Беларусь экономически идут почти в разные стороны.

— В словах Караганова есть доля истины — в той части, что наши экономические модели и правовые системы недостаточно совместимы. Вот только я не согласен с Карагановым в том, что мы идем в разных направлениях. Логика одна, только темпы разные. Плюс разная шкала ценностей и разные форматы действия законов. Поэтому реально можно будет говорить о новом витке интеграции, когда у нас будет унифицировано законодательство в экономической сфере, когда наконец будет урегулирована таможенная система. Необходима также унификация той части законодательства, которая непосредственно связана с взаимной торговлей, взаимным инвестированием, транспортом. Подчеркиваю: мы никому ничего не навязываем. Чтобы модель работала, с ней должны согласиться.
Минск, Белоруссия